— То есть, отказываться от наследства он не собирается?

— Нет, он наотрез отказался отдавать все своему дядюшке, чтобы тот подавился этими долларами. И вместе со своим дядюшкой хочет устранить всех, чтобы стать единственными претендентами на все состояние. Майкл надеется устранить Эдварда, а Локхарт ждет не дождется, когда его дядюшка будет повержен.

— А ты-то здесь причем? — слегка хмурится Анна. — Причем здесь МакКлайфы? Я не понимаю!

— Видно, что-то в этом есть. Раз по словам мистера Локхарта, я тоже нахожусь в опасности. Так или иначе мы все получали угрозы и предупреждения о том, что нам надо быть осторожнее.

— Угрозы? Ты сейчас говоришь не про те письма, которые присылали Ракель и Терренсу? В которых говорилось что-то про тайны, которые они могут разгадать.

— Да, но не только их. — Наталия тихо вздыхает и заправляет прядь волос за ухо. — Пару раз мне тоже приходили сообщения с угрозами на мобильный телефон.

Наталия и Анна присаживаются на скамейку, которую они видят недалеко от себя, чтобы немного отдохнуть после долгого похода по магазинам, видя, как по огромному торговому центру ходит очень много людей разных возрастов.

— Тебе? — широко распахивает глаза Анна. — Сообщения с угрозами?

— Полагаю, это дело рук дядюшки Эдварда. Ведь номер, с которого я их получала, был неизвестен . Хотя я не удивлюсь, если это был не он, а его племянничек, который нашел SIM-карту с другим номером и настрочил мне эти SMS-ки.

— Господи, но почему-то раньше молчала об этом?

— Просто тогда я не воспринимала их всерьез и думала, что кто-то решил пошутить. Тот же Локхарт хотел немного помучить меня. Но теперь, когда я знаю про эту ситуацию с деньгами и компанией, у меня нет сомнений в том, что все это взаимосвязано.

— Да, я понимаю, но ты все равно должна была рассказать нам об этом. Ракель и Терренс же не скрыли от нас с Даниэлем то, что они получили письма.

— Прости, Анна… — Наталия немного склоняет голову. — Я правда сожалею о том, что молчала обо всем, что с этим связано… Давным-давно со мной произошел один случай. Он сильно запугал меня и заставил закрыть рот на замок. И вчера я все-таки нашла в себе смелости рассказать Терренсу с Ракель обо всем. Потому что больше не могла и дальше молчать… Тем более, что мне уже нечего терять…

— Правда? Но что с тобой произошло?

— Кое-что, что здорово встряхнуло и шокировало меня, — тяжело вздыхает Наталия. — Это случилось пять месяцев назад, когда все начали замечать, что со мной что-то не в порядке, а я упорно все отрицала и пыталась убедить вас в том, что все хорошо. Однако только ленивый и слепой не заметил бы, что меня явно что-то беспокоило.

— А ты не хочешь и со мной поделиться? Я – ведь твоя подруга. Я беспокоюсь о тебе и хочу помочь.

— Прости, Анна, но пока что я не готова снова об этом заговорить, — слегка дрожащим голосом отвечает Наталия. — Вчера мне с трудом удалось найти в себе смелости признаться во всем Терренсу и Ракель. А чтобы спокойно рассказать об этом кому-то еще, мне нужно снова собраться и совладать с эмоциями.

— Неужели это настолько ужасно, что ты не можешь говорить об этом?

— Ты сама все поймешь, когда узнаешь. А если хочешь узнать подробности, то можешь поговорить с Ракель. Я не обижусь, если она и Терренс расскажут тебе и Даниэлю, что произошло. Наоборот – они помогут мне. Избавят от нужды еще раз подробно пересказывать произошедшее.

— Но ведь теперь ты больше не будешь отрицать, что с тобой не все в порядке?

— Нет, больше не буду. И если эти двое не расскажут обо всем до того, как я соберусь с мыслями, то обещаю, что расскажу все подробности. Только я прошу лишь об одном – не давить на меня и не торопить. Для меня это огромное психологическое давление. Это то, о чем я не могу вспоминать спокойно.

— Хорошо, я не буду торопить тебя, — пожимает плечами Анна. — Просто помни, что я всегда буду на твоей стороне, не важно, настолько серьезен тот случай. Даже если выяснится, что ты поступила неправильно, обещаю, что я не буду судить тебя и сделаю все, чтобы поддержать и помочь пережить боль и забыть все плохое.

— Я знаю, — с легкой улыбкой благодарит Наталия. — Спасибо тебе огромное, Анна.

Анна скромно улыбается в ответ, и в воздухе на пару секунд воцаряется пауза. Во время которой она и Наталия просто осматриваются вокруг, видя огромное количество людей с пакетами и сумками, посещающие магазины, куда-то идущие и прекрасно проводящие время. А поскольку подруги находятся в том месте, где находится преимущественно больше магазинов косметики, одежды и обуви, то можно заметить много девушек и женщин, с интересом изучающие ассортимент товаров по одиночке или в небольших компании и покупающие то, что им понравится.

— Да, но все же… — задумчиво отвечает Анна. — Ты так и не сказала, почему Эдвард обвиняет тебя в измене, если ты этого не делала. Какие у него были доказательства твоей вины?

— Э-э-э, какие… — тихо произносит Наталия, на пару секунд замолкает и опускает глаза на свои руки. — Какие…

— Тоже не хочешь говорить?

— Мне будет нелегко рассказать это еще раз. Ситуация тоже не слишком приятная, и я тоже должна найти в себе смелость рассказать, что произошло между нами. Однако я могу поклясться чем угодно, что никогда не изменяла Эдварду и даже не думала об этом.

— Я верю тебе, милая, не переживай, — Анна кладет руку на плечо Наталии и мягко гладит его. — Но неужели ты не пыталась доказать, что всегда была верна ему? Почему ты позволила ему думать, что его предали?

— А смысл? Чтобы меня снова обозвали лживой дрянью, которая не умеет быть преданной? Тем более, что если Эдвард на самом деле та еще мразь и не любит никого, кроме себя, то я не хочу быть с таким человеком.

— Но