меня на него поближе к мангалу. Ещё и пледом накрывает мои плечи.

Здесь уже вкусно пахнет мясом. От мангала растекается тепло. Я немного расслабляюсь.

Кирилл возвращается в дом, приносит блюдо с фруктами и тарелку с овощами. Потом и всю остальную еду. Ему приходится сходить в дом ещё раз, чтобы притащить пустые тарелки, приборы и два бокала. Под мышкой Кирилл несёт вино.

Похоже, он основательно подготовился...

Бутылка с вином уже открыта, и Кирилл сразу наполняет бокалы. Один протягивает мне.

— Выпей, — в его голосе такая непреклонность, будто он не рассматривает других вариантов.

Словно я просто обязана сейчас выпить. А потом должна с ним переспать.

Судя по всему, Кирилл таким нахрапом добивается всего! В этом они с Давидом похожи. Вот только Давид так и не смог до сих пор получить моё тело...

Я не двигаюсь. Даже не собираюсь брать бокал в руки.

Кирилл возвращается к мангалу, переворачивает решётку. От вкусного запаха мяса во рту образуется слюна. Будет сложно устоять перед едой.

— Пей, Лиза! — Кирилл бросает взгляд через плечо. — Или ты хочешь испортить наше свидание? Не боишься тем самым навредить брату?

Вот же чёртов манипулятор!!

Что ж... ладно. Достав руку из-под пледа, беру бокал. Делаю глоток. Красное вино очень сладкое. Я такое люблю.

— Странный у тебя всё-таки способ добиваться расположения девушки, — задумчиво протягиваю я. — Привезти в какую-то глухомань, чтобы пожарить для неё мясо. И позволить ей отморозить руки, заставив мыть фрукты в ледяной воде.

— А я парень простой! — парирует он. — И предпочитаю простые свидания. Без ресторанов и всякой чуши. Куда лучше на природе, с шашлыком и вином!

Кирилл открывает решётку, выкладывает мясо в глубокую тарелку и ставит на стол. Сам садится на диван рядом со мной. Делает глоток вина.

— Ты считаешь себя простым парнем? — я даже не пытаюсь скрыть сарказм.

— Ну да, — он кивает. Положив самый сочный кусок шашлыка на тарелку, ставит передо мной. Продолжает: — Я же в детском доме рос. Куда уж мне быть сложным?

В сердце что-то ёкает. Бокал выпадает из рук. Но не разбивается, потому что падает на мягкий плед. А вот вино щедро проливается на колено Кирилла.

Поставив бокал на стол, хватаю салфетку и тут же накрываю красное пятно на его джинсах.

— Прости, — виновато произношу я. — Нужно застирать... Давай прямо сейчас это сделаем!

— Да забей, Лиза! — Кирилл накрывает мою руку своей. — Это всего лишь одежда.

Я боюсь поднять на него глаза. Боюсь, что он скажет сейчас: «Эй, Лисица, я привёз тебя сюда, чтобы отомстить! Ведь я тебя узнал!»

Глава 16

Кирилл

– Может, уже пора возвращаться? — Алиса выглянула из нашего убежища.

На самом деле это были просто старые коробки, из которых мы построили в кустах две стены по метру в высоту. А из сухих веток сделали крышу. Внутри было так тесно, что приходилось буквально заползать туда и лежать на земле. Ну в крайнем случае — сидеть на корточках, что было не очень удобно.

Воспиталка видела наше убежище, но разрешила его оставить. И пока никто из других детей не обнаружил его, мы могли там прятаться, называя это место домом.

Ну ладно, это я его так называл. Алиса же назвала его замком принцессы. Пфф... Без комментариев.

— Давай ещё минут пять тут побудем, — попросил я. — Вон видишь, Макс играет в песочнице. Наконец-то он отстал от тебя.

Я бросил это с улыбкой, вроде как в шутку. Но на самом деле именно так и считал. Её младший братик постоянно ревновал сестру ко мне и мешал нашей дружбе. Я понимал, что он маленький и нуждается в ней. Но всё же... часть меня не хотела этого принимать. Порой я сам ревновал Алису к нему. Потому что так же, как и он, нуждался в ней.

Мой старший брат Жека сказал, что я влюбился в неё. Может быть, так и было. Но в то время я мог разделять всё лишь на белое и чёрное.

Детский дом, воспитатели и учителя, мальчишки, которые меня доставали — это всё было чёрным. И лишь Алиса была для меня лучом света в этом царстве тьмы.

Внимательно посмотрев на брата, она вздохнула и наконец заползла обратно под крышу. Легла на живот, подложив руки под подбородок. Её старенькое платье немного задралось, оголяя ноги выше колен, и я машинально дёрнул подол вниз. И тут же смутился оттого, что это сделал. А она посмотрела на меня весьма странным взглядом.

Мы очень быстро взрослели рядом друг с другом здесь, в этом детском доме. Но я никогда не думал о чём-то скверном рядом с ней. Мне просто постоянно хотелось быть рядом с ней и защищать её. Вот только я знал, что это скоро закончится...

Лёжа на спине, закинув руки за голову, я смотрел сквозь сухие ветки на пасмурное небо, когда Алиса вдруг прошептала:

— Сколько времени у нас осталось?

Болезненно скривившись, ответил:

— Неделя... Или месяц. Братья вновь обратились в суд по поводу моего усыновления.

— Значит, ты уйдёшь, и мы больше никогда не встретимся...

И это был не вопрос, а утверждение.

Я перевернулся набок, накрыл её плечо ладонью. Мне хотелось утешить Алису, и я зашептал:

— Я буду приходить к тебе... Навещать... А когда ты попадёшь в семью... А ты обязательно в неё попадёшь! В какую-то очень добрую, любящую семью... Тогда мы будем встречаться и гулять в парке... Покатаемся на чёртовом колесе. Мы в любом случае будем вместе, Лисёнок.

И я верил в это. Вот только она — нет...

Её глаза наполнились слезами. Алиса тут же вытерла их.

— Спасибо за красивую сказку, Кирилл, — выдохнула она. — Но нам обоим известно, что сказки — это вымысел.

И поползла вперёд, чтобы выбраться из домика. А я буквально не мог сдвинуться с места, потому что уже тогда понимал, что теряю её.

Оказавшись снаружи, Алиса обернулась и тихо добавила:

— Мне нужно отвыкать от тебя, Кирилл. Пожалуйста, не подходи ко мне пока.

Кажется, в моём сердце в тот момент открылась кровоточащая рана. Но вопреки разгорающейся боли я ответил:

— Не подойду.

Походу, я удивил её своими откровениями, заговорив о детском доме. Прямо с места в карьер прыгнул... Блять! Кто меня за язык-то тянул?

— Это всего лишь пятно, Лиза, — отрываю её руку от своего колена.

Беру чистую салфетку, чтобы промокнуть пролитое на джинсы вино. Потом ещё одну для пледа.

— Лучше поешь, пока