я здесь существую, это помощь в скорейшем восстановлении нашего рода. Как можно было этого не понять за всё прошедшее время?»

Не понять, действительно было трудно — Самаэль на самом деле сделал очень многое для моего княжества и в целом фамилии. Вопрос лишь был в том, зачем ему это? На безвольного раба, обязанного делать то, что в него заложили, он, увы, был не похож.

«Это не ответ на вопрос. Я спрашивал для чего тебе это нужно».

«Если ты не заметил, то я сказал „нашего“ рода. Я напрямую заинтересован чтобы то, что делалось и создавалось нами веками, не кануло в Лету».

Выходит, что как я и догадывался, этот демон является кем-то из моих дальних предков.

«Как ты стал архидемоном?»

«Для этого сначала пришлось стать просто демоном. А ещё раньше — умереть», — отметив недоумение на моём лице, собеседник безэмоционально продолжил: — «Имелись у нашего рода и такие возможности. Тёмная магия открывает разные дороги. Нас всегда было не особо много, и мы не могли позволять себе хоронить дар вместе с усопшим. Особенно когда речь шла о сильных одарённых. Правда, важно с этим не увлекаться, чтобы не нарушить баланс. Кстати, в будущем тебе тоже придётся серьёзно потрудиться и подстраховать своих потомков на подобный случай».

«Какой ещё „подобный“ случай?» — вновь нахмурился я, полностью отстранившись от еды — демон чуть ли не впервые за всё время решил пооткровенничать и мне хотелось узнать от него как можно больше. — «И что ещё за баланс?»

Было видно, что мои вопросы вызывают у Самаэля откровенное раздражение, но он лишь прикрывал глаза, вздыхал, что-то бурча себе под нос, но от беседы не откланивался.

«Какой случай?» — все-таки выплеснул он своё раздражение. — «Такой, какой случился с твоим отцом и всем нашим княжеством!» — следом, демон уже более спокойно пояснил: — «Мы всегда живём в готовности. Если вдруг случится так, что мир вдруг объединится и нас решат уничтожить, то наследник крови, который, можешь не сомневаться, обязательно появится как это сделал ты, должен иметь возможность к обучению, доступ к ресурсам и максимальные шансы на восстановление. Всё как было у тебя. Пещеру ты, надеюсь, не разграбил?»

— Н-нет… — немного опешив, вслух ответил я.

Что ж… многое теперь встаёт на свои места — мои гармы достались мне отнюдь не случайно. Слепки силы, которые делали меня в разы сильнее своих сверстников, та же пещера… да и обучение, которым долгое время усердно занимался Боба, оно тоже имело место быть. Выходит, это всё результат работы некоего кризисного протокола, который был разработан и создан кем-то из моих предков. Впрочем, догадки обо всём это преследовали меня очень давно.

«Из всего этого мы медленно подходим ко второму вопросу. О балансе», — продолжил архидемон. — «Ты, я заметил, в своё время, когда подвернулась возможность, не стал ударяться в геноцид Светлицких или, например, Пожарских. И скажу тебе, что правильно сделал — я, к слову, сейчас имею в виду отнюдь не моральные и нравственные стороны подобного вопроса. Оба рода были основаны природными владыками силы своих стихий. Очень важно в таких вопросах понимать и быть уверенным, что даже если и получится вырезать до остатка такой клан… в долгосрочной перспективе это приведёт к очень большим проблемам. Таким, например, какие случились у твоих оппонентов, когда ты вошел в силу. Я доступно объясняю?» — уточнил Самаэль и, не дожидаясь моего ответа, продолжил: — «Когда нарушается баланс, сама природа… само мироздание прекращает свой нейтралитет и вмешивается в судьбу мира».

«Думаю, в данном вопросе мне всё более чем понятно», — переварив услышанное, произнёс я.

Это было трудно объяснить, но я сейчас даже на секунду не сомневался в словах собеседника. Его слова откликались в моём сознании и отлично ложились на мою собственную картину мира. И это и в самом деле очень хорошо, что я не дал волю своей жестокости и жажде мести, когда расправлялся с врагами. Впрочем, в этом плане стоит сказать спасибо и Романовым — они неплохо сдерживали меня в моих намерениях на этот счет.

Над столом повисла тишина. Самаэль не торопился куда-то уходить, а я продолжал игнорировать горячее, что минутой ранее принёс мне официант. Мысли в голове роились с огромной скоростью.

«Как были созданы гармы?» — в какой-то момент, одна из этих самых мыслей всё же обрела форму и вылилась в вопрос.

«Раньше в нашем роду это была довольно распространённая практика. Создать и законсервировать слепок души отвечающего ряду требований члена семьи, и позволить ему служить роду и после своей смерти. Это всегда считалось большой честью».

«Что-то как-то так себе честь…» — засомневался я, подумав о жизни того же Бобика.

«Живой памятник силы и величия одарённого, который будет служить опорой семье и после своей смерти? Когда ты проживёшь в два раза больше чем сейчас, а почти вся твоя жизнь будет состоять из служения во благо нашей фамилии, вполне вероятно, мнение может и измениться», — откровенно недовольно отозвался демон.

«Как слепок души помещался в тело монстра?» — делая вид, что не замечаю его раздражения, задал следующий вопрос я.

«Непростой ритуал, о котором мне откровенно лень просто так рассказывать. Если когда-нибудь в этом будет нужда — я помогу».

На этих словах я прикрыл глаза — мысль о том, что присутствие Самаэля в моей жизни может затянуться на очень долгий срок, меня совсем не радовала. В то же время я уже откровенно недоумевал от смены риторики архидемона. «Я помогу» от него — это что-то вообще из разряда фантастики…

«Когда ты вернёшься в кольцо?»

«Когда во мне не будет нужды», — усмехнувшись бросил демон, после чего всё также улыбаясь, добавил: — «Самый главный парадокс в том, что когда такой момент настанет, это будет непременно сопровождаться появлением в твоей голове мозгов. Одновременно с этим, ты почти со стопроцентной вероятностью не захочешь того чтобы я тебя оставлял. Но попрощаться нам всё же придётся».

Вы посмотрите как мы себя любим! От такой мысли я не удержался и покачал головой. Отметив это, архидемон никак не отреагировал.

Ещё через полминуты, он поднялся с кресла и ни говоря ни слова, куда-то упорхнул. Вот и ладно. Обмозговать мне сейчас точно есть что, но было бы неплохо ещё и наконец поесть. Потому как впереди меня ждёт ещё две серьёзные беседы — с Якушевыми и Романовыми. Прям день советов какой-то…