Мои пальцы зависают над мышкой, и я медленно выдыхаю, надеясь, что агентство назначило на сегодняшний вечер сносного клиента.

Хотя я не из тех, кто отказывается от вкусностей, некоторые из мужчин, с которыми я знакомлюсь в Интернете, вызывают у меня неприязнь. Я бы не удивилась, если бы когда-нибудь увидела их в новостях.

Я заставляю себя улыбнуться, прежде чем перейти по ссылке, чтобы начать сегодняшнюю сессию. Мой взгляд сразу же притягивают мягкие голубовато-серые глаза парня, смотрящего на меня через экран.

Грейв.

Мне не нужно смотреть на его идеально уложенные черные как смоль волосы или маску скелета, которая всегда закрывает нижнюю половину его лица, чтобы понять, что это он.

Я узнала бы эти глаза в море лиц.

Грейв, под псевдонимом, под которым я его знаю, — мой самый частый клиент. И мой любимый. Я вижу его лицо по ту сторону экрана почти каждый вечер, когда работаю, и я определенно не возражаю. Он не только мой лучший клиент, но и самый молодой — на несколько десятилетий — и самый обаятельный, и я действительно наслаждаюсь его обществом.

Возможно, больше, чем следовало бы.

Не видя его лица, я не могу сказать наверняка, но, судя по его глазам, голосу и нашим разговорам, я предполагаю, что мы относительно близки по возрасту. Однако на этом наше сходство заканчивается. Мы с ним такие разные. Грейв — это все, чего я не достойна: подтянутый, нонконформист и чертовски уверенный в себе. Я до сих пор не могу понять, почему такой парень, как он, платит так много за мое общество каждый вечер. Я думаю, он способен взять любую девушку, какую только захочет.

И все же он проводит ночи со мной.

— Как прошел твой день, корица? — богатый, глубокий голос Грейва звучит в динамиках моего ноутбука.

— Хорошо.

Я изображаю улыбку, изо всех сил стараясь не выдать своих истинных эмоций. С тех пор как сегодня днем покинула кабинет психологии, я была на грани эмоционального срыва и провела вечер, пытаясь понять, как справиться с тем, что произошло. Если бы я так сильно не нуждалась в деньгах за сегодняшний сеанс, я бы, наверное, отменила его.

— А у тебя?

— Не лги мне, корица, — ругается он, глазами глядя мне в душу сквозь разделяющие нас экраны. Тоном, полным искренней озабоченности, он продолжает: — Это была самая фальшивая улыбка, которую я когда-либо видел на твоем прекрасном лице. Я не хочу, чтобы ты мне лгала.

С любым другим клиентом я бы не сказала ни слова. Но Грейв — не такой, как все остальные клиенты. За те месяцы, что мы общались, у нас сложились своего рода отношения. Я всегда могу быть в нижнем белье, когда мы встречаемся онлайн, но не всегда это связано с сексом. Он, вероятно, знает обо мне больше, чем кто-либо в моей реальной жизни, учитывая, сколько времени мы тратим на пустую болтовню о пустяках. Иногда он действительно хочет просто поговорить. В другие ночи он хочет наблюдать, как я кончаю, пока я почти не теряю сознание.

Баланс, я полагаю.

— Скажи мне, что случилось, — настаивает он.

— У меня был довольно дерьмовый день, — жалуюсь я.

Он слегка хмурит брови, и в его глазах ясно читается недовольство моим ответом.

— Что случилось?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГРЕЙВ

Что бы ни беспокоило Кейси, это видно по ее лицу и языку тела. Кто-то расстроил ее сегодня, и, судя по тому, с какой скоростью ярость течет по моим венам, становится совершенно очевидно, что мне не нравится видеть ее такой.

Маска, закрывающая мое лицо, скрывает раздувающиеся ноздри от моих глубоких, тяжелых вдохов, а крепко сжатые кулаки, прижатые к бокам, находятся вне поля зрения камеры. Я пытаюсь скрыть от нее свой гнев, но это чувствуется в моем тоне, когда я говорю сквозь стиснутые зубы.

— Кто-то причинил тебе боль, корица?

— Да… то есть, нет, — заикается она и изо всех сил пытается сохранить зрительный контакт с камерой. — На самом деле он ничего не предпринимал.

— Он явно что-то сделал, — рычу я, чувствуя, что мой гнев неуместен.

В ее глазах появляются слезы, что только разжигает мою ярость, когда я даю ей время собраться с мыслями, прежде чем настаивать на дополнительной информации.

— Мой профессор психологии завалил мою контрольную, а я знаю, что сдала ее на отлично. Это испортит мой средний балл, — всхлипывает она. Сегодня днем это был совсем не отеческий озабоченный взгляд. Этот ублюдок испытывал ревность тому, как я на нее смотрю. Тыльной стороной пальцев она тщательно вытирает под глазами выступившие слезы, чтобы не размазать макияж.

— Но он был достаточно щедр, чтобы предложить мне. — цитирует Кейси, «дополнительные баллы, если я его трахну»

— Ты ни за что на свете не трахнешься с ним, — сердито выпаливаю я, прежде чем успеваю сдержать свою злобную ревность.

— Я могу трахать себя на камеру за деньги, но я не гребаная шлюха, — выплевывает она, из ее глаз текут слезы, поскольку она не понимает причины моей вспышки гнева.

— Это не то, что я имел в виду… — Кейси захлопывает крышку своего ноутбука, резко обрывая наш разговор, прежде чем я успеваю закончить.

— Блять!

Оттолкнувшись от стола, я несколько минут расхаживаю по квартире, прежде чем схватить серую толстовку с капюшоном Oakridge, висящую в изножье кровати. Я надеваю ее и засовываю маску в передний карман, прежде чем выбежать в коридор. Тяжелыми, быстрыми шагами я спускаюсь вниз и направляюсь к примыкающему гаражу.

Добравшись до своего Audi A5 Coupe, я сажусь за руль и включаю двигатель. Мои шины визжат по бетону, когда я выезжаю с парковки и направляюсь к источнику проблемы Кейси. Пару месяцев назад копаться в людях, которые были в ее жизни, казалось излишним, но сегодня вечером оказалось чертовски полезно знать адрес профессора Стюарта.

Он живет недалеко от кампуса, и дорога до причудливого Кейп-Кода, где он живет один, занимает всего несколько минут. Я проезжаю на несколько домов дальше по кварталу, прежде чем съехать на обочину и припарковаться.

Если я, черт возьми, убью его, я бы не хотел, чтобы моя машина стояла перед домом.

Забравшись на задний двор, я заглядываю в его окно и натягиваю маску скелета обратно на лицо.

Профессор Стюарт наслаждается бокалом красного вина, сидя на диване. Почти так же сильно, как ему нравится, когда белокурая студентка стоит на коленях у его ног, просовывая голову ему между бедер и отсасывая его член.

Чертов придурок.

Они