что спасала мальчишку - обвал. Могли и не успеть. И меня спас этот тридцать седьмой.

А я даже спасибо не сказала.

Он сам вообще-то виноват.

Отряхиваюсь, иду к нашим.

Продолжаю дальше успокаивать тех, кто потерял тут знакомых. Кто не знает о судьбе других. Кто пропал вообще.

Это длиться час, два… три… Полночь.

- Софья, - подзывает Пал Палыч, начальник пожарной части, - смена сейчас меняться будет. Ребятам отдохнуть надо. Давай-ка ты тоже с ними. Дуй домой. Тут из других частей подъехала помощь, справимся.

- Хорошо, спасибо.

- Так… - осматривается, - с кем же тебя отправить? Алексей, - машет мужчине, что стягивает свой защитный костюм. - Вы в часть?

Крепкий, широкоплечий.

- Да. Смена.

- Отлично. Прихватите вот эту барышню.

Оглядывается тут же на меня при слове “барышня”.

- Здрасте, - киваю ему.

- Да без вопросов. А за что надо прихватить? - ещё находит силы пошлить.

- Так. Титов, отставить! Это Софья Федоровна, наш новый штатный психолог.

- Ах, психолог. Приятно познакомиться, Софья Федоровна.

Знакомый какой-то у него тембр.

Хотя…. наверное, тут у всех брутальных спасателей такой.

У того контуженного похожий был.

На скуле у него ссадина. Над широкой бровью лоб в саже.

- Алексей, - представляется сам.

Ухмыляется чему-то. Но больше ничего не говорит.

- Она будет в вашу смену работать, поэтому не обижать.

- Ну, вы что, Пал Палыч. Мы если только любить.

- Вы не слушайте его, Софья. Они после стресса так шутят. Любя.

Ясно-понятно.

Алексей достает из пачки сигарету, прикуривает.

Ну вот. Вредные привычки есть.

Не подходит.

- Титов, ты где? - вызывают его по рации.

- Иду, комотд, - чуть наклоняет голову вниз, к рации, что прицеплена на груди, и передает начальнику.

Затягивается и выдыхает дым в сторону.

- Все, оставляю вас, - прощается Пал Палыч, - сегодня отдыхайте, Софья. Завтра жду вас.

Алексей снимает свою куртку и накидывает на меня.

Благородно.

Сам остается в черной футболке, плотно обтягивающей широкие плечи и крупные бицепсы. Кутаюсь в его куртку.

Кутаюсь, чтобы согреться и глубоко вдыхаю.

Сквозь запах дыма чувствую мужской а-ля “все решу, не ссы” аромат, который приятно щекочет в носу.

Забирает все свои вещи и кивает идти за ним.

- Замужем, Софья?

- Нет, - усмехаюсь, - а к чему вопрос?

- Может, сходим тогда куда-нибудь вечером? - усталый, но мысли будто на автомате выдают нужное направление.

- Я занята по вечерам, Алексей.

И слишком сильный напор не люблю.

- Тогда днем.

- Днем мы работаем.

- В обед.

- В обед я обедаю.

- Вот это совпадение. Я тоже в обед - обедаю. Может, совместим наши обеды? А там и от ужина не откажетесь.

- Алексей, давайте сразу на чистоту. Отношения на работе мне не нужны. И я их не ищу. Поэтому на все ваши предложения “нет”.

Затягивается ещё раз и тушит сигарету.

- Титов, ну, ты где ходишь? - кричат ему из машины.

- Андреич, - кричит кому-то в окно заведенной пожарной машины. - Палыч попросил барышню в часть отвезти. Психолог наш новый.

- Да у нас мест уже нет.

- Я подвинусь, так и быть.

Открывает мне дверь пожарной машины, сзади за водителем.

Высокая.

Берусь за ручки, ногу ставлю на первую ступеньку и с усилием подтягиваюсь.

Как только они сюда забираются.

И дальше меня за талию поднимает вверх, а потом ещё за попу не стеснняясь подталкивает.

- Здрасте, - киваю мужчинам.

Никого тут не знаю ещё. Сзади уже двое сидят, и мы ещё вдвоем с Алексеем.

- Здравствуйте, - хором в ответ.

Титов быстро забирается следом, захлопывает дверь и усаживается, вытесняя меня буквально верх. А потом поднимает за талию и сажает меня к себе на колени.

- Ну вот, поместились все, поехали, Димон.

- Когда ты только все успеваешь, - закатывает глаза тот, что впереди.

А Алексей одну руку кладет вдоль окна, чтобы я не билась спиной о железную дверь, вторую кладет мне на ногу.

Я понимаю, что ему руку некуда деть, но я тут причем.

Не сжимает, не пристает. Но у нее тяжесть как от кирпича. Причем раскаленного.

Даже дышать становится нечем.

Делаю вид, что не замечаю ничего этого.

- Иван, командир этого отделения. Это Дмитрий, наш водитель, с Алексеем, я так понял, уже познакомились, - переглядываюсь с ним. Это Антон, - мне улыбается молодой совсем парень. С ямочками на щеках. Мило так. Детки у него красивые будут. - И Егор.

- Софья, - киваю, - Федоровна.

Мне б контуженного этого найти. Всё-таки спас меня.

- Иван, а вы же всех знаете, наверное, по номерам?

- Да, а кто нужен?

- Номер тридцать семь. Не подскажете, в каком отделении?

В машине тишина повисает, как будто я какую-то глупость спросила и все смотрят на меня также.

- Так он рядом с вами сидит, а что случилось? Обидел, что ли?

Ой черт. Метко я…

Ну и кто это был?

Может, с ямочками?

Ну пожалуйста, ну пожалуйста, ну пожалуйста.

Улыбается, красавчик.

 Глава 3. Так кто контуженный-то?

И мальчик этот с ямочками улыбается мне.

И Титов. И Иван. И Егор.

Все уставшие, развалились на креслах, но молчат, как партизаны.

Ставят меня ещё в более стремное положение.

- Так что натворил?

- “Спасибо” сказать хотела.

- О нет. “Спасибо” я не принимаю. Только ужин, - обдает табачным запахом Алексей.

Морщу нос.

Значит, все же Алексей. Жаль.

И я дура.

- Вы нас не узнали, Софья? - спрашивает Иван.

- Так вы все одинаковые.

- Это есть. Спасал вас - Алексей. Мальчишку оттуда вытягивали уже мы с Антоном.

- Как он?

- Врачам передали. Нормально все с ним будет. Но если бы на минуту позже, то вы бы с ним там погибли. Перекрытие держалось непонятно на чем. Так что Алексею можете сказать спасибо.

Поворачиваюсь наконец к нему.

В глаза заглядываю. Цепкий у него такой взгляд. Как не узнала сразу.

- Спасибо.

- Только ужинами принимаю.

Кончиками пальцев ведет по ободку моей футболки возле шеи, цепляя едва кожу.

- Алексей, прекратите, - шиплю тихо на него.

Уворачиваюсь.

Будь мы тут не одни, я