телефон и начал что-то в нем искать. Я пытался забрать телефон, но тот тип долгое время не отдавал его, а остальные крепко держали меня и полностью обездвижили.

— Вот как! — сильнее хмурится Терренс. — То есть, ты считаешь, что тогда они искали номер Наталии?

— Вполне возможно. Я помню что тот тип что-то записывал на какую-то маленькую бумажку. Наверняка это был ее номер! Ведь все это конфиденциальная информация, которую дядя узнал бы только двумя способами: получил его от ее знакомых, либо проверил мой или чей-то еще мобильник.

— Ох, неужели у тебя в телефоне реально был номер Наталии? Вы же расстались ! Месяц назад!

— Тогда он был…

— Надо же… — Терренс на секунду бросает взгляд в сторону и тихонько усмехается. — А я думал, ты удалил ее номер из телефона едва ли не по дороге к ее дому. С желанием обвинить в измене.

— Я хотел , — пожимает плечами Эдвард и на секунду переводит взгляд в сторону. — Но… Но до сих пор это не сделал.

— И что же тебя остановило?

— Просто забыл. И… До сих пор не вспоминал, что… Я не проверял контакты в телефоне и не удалил номер Наталии после того, как поверил в ее измену.

— Что-то не похоже на правду. Такое чувство будто ты и не собирался это делать. — Терренс расставляет руки в бока. — Признайся, Эдвард, ты даже и не думал удалять ее номер.

— Разве это имеет отношение к похищению Наталии?

— Просто стало интересно.

— Забей, тебе все равно этого не понять… А точнее, ты не поверишь.

— Ну почему же? — округляет глаза Терренс. — Хоть я и очень сомневаюсь в этом, у меня появилась мысль, что ты не особо хочешь забывать Блонди. Ведь один из способов сделать это – удалить все номера и сообщения, выбросить все подарки, заблокировать в соц.сетях и прекратить общение с теми, кто связан с бывшим объектом симпатии. Ну а ты, походу, совсем не хочешь этого делать.

— Это никак не связано с нашей целью. Ты сам сказал, что мы будем общаться только по делу не станем заводить разговор на другие темы.

— О, нет, это очень даже связано. Ведь было бы тебе наплевать на эту девушку, ты бы и пальцем не пошевелил ради нее. Убил бы ее Майкл – ну и пусть!

— Хватит уже болтать, — низким голосом хмуро бросает Эдвард. — Лучше пошли к кирпичной коробке.

Эдвард отворачивается от Терренса и медленным шагом уходит от него немного подальше.

— Уходишь от темы, — уверенно говорит Терренс, тут же начав следовать за Эдвардом. — Ты знаешь, что я прав, но отрицаешь это.

— Я просто выполняю условия нашего договора: не заговариваю о том, что не связано с похищением Наталии и попыткой спастись от дяди Майкла, — спокойно отвечает Эдвард.

— Ох, Эдвард, хорош уже притворяться. Просто признай, что я говорю правду, и ты реально беспокоишься о Наталии.

— Ничего не изменится, если я скажу, что это правда.

— Так значит, эта девушка все еще небезразлична тебе? Да? Я прав?

— Ох… — Эдвард с медленным выдохом останавливается и поворачивается к Терренсу, на которого смотрит безо всяких эмоций. — Ну и что же ты хочешь от меня услышать?

— Желательно правду. — Терренс скрещивает руки на груди и в упор смотрит на Эдварда. — По-моему, сейчас признать ее будет совсем не сложно.

— Хорошо-хорошо, раз ты так хочешь это знать, то я скажу… — спокойно отвечает Эдвард. — Да, Наталия мне небезразлична и все еще очень многое для меня значит. Теперь ты доволен?

— Вполне, — уверенно кивает Терренс и на пару секунд замолкает. — Ну и как давно ты изменил свое решение? Неужели сразу же после того, как тебе дали понять, что Наталия ни в чем не виновата?

— Она была небезразлична мне даже в тот момент, когда я считал ее обманщицей.

— Вот как? Ну ладно…

— Хочешь верь, хочешь – нет, но это правда. Впрочем, об этом можно было догадаться, когда я говорил, что не брошу Наталию в беде и не прощу самого себя и дядю Майкла, если она умрет по его вине. Я не могу потерять ее, потому что она никак не связана с этой историей. И та девушка все еще многое для меня значит.

— Ну… Если честно, я отчасти верю тебе, а отчасти – нет.

— Но ты уж постарайся понять меня. Тем более, ты прекрасно знаешь, что это такое. Ты не можешь судить меня после того, как и сам прошел через подобное.

— Да нет, я в принципе понимаю тебя, — скрещивает руки на груди Терренс. — Но учитывая то, как ты вел себя в последнее время, у меня есть сомнения в искренности твоих слов. Не буду скрывать – я хочу поймать тебя на лжи и заставить дорого заплатить за это.

— И как успехи? Поймал?

— Пока нет. Но учти, я всегда начеку и не спускаю с тебя глаз. Я тебя уже предупреждал, что одна малейшая твоя провинность – и ты немедленно сядешь за решетку.

— Да, конечно… — резко выдыхает Эдвард. — У тебя есть на это полное право.

Эдвард отворачивается от Терренса в противоположную сторону и уставляет взгляд куда-то вдаль. МакКлайф пару секунд хмуро смотрит на него, а затем машет рукой и резко проводит ею по своим волосам.

— Ох, ладно, поговорим об этом позже, — спокойно говорит Терренс. — Сейчас не время.

— Можно было бы пойти к кирпичной коробке, но… — задумчиво отвечает Эдвард, бросает взгляд в сторону с чувством, что что-то не так, и слегка хмурится. — Либо у меня начинает развиваться какая-то паранойя, либо здесь что-то не то… Такое чувство, что чего-то не хватает …

— Э-э-э… — Терренс начинает осматриваться вокруг. — Ты знаешь, у меня почему-то возникло то же самое чувство… Как-то стало… Не могу объяснить…

— Да! — осеняет через пару секунд Эдварда.