тумана. В зале не было дверей, но когда Нэйя захотела покинуть его, одна из стен заколебалась и превратилась в облако, которое быстро рас­сеялось, пропустив Нэйю в соседнее помещение, тоже уставленное изящной мебелью. Здесь были люди. Юноши и девушки в нарядных свет­лых одеяниях – очень лёгких и в основном полупрозрачных, подчёрки­вающих красоту стройных молодых тел. Они беседовали и смеялись, небрежно развалившись на диванах и кушетках, обитых серебристой тка­нью. Ариэна видела здесь и диввинов, и лиммеринов, и даже одного полукровку. Все эти юноши и девушки были удивительно красивы. И очень веселы. Неестественно веселы. Ариэну поразил странный, почти безумный блеск их глаз. Некоторые посасывали какие-то лакомства, похожие на ледяные сосульки. Нэйя прошла мимо этой компании так, словно это были не люди, а живые куклы. Она шла по комнатам и за­лам с мерцающими стенами, которые, если надо, превращались в туман и пропускали её дальше. Здесь были и изящно обставленные покои, и что-то вроде павильонов, где росли необычные, хрупкие с виду рас­тения, и даже дворики с фонтанами, украшенными статуями из прозра­чного материала, которые напоминали тающие ледяные фигуры. Наконец Нэйя оказалась в маленькой комнате, где в матово-белом кресле си­дел мужчина средних лет. Лиммерин. Вертя в руке прозрачный бокал с остатками голубоватого напитка, он хмуро смотрел на светящуюся стенку какого-то странного плоского ящика. На ней вспыхивали и гасли при­чудливые картинки, мелькали стройные шеренги непонятных знаков. Иногда эти знаки выстраивались в столбцы и тут же исчезали. Нэйя загово­рила с незнакомцем. О чём – Ариэна не знала. Озвучивать видения она не умела. Вряд ли это вообще кто-то умел. Место показалось Ариэне знакомым. Нечто похожее она видела во сне, когда лежала в ариллиновой ванне. Она ещё решила, что это царство Гиамары.

– Нэйя говорила мне о каком-то небесном дворце, – сказал Taмран, когда Ариэна описала ему загадочное место. – Она даже обещала увезти меня туда, когда в нашем царстве-государстве всё более или менее утрясётся.

– Значит, ты там не был? – спросила Ариэна, снова вспомнив свой «ариллиновый» сон.

– Нет. Она называла этот дворец обителью звёздных магов. Честно говоря, я бы не отказался там побывать. Когда я расспрашивал о нём Нэйю, она только загадочно улыбалась и говорила, что в своё время я всё узнаю. Представляешь, она и меня обещала сделать звёздным магом!

– Заманчивая перспектива. Ты и правда не жалеешь, что женился на мне, а не на ней?

– Кажется, сейчас ты об этом пожалеешь, – шутливо пригрозил Тамран. – А маг из меня, думаю, всё равно не получится. У меня же ни капли магической силы… А где он, этот дворец?

– Не знаю.

Аранхи понятия не имели о загадочном месте со стенами, тающи­ми, словно туман.

«Ты же знаешь, что верхние сферы нам недоступны, – сказала Дамея. – Мы не можем летать слишком высоко. А люди могут. Вернее, некоторые из вас. Кто-то говорит с тобой сверху, если ты видишь такое».

Это-то Ариэну и пугало. Богиня, чьей избранницей она стала, имела несколько лиц. И одним из них был лик смерти, внушающий трепет всем, кто ещё не успел насладиться жизнью. Ариэна поняла, что она действительно видела царство Гиамары. И тогда, во сне, и недавно, когда вызвала картину на магическом полотне. Кто же были его оби­татели – все эти прекрасные юноши и девушки со странными, блажен­ными лицами? Мёртвые, получившие от Гиамары вечную молодость и красоту? И кто была Нэйя? Призрак, который, одевшись плотью, спустил­ся на землю и охотится на живых? Ариэна опять вспомнила древнее по­верье о том, что Гиамара и умершие, которых она сделала своими де­монами, иногда являются на землю. Они похищают прекрасных юношей и девушек… Ариэну холодной волной накрыл ужас. Кто была эта женщина, явившаяся в мир живых из обители Гиамары? Женщина, как близнец, похожая на ту, что умерла тринадцать лет назад… Кто была эта Нэйя-Хэда? Если и вправду демоница, то не слишком ли легко она уступила смертной свою добычу? Что ей человеческая магия, если она обладает бессмертием и божественной силой? И зачем ей корона зем­ной царицы, если ей открыт доступ в звёздную обитель?

– Быть бессмертным – ещё не значит быть живым, – сказала Каэна. – Наверное, земной любовник помогал ей поддерживать в себе некое подобие жизни. Ты спасла своего возлюбленного, царица. Рано или поздно она бы высосала из него все соки и забрала его туда. Помню, ба6ка рассказывала мне о живых мертвецах, которые черпают силу у своих действительно живых возлюбленных. Потому-то демоны Гиамары и охотятся за юношами и девушками. Ты и вправду видела её царство.

– Значит, я победила демоницу?

– Она сильней только в своём мире. В мире мёртвых. Здесь, на земле, сильней твоя магия.

– Но кто она? Я не могу поверить, что она действительно та, за кого выдавала себя всё это время!

– Спроси богиню.

– Какую богиню, Каэна?!

– Ту, что имеет множество лиц. Ту, которая правит всем. Почему ты решила, что она должна обращать к тебе только свой светлый лик! На то ты и избранница, чтобы видеть всё. Да, это страшно – знать слишком много. Тебе лучше успокоиться и подождать. Кто бы ни была эта женщина, она сейчас далеко. Когда она надумает подобраться по­ближе, богиня предупредит тебя.

– Богине угодно играть со мной, насылая на меня призраки, – с горечью сказала Ариэна.

– А разве ты себе такого не позволяешь, хоть ты и не богиня?

– Только когда защищаюсь. И защищаю других.

– Так ведь это она научила тебя защищаться.

С Тамраном Ариэна на эти темы больше не разговаривала – ни о Нэйе, ни о звёздной обители с тающими стенами. Ему и так хватало забот. Впрочем, ей тоже. Встречи с представителями уров и цеховых общин, заседания в Совете и разбор многочисленных жалоб отнимали уйму времени и сил. Тамран убеждал её поберечь себя для того, что доступно только ей, – для магии.

– Со всем остальным справлюсь я – со своими советниками и воен­ными вождями. Ты прежде всего царица-аранхина…

– Я о6 этом не забываю. Но я не должны забывать и о том, что я ещё и царица-хозяйка. Я обязана присутствовать на совете, когда обсуждаются вопросы, касающиеся казны. Особенно если речь идёт о займах и помощи беднякам. И я не могу отказаться от встреч с жен­щинами, которые приезжают сюда издалека, чтобы добиться моей