и нахмурилась. Богдан Быковский молча выслушал и сказал, что мне пора отдыхать. Весьма бесцеремонно прозвучало его предложение покинуть его кабинет. Но я не стала противиться и дальше задавать ему вопросы. Мне действительно пора было уходить. Я вышла в по-прежнему темный коридор и направилась в свою комнату. Секретная дверь снова исчезла и позади меня была сплошная серая стена. Богдан остался в кабинете. Меня переполняли разные чувства; изумление от увиденного не проходило. Интересно об этих чудесах можно кому нибудь рассказать, подумала я. За окном начали горланить первые петухи. Сознание мое охватили теплые воспоминания о семье и родном селе. Как-никак сегодня я пережила огромный стресс; передо мной пронеслась вся моя жизнь, пока я стояла под деревом с ручкой в руках. Вот что значит «Совать нос в чужие дела». Нужно будет навестить их на выходных, а то кто знает, может в следующий раз некому будет остановить чью-то ярость. Я сняла с себя одежду и кинула её на прикроватный длинный пуфик. Боль в ноге прошла, а на коже виднелись ели заметные полоски от пореза. Укрывшись легким одеялом, я погрузилась в сладкую дремоту.

Глава 9.

Сон меня в эту ночь не разнежил, я проснулась рано. Открыв глаза, я увидела, как в комнату, через занавески пробираются солнечные лучи. Я посмотрела на часы, стрелки часов показывали половину седьмого утра.

Сладко потянувшись в постели, первым делом я осмотрела ногу. К моему большому удивлению, рана стала еще меньше, кожа снова приобрела телесный цвет. И вправду волшебное зелье. Скорее всего с того ствола дерева. Поэтому Богдан так его оберегает. Я аккуратно сложила свою кровать и отправилась, по моим меркам, в шикарную ванную комнату, с окном. Желтые лучи солнца проникали сквозь занавеску прямиков в ванну. Я осторожно ступила на прохладный, белоснежный фаянс и включила до блеска отполированный душ. Вода, на удивление, сразу пошла теплая, приятная. Капельки воды светились, словно маленькие бриллианты, рассыпавшиеся по моему телу. Я трогала свое тело. Рассматривала маленькую, аккуратную грудь, круглые бедра, в отражении зеркала на противоположной стене. Интересно, каких девушек любит Богдан. Шальные мысли кружились в моей голове. Как будто и не было вчерашней ужасной ночи. Меня безумно к нему тянуло. Хотя я отчетливо понимала, что между нами огромная социальная пропасть. И мы вряд ли еще увидимся в городе. Стук в дверь нарушил мои мечтания. Накинув белый халатик, я вышла из ванны и открыла дверь. Передо мной стояла с растрепанными волосами Ирка с каким-то синяком на шее. – Хай, недотрога, ну и шуму, ты вчера навела, – плюхнулась на мою аккуратно заправленную кровать Ира. – Есть таблетка от головы. Ужасно болит. – Я шуму навела? – ответила я, не померив своим ушам. – А кто? – поддразнила меня Ира. – Пошла бы с нами, выпила, развлеклась. Нет же, давай кричать. Нервный этот прискакал, как его Богдан. Это брат Игоря, ты в курсе. Очень деловой чувак. С таким шутки плохи. Он здесь все держит. Ну, хорош собой, я б его расслабила. Игорь говорил, что он принадлежит работе, женщины его мало интересуют. – Ты мне это уже вчера говорила, – прервала я Ирину. – Да? Я плохо помню вчерашнюю ночь, – сморщив лоб, произнесла она. – Так есть у тебя таблетка или нет? – Да, где-то была. Сейчас найду, – засуетилась я. Пока проводила поиски в сумочке, решила сказать о своем решении. – Ира я хотела тебе сказать, что сегодня уезжаю домой, – тихо произнесла я, не поднимая глаз от сумки. Ира сидевшая на моей кровати, сгорбившись и подпирая рукой подбородок за секунду выпрямилась и бросила на меня обжигающий взгляд. – В смысле, уезжаешь? Ты нам еще нужна. Не бойся донимать, больше не будем. Сегодня точно поедем в «Смоковницу». Ира не сводила с меня глаз. – Нет, я решила. Мы же договаривались на один день, – сдерживая свое нарастающее волнение, произнесла я, продолжая искать таблетку в своей аптечке. Ира встала и подошла ко мне вплотную. Я напряглась и приняла устойчивую позу. Не зная чего ждать от Иры. Она всегда отличалась неуравновешенным нравом: могла и ударить, если её вывести из себя. От её слов в мое лицо летел стойкий запах перегара. – Ева, так дела не делаются, ты должна нас причесать, а мы тебе заплатим, такой же разговор был, верно? – не унималась она. – Мы договаривались на вчера. Уехать можно было и после обеда, – стояла я на своем. – Понимаю, так вышло, что нам пришлось сюда приехать, но вы решили здесь остаться и развлечься с парнями, еще и меня хотели подтянуть на свою оргию. Она специально подняла крик, пытаясь вывести меня из равновесия. – Вы посмотрите, как она заговорила! – накинулась на меня Ирка, демонстративно размахивая руками. – Кто там тебя хотел, посмотри на себя, тебе только собак выгуливать в берете и пальто. Мы просто прикалывались. Нам было весело. Короче, если ты сегодня уедешь, крепко пожалеешь. Я не позволю, какой-то красильщеце, так с собой разговаривать. Будешь ты мне еще, оценку моих действий давать. Ты не понимаешь против кого прешь! Ирка хлопнув дверью, вышла из моей комнаты. Я испытала огромное облегчение, высказав ей все, что хотела. Пусть мои слова звучали, может быть, не достаточно серьёзно, но я их произнесла. И, наконец, ни угрозы, ни ее дурной тон, не могли сегодня мне испортить настроение. Сегодня я снова увижу его и буду милой как никогда. В поездку, я взяла два сарафана. Вчера один был беспощадно залит кофе. Другой же, белый из муслиновой ткани с мелкими одуванчиками, так выгодно подчеркивал изящность моей фигуры и легкий оттенок загара. Спустившись в гостиную, меня встречает восхитительная атмосфера. Солнечные лучи проникают в окна до пола. Сладкий аромат выпечки, кажется, не покидает этот дом. На столе уже стояли тонкие бокалы под сок, переливающиеся всеми своими гранями, воплощение роскоши и вкуса. – Доброе утро Ева, как отдохнули? – спросила Тамара Викторовна. – Надеюсь, сверчки не сильно мешали вашему сну. Их в это время года достаточно много. – Спасибо, хорошо, – вежливо отвечаю я управляющей. – Скорее, наоборот, их звуки, меня успокаивают. Неужели она ничего вчера не слышала? Крутилось в моей голове. – Тамара Викторовна, а вы случайно не слышали вчера громкий лай собак? Женщина доброжелательно посмотрела на меня и спокойным, ровным тоном