скрывается поджарое тело человека, который с завидной периодичностью дает своему телу нагрузку и заботится о здоровье.

– Интересная подборка. – Я кивнула на книги, но Есения рассеянным взглядом скользнула по царящему на столе хаосу и промолчала. – Изучаешь зарубежную литературу?

– Ага. – Она немного приободрилась и вымученно улыбнулась, заправив за ухо волнистую прядь длинных волос. – Учусь на факультете зарубежной филологии. Последнюю сессию оказалось сдать труднее, чем я предполагала, так что теперь пол-лета придется страдать и корпеть над анализом текстов да эссе. Договорилась с парой преподавателей на дополнительные задания, чтобы как-то поднять оценки.

– Оценки – это всего лишь цифры, – ответила я, и Есения вымученно хохотнула.

– Не когда тебе нужна стипендия. – Она потянулась за очередной книгой и раскрыла ее на столе.

– Туше, – только и хватило меня ответить, когда Есения принялась листать вновь страницу за страницей.

Да уж, подобным разговором не изменишь художественную книгу, предсказывающую будущее. Двое новых знакомых перебросились парой фраз, а дальше пойдут каждый своей дорогой, погрузившись в размышления о своих проблемах и трудностях, которые им предстоит преодолеть, – это ничего не значит. Мое короткое появление в жизни Есении никак не влияло на ее судьбу, как и знакомство с ней – на мою, а значит, это едва ли могло разрушить миф о странном тексте на моем ноутбуке. Нужно было придумать что-то еще. Начать другой диалог или, быть может, вытащить девушку из библиотеки. Совершить нечто такое, что обязательно имело бы последствия.

В голове у меня промелькнула занятная идея. Я даже смогла представить в красках ее развитие, однако быстро одернула себя. В конце концов, я же вампир: чего мне стоило вылететь с девчонкой в окно и напугать ее до полусмерти? Кто поверит в подобное безумие, если вокруг не найдется свидетелей? Достать клыки, пошипеть. Для девчонки это было бы невероятным и пугающим событием, которое пророчащие страницы никак не могли не упомянуть, а я, находясь в здравом уме и связанная обещанием самой себе исключить из нашего совместного отпуска все паранормальное настолько, насколько это возможно, никак не могла подобное вообразить и описать в тексте.

– Хочешь, я помогу? Я неплохо ориентируюсь по зарубежной классике и прослушала курс по литературоведению.

Есения с нескрываемым скептицизмом посмотрела на меня.

– Курс?

Я пожала плечами и снисходительно улыбнулась.

– Да, курс. Это, конечно, не то же самое, что получить высшее образование, однако базовые навыки анализа и насмотренность на библейские символы и контексты времени у меня есть.

Есения закусила губу и в нерешительности принялась разглядывать книги на столе. Мне показалось, что она ищет способ помягче отказаться от предложенной помощи, чего я не хотела допустить. Нужно было придумать что-то еще, завлечь девушку, чтобы направить историю в другое русло.

– Соглашайся. – Я решительно поравнялась с ней у стола и взяла в руки ближайшую книгу. – Не всем предлагает помощь автор бестселлера.

– Вот уж прямо бестселлера? – В голосе послышалась нотка ехидства, но я давно привыкла к тому, что люди не воспринимали меня всерьез, пока не слышали название книги.

– Слышала о романе «Город, в котором никто не лжет»?

Тишина окутала библиотечный зал. Я готова была поклясться, что Есения даже задержала дыхание. Конечно, она слышала. Каждый, кто любил книги, встречал его на выкладках при входе в книжных магазинах, видел баннерную рекламу, статьи в журналах и социальных сетях. Феномен любого бестселлера в том, что он собой заполняет все пространство, заставляя других говорить о себе на улицах, в метро и на вечерних посиделках в шумных компаниях.

– И автор этого романа… – Я прокрутила кистью в сторону Есении, предлагая ей самой ответить. Она с трудом оправилась от шока, прежде чем сказать.

– Лиза Орская. – Широко раскрытыми глазами Есения уставилась на меня, как на сияющее божество, которое снизошло до человечества и готовилось раздавать направо и налево конфеты.

– Верно. Лиза Орская – это я. – Я отложила книгу, которая была у меня в руках, и потянулась к томику Эдгара Алана По. – Так какая формулировка задания? Дай почитать.

Глава 6. Марк

– Вы же понимаете, что не можете всегда контролировать действия своего партнера? Она – самостоятельная личность и способна сама выбирать, что делать.

Я смотрел на лицо своего психотерапевта через экран на телефоне и знал, что она права. Видеосвязь – удобный способ, чтобы даже на расстоянии создать иллюзию присутствия. Вот только мне совершенно не хотелось, чтобы психотерапевт видела, как я закатывал глаза в ответ на сказанное.

– Умом я понимаю, что не могу запереть Лизу, как редкую и красивую птицу, в клетке, оберегая от опасностей мира, но ничего не могу поделать со своей навязчивой идеей. Я будто чувствую – что-то надвигается, вот только откуда, когда и кто принесет угрозу в нашу жизнь, предсказать не в силах.

Психотерапевт подперла кулаком подбородок и прищурилась.

– Вы обсудили с Лизой, почему она пришла после мероприятия, испачканная краской?

Я осекся, чтобы не поправить доктора, на полуслове. Это была кровь. Лизу облили кровью. Я знал это, и она наверняка тоже, но мы продолжали играть в игру, где каждый уклоняется от неудобной правды. Той же легенды я придерживался на сессиях с терапевтом, не желая лишний раз ковырять мозоль на наших с Лизой отношениях.

– Поначалу я пытался вывести разговор в нужное русло, но, сами понимаете, сейчас неподходящее время. Лиза недавно потеряла отца. Пусть она и держится при мне как обычно, я чувствую изменения в наших отношениях. Лиза старается бодриться, но она будто ускользает от меня. Я чувствую, что теряю ее.

Психотерапевт внимательно наблюдала за мной пронзительным взглядом.

– Каждый человек проживает скорбь по-своему. Если ваша девушка выбирает продолжать жизнь в привычном русле, разве это плохо? Она знает, что вы есть у нее. Вы активно даете ей это понять, судя по вашим рассказам. Только ей решать, открыться вам или нет. Вам остается только ждать, когда Лиза будет готова поделиться с вами личным горем.

– Но разве ее молчание не говорит о том, что Лиза мне не доверяет?

Психотерапевт пожала плечами:

– Сейчас вы можете только додумывать за нее интерпретации. Пока вы не поделитесь открыто со своей девушкой своими переживаниями, спираль вашей тревоги продолжит расти, а разум так и будет создавать новые сценарии для беспокойства. Подумайте об этом. – Она сложила руки перед собой и подарила мне мягкую улыбку. – К сожалению, на сегодня наше время вышло. С какими мыслями сегодня вы выйдете с сессии, чтобы обдумать их к следующей встрече?

Я выдохнул через рот, раздувая