когда я отдавала ему магические силы, чтобы спасти жизнь Егора и свою. Кузен говорил, что девушки, помогавшие древнегреческим героям, в итоге оказывались брошенными и отвергнутыми ими. Тесей оставил Ариадну, которая предала отца Миноса и Крит, помогая герою выбраться из Лабиринта. Ясон бросил Медею, которая пожертвовала всем ради любви к нему, подсказав, как забрать Золотое руно.

Неужели и мне предначертано было повторить судьбу древнегреческих принцесс, как обещал Григорий? Или это расплата за дар Прометея? Сначала прадедушка Этьен, потом папа, теперь… я?

От боли сердце сжалось и захотелось вызвать пару молний, готовых испепелить любого встречного и Эдинбургский замок за компанию. Но магии у меня нет, как и любимого. Мне нужно было срочно на что-то переключиться, чтобы не думать, не чувствовать, не вспоминать. На что? На какое-то приключение. Но я побывала почти во всех загадочных и интересных местах Шотландии и России.

Я не знала, что мне делать. И тут мобильный телефон снова пропиликал. Пришло оповещение. Детектив нашел следы Патрика Мак Кенси в Южной Америке.

Анализ данных, оформление виз, сборы – все пришлось очень кстати. Мне удалось отвлечься, переключиться, но не забыть. Каждую секунду свободного времени, когда мозг не разбирался в хитросплетениях жизни моих родителей, когда тело не получало физических нагрузок, я думала о Егоре, о нашем разрыве, о причинах. Ведь должна была быть причина. Он никогда не принимал серьезных решений, не подумав, не взвесив все плюсы и минусы. Должна быть, в конце концов, причина, повлиявшая на его решение!

Мы были вместе больше шести лет. За это время случалось всякое: ссоры, примирение, охлаждение, недопонимание, смирение, восторг. Вместе мы справлялись со всеми возникающими проблемами. А теперь…

Надо это как-то пережить. Выдержать.

Помню, как думала, что если пойму причину, то смогу все исправить. Неважно, что прошли недели с момента расставания, я верила, что могу все вернуть. Но как узнать, что происходит там, в мире магии, если я здесь? И это ведь мое решение – не возвращаться туда. Я сама отказалась быть там. Быть может, это месть магических сил? Но за что? Магического браслета нет, колдовать я не могу.

И вот я смотрю на вечерний город из окна гостиничного номера. Каракас – столица, и, как любой крупный город, он вмещает в себя множество людей. Все они ищут любви, власти, признания, счастья, денег, здоровья, общения. Почти все. Кто-то из них уже устал бороться, кто-то перестал надеяться, кто-то стал равнодушным, не имея возможности что-то изменить. Люди так похожи на магов, а маги на людей. Мы почти одинаковые. Так и с городами.

Города всегда живут, дышат. Даже ночью они не перестают развиваться. Шум ночных улиц, смех гуляк и сигналы автомобилей, крики птиц и бездомных животных, дерущихся за кусок пищи, – все это наполняет города жизнью.

Люди живут. Маги живут. Города живут. А я? Как же я? Я застряла.

Пустота. Единственное слово, которое приходит мне на ум, когда я пытаюсь понять, осознать свое состояние. Пустота поглотила все: боль, шок, злость, печаль, тоску. Ничего не осталось. Я пыталась не думать о том, что я чувствую. Я ухватилась за поиски отца в надежде отвлечься от мыслей о Егоре. Я много раз читала отчеты частных детективов, анализировала и сверяла данные, полученные Сьюзен и ребятами из клуба. Я старалась изо всех сил отвлечься, бежала от постоянной боли в сердце. Будто вырвали из него кусок и там пусто, жутко от одиночества, и каждый оголенный нерв кричит от боли и невозможности дотронуться, дотянуться, прикоснуться, заговорить. Егор…

Когда сил терпеть уже не было, я бегала. Выходила на улицы Эдинбурга и бегала. В любую погоду, в любое время. Бегала, бегала, бегала. И сожалела, что у дедушки и бабушки нет собаки. Она бы составила мне компанию. С ней стало бы чуточку теплее и не так одиноко.

Я бегала быстро, и у меня в конце концов почти получилось ничего не чувствовать. Почти.

