— В смысле? — встрепенулся Портнягин.

— Спят и видят, как бы меня из председателей отсадить. Подписи собирают, анонимки пишут…

— А-а… в этом смысле… — разочарованно протянул Глеб. — Но ведь не отсадили пока…

— Нельзя им! На моё ж место Валерка Прокопьев рвётся, а они его ещё сильней, чем меня, ненавидят… Да и потом какой им смысл рытьё останавливать? Сами же без воды насидятся. Всё лето из скважин поливать — тоже хорошего мало…

— Тогда, может, это Прокопьев порчу заказал?

— Ну так а трубы-то чьи? Валеркины! Через фирму свою добывал. Что ж он, сам себе вредить будет?

Да, задачка…

— Постойте пока тут, — попросил Портнягин и пошёл вдоль незримой границы, внимательно оглядывая заклятую кем-то почву. Бурьян, грунтовка. И всего два приметных объекта: боярышник и муравейник.

Вернувшись в исходную точку, покачал головой.

— Вообще-то я на рыбалку сюда приехал, — недовольно молвил он.

— Что? Не поможете? — ахнул, жалобно скривясь, Олеарий Петрович.

— Смотря с чем. Вот с этим… — Портнягин указал пустым ведёрком на крохотную аномальную зону. — С этим — нет. Не имею права…

— А с чем тогда?

Подколдовок порылся в наплечной сумке и достал деревянную фигурку на верёвочке.

— Могу продать оберег, — сдержанно сообщил он председателю. — Штука надёжная. Сам резал.

— От чего оберег? — опешил тот.

— В вашем случае — от сестёр Гадюкиных.

* * *

Возвращался Портнягин в ещё более скверном настроении. Получалось, что точку отдыха надо менять. Ладно, закатимся в следующий раз куда-нибудь на Слиянку.

Не дойдя до родного подъезда шагов этак двадцати, остановился, вскинул глаза. Что-то привлекло внимание Глеба. Пригляделся — и понял.

По стене обшарпанной пятиэтажки мимо четвёртого этажа на пятый ползло нечто невразумительное. Этакая змейка, словно бы состроченная из лоскутков. Причём неопознанный ползучий объект явно подкрадывался к балкону старого колдуна Ефрема Нехорошева.

Опознать явление было и впрямь не просто — мелковато, далековато. Впрочем, есть способ. Приблизившись к подъезду, Портнягин присел на лавочку, отложил сумку, снасти и откинулся на дощатую спинку. Затем глаза его остекленели. Такое впечатление, что отрубился юноша. На самом же деле подколдовок просто-напросто покинул свою материальную оболочку и вышел в астрал. Взмыл на нужный уровень, всмотрелся.

Ну ничего себе! По облупленной стене пятиэтажки двигался караванчик муравьёв-листорезов. А может и не листорезов, поскольку вместо кусочков отстриженной зелени, над процессией трепыхались мелкие купюры со следами солидола.

Не прогуляй Глеб полдня в окрестностях дачного посёлка, он бы наверное решил, что старый колдун пробормотал по рассеянности какое-то заклинание и вызвал насекомых нечаянно. Теперь же отдельные события мгновенно собрались в единую, а главное непротиворечивую картину. Вот оно что, оказывается!

Портнягин плавно слетел на асфальт и, вернувшись в физическое тело, стал ждать. Минут через пятнадцать под донышком балкона вновь обозначился муравьиный караван и двинулся вниз по стене. Порожняком.

Теперь не было даже сомнений.

Встал, подхватил свои пожитки и единым духом взбежал на пятый этаж.

* * *

— Нагулялся? — проворчал старый колдун при виде ученика. — Что-то быстро ты…

На столе перед ним лежали испачканные в солидоле денежные знаки.

— Ефрем! — вместо ответа выпалил Глеб. — Это не от тебя мураши ползли?

— От меня, — невозмутимо подтвердил тот.

— И трубопровод дачный тоже ты тормознул?

— Я-а…

— Зачем?!

— Заказали…

— Йех! — поразился Портнягин. — Так ты, выходит, заказы не только у людей берёшь?

— А чем они лучше?

— Кто?

— Люди.

— Ну ты даёшь! — только и смог выговорить Глеб. — Нашёл кого с кем равнять!

Неосторожно. Ох неосторожно! Тут же шлея под хвост попала.

— Ишь, как мы себя любим! — презрительно скривив рот, проскрипел старый колдун. — Венцы творения… Цари природы… Психозоа… — ядовито выговорил он нечто невообразимое. — Ах-ах, трубопровод им тормознули! Проект переделывать надо… А муравейник снести бульдозером — ничего? Тоже ведь божьи твари…

— А деньги, между прочим, краденые, — не зная, что возразить, наобум ляпнул Портнягин — и приступ гнева кончился, едва начавшись.

— Правда, что ль? — прыснул старикан. Подумал — и добавил с нежностью: — Хотя… Где ж им взять, мурашикам, как не украсть?

Май 2026

Волгоград