числе и за его здоровьем будут следить! — подтвердила я слова мужа. — Ты ведь знаешь, что после того, как Леонид Ильич в реальности моей сестры ушёл в лучший мир, последующие правители сказали народу, что это были годы застоя. Ну, народ молча кивнул, взял под козырёк и продолжил свою обычную жизнь. А потом началась перестройка, затем развалилась страна, пришли лихие девяностые. И этот же народ сравнил то, как он жил при дорогом товарище Брежневе, и то, как живёт в эти самые лихие годы. Сравнение оказалось не в пользу девяностых годов. Да, может быть, и был при Брежневе застой, но в целом времена, когда страной правил Леонид Ильич, простые люди вспоминают с ностальгией. Так что, как мне кажется, если мы ему расскажем, объясним и поможем советами, то в нашей реальности всё может получиться совсем по-другому и многое будет гораздо лучше, а самое главное — страна не развалится!

— Валюша, и здесь ты права! — улыбнулся Марк. — Более того, когда придёт время, мы сможем исцелить главу государства от серьёзных болезней (а они к старости, скорее всего, появятся). А за дополнительные годы жизни и за хорошее здоровье он обязательно будет прислушиваться к советам гостя из будущего.

— Милый, несколько минут назад ты вспомнил фразу из бессмертных «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова, сказанную Остапом Бендером в приступе голодного вдохновения. Следствием чего явился прилив «новых сил и шахматных идей», описываемых членам шахматной секции города Васюки о перспективах расцвета шахматной мысли в пределах суммы в двадцать рублей, переданной ему на организацию международного шахматного турнир в их родном городе. А что ты сам думаешь о возможности стать чемпионом страны и даже мира в этом виде спорта?

Марк задумался на несколько секунд, потом улыбнулся и весело ответил:

— Да, милая! С нашими способностями и ты, и я без проблем сможем выигрывать различные турниры по шахматам. Ведь мы легко запомним наизусть любые учебники и наставления по этому виду спорта. А самое главное — мы можем читать мысли наших соперников! И значит, будем знать все планы на игру и комбинации, задуманные сидящим напротив нас гроссмейстера. Кстати, мы с тобой и в карты точно так будем всегда выигрывать. Помнишь фразу «знал бы прикуп, жил бы в Сочи»? А раз мы знаем карты у других игроков, то и прикуп легко вычислим. Может быть, начнём таким способом деньги зарабатывать?

— Милиция накроет это подпольное казино, — задумчиво произнесла я, — конфискуют всё, нажитое непосильным трудом, нас посадят за нетрудовые доходы, вот и будем шить телогрейки или собирать какие-нибудь выключатели с розетками в местах не столь отдалённых. А может быть, какая-нибудь карточная мафия возьмёт нас в оборот, чтобы мы для них обыгрывали каких-то лохов. Я не хочу попасть в полон к мафии! Уж лучше книжки буду писать! Да иногда с Фике богатеньких буратин лечить.

Муж обнял и поцеловал меня, я несколько минут отвечала ему тем же, а потом он с улыбкой сказал:

— Дорогая, не прибедняйся! Ты же знаешь, что нас с тобой практически невозможно ни арестовать, ни заставить что-то либо делать вопреки нашей воли. При желании в любой момент мы можем оказаться в противоположной точке планеты. Другое дело, что мы с тобой не одни. Мы всегда должны думать о наших близких. А поэтому, как уже не раз говорили, высовываться мы не будем, из легальной деятельности оставим лишь книги и научные разработки по новейшим технологиям в области телевидения, информатики и связи. Всё остальное будем делать только инкогнито. В карты нам незачем играть — тех денег, что заработали на излечении одного миллиардера, в азартные игры никогда не выиграть. И в шахматных турнирах не будем принимать участие, ведь понятно, что с нашими способностями мы всегда будем побеждать. А это не интересно! Пусть гроссмейстеры между собой решают, кто из них круче.

И действительно, как можно выиграть в шахматы, в покер или в преферанс у соперника, если он читает твои мысли и знает всё, что ты планируешь и замышляешь против него? Вот в бильярд, в теннис, в футбол нас легко переиграет специалист в том или ином виде спорта! Хотя и здесь не всё так однозначно. Да, с одной стороны известные спортсмены годами оттачивают своё мастерство, чтобы в итоге подняться на высшую ступеньку пьедестала. Но не так давно я передала пакетом данных свои способности в боевых искусствах Марку и после того, как его мышцы привыкли к этим телодвижениям, уже мне было довольно трудно противостоять ему, поскольку он физически сильнее меня. Вот об этих своих мыслях я и поведала мужу.

— Да, твоя правда, Валюша! — ответил Марк. — Мы можем считать всю базу данных из сознания того или иного спортсмена касательно того вида спорта, которому он себя посвятил, после этого нам останется лишь провести несколько тренировок, чтобы наши мышцы привыкли всё выполнять так, как это требуется для достижения победного результата. Интересно, а как будут обстоять дела, если мы решим заняться спортом, где определяющим фактором является выносливость человека? В институте я выполнил первый спортивный разряд по бегу на тысячу метров. И это, скажу тебе откровенно, удалось мне лишь благодаря долгим и упорным тренировкам. Около полугода я в любую погоду по утрам выходил на стадион и наматывал там круги. И опять же, одно дело пробежать стометровку, и совсем другое — одолеть длинную дистанцию.

Я к месту вспомнила и спела Марку фрагмент из песни Владимира Высоцкого:

«Воля волей, если сил невпроворот, а я увлекся.

Я на десять тыщ рванул, как на пятьсот, и спекся.

Подвела меня — ведь я предупреждал, дыхалка.

Пробежал всего два круга и упал, а жалко».

А потом я объяснила мужу, что через пару лет известный бард, поэт и исполнитель собственных песен напишет эти стихи. И опять подумала о том, что в обозримом будущем нужно обязательно найти Владимира Семёновича и незаметно избавить его от вредных привычек. Впрочем, если постараться, то и сейчас я смогу выйти на Высоцкого через тех людей, которые уже пристроили несколько моих песен известным исполнителям страны. Да, его уже знают, и как актёра театра, и как начинающего барда. Наверняка и те, кто продвигает мои песни, знают Владимира Семёновича. А раз так, то мне достаточно установить ментальный контакт с каждым из этих людей, порыться в их сознании, и если кто-то из них хоть раз общался или хотя бы просто видел интересующий