Это всё наверняка выпитое вино. Надо взять себя в руки.

— Уверена, что тебе повезёт, — улыбаюсь я, и, чтобы скрыть охватившее меня волнение, вскакиваю, чтобы убрать грязную посуду.

— Не надо, Леденец, мы с Русланом всё сделаем сами, отдыхай, — поднимается со стула Вова. — Ты и так сегодня много сделала.

И я улыбаюсь в ответ: всё-таки у меня самый лучший муж на свете!

Мальчики уносят всю посуду на кухню, где я слышу шум воды и тихий гул их голосов: им явно есть о чём поговорить за всё то время, что они не виделись. Я прибираю на столе всё лишнее, оставляю бутылки, чистые бокалы и свечи, разглаживаю скатерть: просто обожаю, когда у меня в доме всё красиво и стильно.

Сейчас Вова с Русланом вернутся, и мы продолжим. Тем более у меня припасён для них в холодильнике обалденный десерт…

Я перегибаюсь через стол, чтобы разгладить складки на скатерти, и тут вдруг чувствую, как горячие ладони моего Вовы гладят меня под тонкой тканью платья, задирая его наверх: я же даже без трусиков! Так и оставила их там, в коридоре!

Из кухни по-прежнему доносится шум льющейся воды и звон тарелок, и я шепчу своему мужу:

— Сумасшедший, что ты делаешь, он же сейчас придёт!

Но он совершенно не слушает меня, и я чувствую, как спелый, обжигающе-горячий член моего любимого уже тычется в мою мокрую киску.

Вова, не давая мне даже опомниться, кладёт мне одну ладонь на поясницу, крепко прижимая меня к столу, и я чувствую бешеное тепло внизу своего живота.

Его твёрдый властный член жёстко входит в меня, и я тихо всхлипываю, стараясь не издавать громких звуков, хотя бешеное желание уже охватило и пожирает моё лоно.

Мой муж жёстко и быстро трахает меня сзади, не давая вздохнуть, и я растекаюсь под его горячими проникновениями как то самое мягкое сливочное масло с нашего ужина.

Мне стоит огромных усилий не закричать от острого наслаждения, накрывающего меня с головой, когда мы с Вовой одновременно кончаем, и я судорожно глотаю ртом воздух, пока мои живот и грудь плотно прижаты к жёсткой столешнице.

Я чувствую, как у меня по ногам стекает его сперма, и я приподнимаюсь, чтобы встать.

— Я надеюсь, он нас не слышал, — с улыбкой поворачиваюсь я к своему шаловливому мужу, и вижу, что передо мной стоит Руслан, и застёгивает свои штаны!

Да как такое могло быть! Меня трахнул лучший друг моего мужа, пока тот, ничего не подозревая, моет на кухне посуду.

Я даже не могу закричать или что-то сказать, а лишь смотрю в эти ледяные насмешливые глаза, которые глядят на меня с ухмылкой, и хватаю в руки салфетку, чтобы вытереть внутреннюю сторону бёдер и ног, по которым течет вязкая сперма…

Мой живот ещё пульсирует и сжимается от неземного оргазма, но я слышу шум выключающейся воды на кухне, и через пару минут в столовую входит мой Вова с тортом на блюде:

— Ну что, признавайтесь, о чём тут болтали? Готовы к десерту? — спрашивает он, устанавливая мой кулинарный шедевр в центре стола.

И я улыбаюсь, стараясь не показать всё своё смятение. Что мне делать? Признаться мужу, что его лучший друг только что отымел меня прямо на нашем обеденном столе?

И признаться в том, что я не почувствовала разницу?

Признаться в том, что я испытала бешеный оргазм, который до сих пор сладко пульсирует в моей киске, пока мальчики едят мой фирменный торт, запивая его сладким хересом?!

После ужина мы поднимаемся с Вовой в нашу спальню, и закрываем за собой дверь.

— Послушай Вова, а как долго Руслан пробудет у нас? — издалека начинаю я.

— Леденец, мы так долго с ним не виделись, что чем дольше, тем лучше, — с улыбкой отвечает мой муж, и я замолкаю. — Как тебе мой лучший друг? Понравился? — приближается он ко мне, и я вспоминаю, как всего час назад толстый мощный член Руслана трахал меня в нашей столовой.

— Да, я рада, что мы познакомились, — просто отвечаю я, и переспрашиваю: — А про меня тебе что-нибудь Руслан сказал? Как я твоему лучшему другу? Пойдёт? — с нервной улыбкой интересуюсь у Вовы, и он, прижимая меня к себе, снова ползёт своими руками вниз, задирая подол моего платья:

— О да, ты произвела на него впечатление, Леденец. Не беспокойся. О чём вы там болтали, пока я мыл посуду? — шепчет он мне на ушко, пока его пальцы уже ловко пробираются между моих бёдер и скользят в мою набухшую от желания дырочку.

В которую совсем недавно вошёл Руслан, и я даже не почувствовала разницы…

— Да так, ни о чём, — лишь судорожно всхлипываю я, когда мой муж начинает потрахивать меня пальцем, одновременно теребя мою крошечную пуговку.

— Тогда закончим начатое, — бормочет Вова, вставая передо мной на колени, и его язык начинает ласково и нежно вылизывать мои разбухшие половые губки, слизывая весь сок любви, сочащийся из моей возбуждённой киски…

Я лежу на краю нашей кровати, уперев пятки в широкие плечи своего мужа, и подмахиваю навстречу его жарким губам, которые теребят, дразнят и посасывают мой клитор.

— Да, так, любимый, — шепчу я ему, закрывая глаза, но почему-то перед моим внутренним взором возникает породистое и насмешливое лицо Руслана!

Мой Вова — мой первый и единственный, но почему я теперь думаю и мечтаю о том, кто обманов украл у меня то, что по праву принадлежит только моему мужу?

Я плохая? Порочная? Грязная?

Я не знаю, но то, что я знаю точно, что сейчас вся моя киска течёт и сокращается в сладких бесконечных конвульсиях, пока губы и язык моего Вовы безупречно исполняют свою работу.

— Какая ты сладкая, мой Леденец, — поднимает лицо от моей киски Вова, и я бросаюсь навстречу ему: его влажным спелым губам с моим вкусом, его затвердевшим соскам, гладкому накачанному прессу, от которого прямо вниз бежит тёмно-русая дорожка волос, чтобы привести меня к самому красивому и желанному члену, который уже поблёскивает в ночных сумерках.

— Это ты самый вкусный, любимый, — жарко шепчу я ему, перед тем как нежно и мягко обхватить губками его дубинку, которая уже почти прилипла к его животу от неудержимого желания.

Как он меня хочет! Мой сладкий, мой самый желанный… А я…

С его другом…

И чтобы заглушить это подлое чувство вины, подтачивающее моё сознание, я ныряю с головой в этот водоворот нежных оральных ласк: