необходим: горячий душ, холст, краски и спокойствие. Мне срочно нужно затеряться в этом мире на какое-то время, и стать частью своего.

— Пойдемте все за стол, — радостно сказала мама Оливера, после того как вместе с мужем перекинулись парочкой слов. — Карстен ты с нами!

Люсьен мигом подхватила Карстена под локоть, и потащила в коридор, ведущий в столовою, даже не дав ему немного времени на то, чтобы он любезно отказался и ослепил на мгновение всех своей изумительной, фирменной улыбкой.

Я, раскрыв рот от возмущения, уставилась им вслед, чувствуя, как в груди взорвался вулкан. Растерянность оккупировала мозг, мечась по всем нейронным связям, как по лабиринтам. Пальцы ног похолодели, а хлесткие удары ливня по крыше звенели в ушах совместно с пульсом.

Разглядывая, как под черной тканью мужской мокрой рубашки перекатываются мышцы спины при свете, я сильно сжала пальцы свободной руки, мечтательно вонзая стрелы в спину мужа. В моих фантазиях он уже упал на пол, и стал молить меня о пощаде, а я наступив ногой ему на горло, сказала: «будь ты проклят», и… убрала ногу. Я не убила его.

Я так сильно погрузилась в свой мир фантазий, что не почувствовала, как глубоко впились ногти под кожу, оставляя красные следы. Посмотрев на руку, я даже заметила три кровоточащих царапины оставленный после своих ногтей. Сжав ладонь, рука заныла, но это даже лучше чем душевное страдание.

— Пойдемте, молодожены, не будем заставлять гостя ждать! — отозвался за нашими спинами глубокий голос отца Оливера, и я дернулась от внезапности, оборачиваясь к нему. Широкая улыбка обрамленная жесткой седой щетиной, придавала искренний блеск в голубых глазах.

Барон смотрел на меня с такой теплотой и заботой, будто я была его вторым, долгожданным ребенком, а не просто невестой сына. От этого неприятного напоминания болезненно кольнуло в сердце, и я вспоминала своего родного отца, которого давно уже не было на этом белом свете.

Подавив слезы и проглотив горестный ком всех возможных смешанных чувств, я сделала глубокий вдох. Напоминания о папе, слишком резко вонзились в память, неприятно терзая сердце, затмевая мое яркое пламя ярости. «У тебя его глаза» — всплывают мамины слова, и я ощущаю, как начинаю задыхаться. Как же я хочу увидеть его; как же хочу убежать от всего, оставив все и всех, и просто побыть с ним рядом хотя бы минуту.

Я хочу, чтобы он сказал мне правильно ли я поступаю или нет. Хочу услышать его нотации в длиною бесконечность, и злиться от того, что не могу остаться тут, рядом с ним в своем детстве. Время — такое неподвластное явление, над которым каждый хочет взять власть. Но никто не осознает, что в таком случае, заполучив не естественный феномен, его ценность пропадет навсегда.

Барон подмигивает мне, и я улыбаюсь уголками губ, развеивая дымку нахлынувших детский воспоминаний. Он кладет ладонь мне на плечо, прижимая к Оливеру поплотнее, а после толкает нас вперед, заставляя идти. От его толчка, я будто снова трезвею и вспоминаю о Карстене.

Несмело перебирая ногами, шагая за Люсьен и Карстеном, стараюсь укротить чрезмерную ярость и силу протеста против жизни, примеряясь со своей странной судьбою. Смотрю на Оливера, подмечая, как он недовольно нахмурил брови и поджал губы, испепеляя яростным взглядом спину незваного гостя впереди. Хоть в чем-то мы были с ним похожи. Ненависть, как говорят, сплочает.

— А вот тебе, — Барон явно обращался не ко мне, — стоило бы даже подружиться с ним. — громким шепотом на ухо пробормотал он.

— Я не хочу, — сквозь зубы процедил Оливер.

— Захочешь.

Мы зашли следом за миссис Браун и Карстеном. Все сразу рассыпались по огромной комнате, как бусины по полу, усаживаясь на свои места. Я ненавистно прожигала затылок бывшего мужа взглядом, вспоминая яркими вспышками нашу ночь. Как я только так могла? Почему не остановила это все? А если бы даже остановила, что бы изменилось?..

Вокруг нас хороводом закружились домработницы, быстро приготавливая соседнее место рядом со мною. И каждый прекрасно понял для кого оно предназначено.

Карстен остановился напротив окна, облокотившись одним плечом о стену, сложил руки на груди в ожидание, когда все будет готово, и стал оглядывать все вокруг. Я осталась стоять рядом с дверью, когда Оливер отпустил меня, не желая мешаться женщинам под ногами.

Наши взгляды сцепились, и каждый одновременно, нервничая, облизнул губы. Мы стояли друг напротив друга, притворяясь чужими незнакомцами, хотя знали друг о друге немного больше чем все остальные. Как можно так легко играть с любовью, не осознавая, что это самая настоящая убийца людей?

Его непроницательная маска равнодушия, разрывала меня на части. Душа кричала, сердце рыдало, а мозг отмалчивался в стороне, как самый настоящий предатель.

«Как можно так легко смотреть мне в глаза? Неужели у тебя нету никаких чувств?!» — где-то далеко-далеко в глубине сердца слышу надрывающийся свой крик.

— Элизабет, — тихо отозвал меня Оливер и я посмотрела на него, — садись. — улыбнулся он, и отодвинул мне стул.

Я в два шага преодолела расстояние, наблюдая боковым зрением как Карстен пристально смотрит на меня, и села на свое место, впившись пальцами в жесткую ткань джинс на коленях под столом. По позвонку прокатилась волна паники. Хищник оставался позади меня, и в любой момент сейчас мог набросится со спины.

— Присаживайтесь, — смахивая невидимую пыль со стула, осторожно, вполголоса буркнула домработница с рыжими волосами, и сразу отошла в сторону.

Карстен вежливо поблагодарил ее и быстро сел на предоставленное место, зачем-то ближе пододвигая ко мне свой стул. Я невзначай кинула на него вопросительный взгляд, приподняв бровь, а он лишь хитро оскалился и с глухим стуком соединил свой стул с моим.

Я насторожилась.

Сердце встревожено подсказывало о неладном замысле. Он что-то придумал. Что-то, что должно заставить меня самой убежать от него. Снова.

— Ну Карстен, — мама Оливера элегантно сложила руки под подбородком, все внимание направляя на Карстена, — как твой новенький отель? Слышали с Бароном, что многие в восторге.

— Все хорошо. — Карстен прочистил горло, — пока что, все в правду в восторге, — он мило улыбнулся ей, искоса поглядывая на меня.

Конечно, наша совместная бурная ночка произошла в его отеле, и конечно же все и в правду остались в необыкновенном восторге.

— Собираешься что-то новое открывать? — поспешил узнать Барон, сперва быстро взглянув на Оливера, что уже раздраженно смотрел в его сторону, кажется догадываясь, что отец перед этим взглянет на него.

— Да, — уверенно заявил он и поднял вилку над предоставленным ему горячим блюдом. — Есть уже несколько