На смену боли пришла пустота. Темная, тягучая, почти осязаемая. Она дарила спокойствие и безмятежность. Больше ничто не отвлекало меня, ничто не тревожило и не причиняло беспокойство. Наконец можно было вздохнуть и не бояться, что новый круговорот мыслей и эмоций затянет в воронку безысходности.

Кайса сказала бы, что это бегство. Возможно, я снова пыталась убежать. Раньше я бегала от семьи, пытавшейся создать из меня диктатора, который захватит власть в Коллегии Девяти магов Европы. Я избегала всяческих интриг, лидирующих позиций, надеясь, что ничего из запланированного дедушкой Сергеем и бабушкой Агатой не получится. После Заговора мамы я опять затихарилась, потом и вовсе сбежала из мира магии. И сейчас я снова пытаюсь сбежать, но в этот раз у меня мало шансов на успех.

От себя убежать невозможно.

Информатор дал мне несколько дней отдыха, прежде чем поиски отца продолжатся. Акклиматизация должна была пройти. В результате и произошло то, чего я так долго боялась: я осталась наедине с собой. Дома, в Шотландии, со мной были родители папы, друзья, которые всячески отвлекали и не давали предаваться грустным мыслям. А здесь? Здесь никого нет, кто мог бы поддержать и отвлечь. Даже этот человек, что снабдил начальными данными, и тот не спешит встретиться.

(Anastacia – Stamina)

Ужин давно принесли в номер. Он уже остыл. Есть не хотелось. Аппетит так и не восстановился после того злополучного разговора в парке у замка. Прием пищи стал просто осознанной необходимостью. Без еды ни один организм не сможет существовать. Маг может поддерживать свои силы с помощью магии, но я ведь не маг. У меня нет сил. У МЕНЯ НЕТ СИЛ, ТАК КАК Я СПАСАЛА ТОГО, КОГО ЛЮБИЛА. А ОН БРОСИЛ МЕНЯ РАДИ КАРЬЕРЫ И ПЕРСПЕКТИВНОГО БУДУЩЕГО. ИЛИ РАДИ ДРУГОЙ?

Поднос с едой полетел в стену. Придется оплачивать еще и мелкий ремонт номера. И ладно. Не страшно. Страшно другое: ничего не чувствовать. Пустота?

Хватит. Хватит убегать и бояться что-то потерять. У меня отобрали почти все. А ведь я так быстро бегала.

Хватит. Больше никакого бегства, никаких отступлений, никакого сочувствия и жалости к тем, кто сделал мне больно.

Пора подумать о себе. Нет. Пора заняться собой. Своей жизнью, своим путем.

У каждого своя дорога.

У каждого свои враги.

Но перед ликом вечной боли

О сдаче думать не спеши.

Я выдержу. Выживу. И… Оказывается, это так приятно, когда испытываешь чувства. Эмоции растекаются по венам, будоражат кровь, наполняют ее силой и желанием, еще неосознанным, беспредметным, безобъектным. Но даже это уже кое-что. За пару недель пустоты я и забыла, как это круто. Злость может заставить двигаться дальше, ради мести люди строят грандиозные планы, она дает им энергию и цель в жизни. Но месть разъедает изнутри. Получив желаемое, люди понимают, что ничего так и не достигли. Им не стало лучше. Медея жестоко отомстила мужу Ясону за измену и развод: она убила их собственных детей и сбежала из города, став убийцей без Родины. Нужно ли мне это? Способна ли я на такой страшный шаг?

Остатки ужина с пола перекочевали на стол. Неряхой я никогда не была.

Хочется надеяться, что Медеей я не стану. Как можно желать смерти и боли тому, кого ты любишь? Разве это любовь? Нет. Желая кому-то зла, совершая страшные поступки, можно только оттолкнуть все, что есть светлое в мире. И тогда место света и добра занимает нечто другое: в случае с Медеей – тьма и одиночество, в моем случае – пустота.

Мы сами выбираем, чем заполнить чашу жизни. Все зависит от нашего выбора, а не от решения кого-то еще.

Можно бегать от проблем, можно встречать их лицом к лицу. Можно скрываться от чувств, а можно дать им волю, и они захлестнут тебя, контролируя все вокруг. Встречала я таких людей, которые шли на поводу у своих эмоций, а потом не знали, что делать и как все вернуть на круги своя. Печальное зрелище. А я не печальное зрелище? Столько времени терзать