Тимуридов кочевыми узбеками). Однако среди их правителей в это время нет «Барак-Султана». Еще таинственнее его «брат» «великий хан катайский» (Герберштейн не употребляет этноним «киргиз-кайсаки»). Предположительно можно сопоставить его с монгольским Боди-Алаг-ханом (1519–1547), потомком монгольских императоров Китая; его власть распространялась на бóльшую часть Монголии в период ее временного политического воссоединения в первой половине XVI в. В это политическое объединение входила и западная часть монгольских племен (ойраты-калмыки), населявших в то время верховья Иртыша.

21 Легендарные сибирские города, упоминания о которых в русских источниках отсутствуют.

Том 8

1 Коронационный чин Дмитрия-внука 1498 г. хотя и был составлен на основе византийского церемониала венчания на царство соправителей византийских императоров, но предусматривал лишь поставление Дмитрия на великое княжение. В 1547 г. за основу церемониала был взят именно коронационный чин Дмитрия-внука, но уже с применением царского титула.

2 Речь идет о сочинении первой половины XVI в. «Сказание о князьях владимирских», где излагались две легенды, сыгравшие важную роль в идеологическом оформлении русской царской власти: о происхождении Рюриковичей от мифического Пруса, брата римского императора Августа, и о даровании царских регалий Владимиру Мономаху его дедом, византийским императором Константином IX. Обе легенды были созданы в последнее десятилетие правления Ивана III (возможно, в связи с коронацией Дмитрия-внука), раньше этого времени они неизвестны.

3 Князь Михаил Васильевич Глинский (ум. 1559) – дядя Ивана IV, боярин. В середине 1540-х гг. вместе с братом Юрием играл важнейшую роль при дворе. После московского восстания 1547 г. был арестован по подозрению в попытке бежать в Литву, но вскоре прощен. В 1558 г. возглавлял вторжение русских войск в Ливонию.

4 Князь Юрий Васильевич Глинский (ум. 1547) – дядя Ивана IV, боярин. Был убит в ходе восстания 1547 г.

5 Имеется в виду фрагмент из Откровения Иоанна Богослова (гл. 17) о шестом царе (пять предшествующих пали), правление которого предшествует событиям конца света.

6 Иоасаф II – константинопольский патриарх в 1555–1565 гг.

7 Роман Юрьевич Захарьин-Кошкин (ум. 1543) – окольничий. Из какой семьи происходила его жена Ульяна Федоровна (ум. 1579), неизвестно.

8 Князь Иван Иванович Пронский-Турунтай (ум. 1569) – боярин. Был казнен.

9 Островок – село в 25 км к юго-востоку от Москвы, где располагался один из постоянных охотничьих домов московских государей. Ныне село Остров в Московской области.

10 Богоявленский монастырь в Китай-городе – один из старейших московских монастырей, был основан князем Даниилом Александровичем в конце XIII в. К настоящему времени сохранился собор конца XVII в.

11 Новоспасский монастырь был основан под Москвой в 1490 г., после переведения на новое место кремлевского Спасского монастыря. В настоящее время монастырский комплекс (преимущественно здания XVII в.) находится на территории Москвы.

12 Одна из подмосковных царских резиденций (на Воробьевых Горах, к юго-западу от Москвы), существовала до конца XVIII в. В настоящее время территория Москвы.

13 Версия о решающей роли бояр в организации московского восстания 1547 г. содержится в известиях времен опричнины. Более близкие по времени источники о боярском заговоре не упоминают, зато говорят о самоорганизации москвичей, собравших в кремле вечевой сход. О настоятеле Благовещенского собора Федоре Бармине сведений после 1547 г. нет. Большинство перечисленных бояр ко времени опричнины уже скончались: князь Федор Иванович Скопин-Шуйский (ум. 1557), князь Юрий Иванович Темкин-Ростовский (ум. 1561), Федор Михайлович Нагой (ум. 1558), Григорий Юрьевич Захарьин-Кошкин (ум. 1556). Проживший дольше других Иван Петрович Федоров (ум. 1567/8) в годы опричнины был одним из главных руководителей земщины и был убит опричниками (по некоторым известиям, Иван IV лично зарезал его).

14 Княгиня Анна Глинская (ум. ок. 1553) – жена князя Василия Львовича Глинского (ум. 1515), который в 1508 г. выехал на службу в Москву из Великого княжества Литовского.

15 Из перечисленных Карамзиным новыми боярами в думе (которая в это время состояла приблизительно из 20 бояр и 5 окольничих) стали только Г. Ю. Захарьин-Кошкин и князь Федор Андреевич Куракин-Булгаков (ум. 1567). Остальные входили в думу и до июньского восстания: Иван Иванович Хабаров (ум. после 1573), князь Данила Дмитриевич Пронский (ум. 1551), князь Дмитрий Федорович Палецкий (ум. 1561).

16 Князь Юрий Васильевич (1532–1563) – младший брат Ивана IV, князь углицкий с 1533 г. В ноябре 1547 г. женился на Ульяне (ум. 1569), дочери князя Д. Ф. Палецкого. После смерти мужа Ульяна приняла монашеский постриг (с именем Александра), позднее, вероятно, стала одной из жертв опричного террора.

17 Князь Петр Иванович Шуйский (ум. 1564) – боярин с 1550 г., известный полководец. Один из главных руководителей русских войск на начальном этапе Ливонской войны. В 1563–1564 гг. первый наместник в завоеванном Полоцке. Погиб при поражении от литовцев при Чашниках.

18 В 1539–1541 гг. при участии юного Ивана IV было установлено почитание иконы Богородицы Оковецкой (Ржевской), чудесно обретенной близ деревни Оковцы (в настоящее время в западной части Тверской области).

19 Евдокия (ум. ок. 1597) – дочь воеводы Александра Михайловича Нагого (ум. ок. 1554), с 1550 г. жена князя старицкого Владимира Андреевича. В 1555 г. по неизвестной причине приняла монашество (с именем Евпраксия).

20 Излишне односторонняя характеристика местничества. В описываемое время оно играло важную роль в консолидации вокруг престола высшей русской аристократии, представители которой имели различное происхождение (старомосковское боярство, потомки удельных северорусских князей, выехавшие из Литвы князья).

21 Несмотря на важнейшую (в традиции византийских императоров) роль, которую играл на Стоглавом соборе молодой царь, в подготовке и принятии его решений огромное значение имела деятельность митрополита Макария, иных представителей русского духовенства (причем не только принадлежавших к господствующему в это время иосифлянскому направлению, но и «нестяжателей») и боярства.

22 Хотя миссия 1548 г. Ганса Шлитте (ум. ок. 1557) является свидетельством устойчивого интереса Ивана IV к активизации европейских контактов (немало подтверждений этому дают и последующие события его царствования), но на рубеже 1540–1550-х гг. она, по-видимому, осталась лишь эпизодом, не оказавшим значительного влияния на политику московских властей. Не случайно русские источники не содержат никаких сведений об этой миссии. Ее масштабы были связаны с энергией и авантюрными наклонностями самого Шлитте, а провал не в последнюю очередь с разоблачением сомнительных обещаний, которые Шлитте щедро раздавал от имени московского царя. Нет никаких оснований считать, что Шлитте вторично посетил Москву, его «легкомысленные предложения» почерпнуты из составленного им (или кем-то из знакомых с его миссией лиц) ок. 1556 г. от имени Ивана IV подложного «ответа Карлу V», который распространялся среди европейских дворов, но, как и личность Шлитте, в это время уже не вызывал доверия.

23 Князь Дмитрий Федорович Бельский (1499–1551) – один из наиболее влиятельных деятелей начального этапа правления Ивана IV. Выдвинулся в конце правления Василия III (которому по материнской линии приходился двоюродным племянником) и, будучи главой князей Бельских, с 1530-х гг. являлся старейшим боярином в думе.