Демарат взял вельможу за локоть и увлек в сторону.

— Ты хочешь подложить ее под Артабана?

В его голосе звучали гневные нотки. Перс с любопытством взглянул на обычно хладнокровного спартанца.

— Бери выше. Она должна пленить сердце самого царя.

— Такая красота достанется этому жирному борову?

Вельможа еле заметно усмехнулся.

— Успокойся, эллин. Эта малютка не столь наивна, как кажется. Умом и хитростью она под стать любому государственному мужу, а в любовных утехах заткнет за пояс самых опытных куртизанок Иштар. Если ей не помешают, она окрутит царя словно ягненка. Не пройдет и двух дней, как он будет выполнять все ее прихоти. Я говорю об этом столь уверенно, потому что знаю. Я и сам исполняю все ее прихоти. Если все пройдет удачно, я сделаю ее царицей, своей царицей. Это женщина, достойная царствовать. — Мардоний перехватил взгляд, брошенный спартиатом на девушку. — И не смотри на нее такими глазами, иначе она сведет тебя с ума. Как свела меня. Как свела многих. Не смотри на нее так, иначе я выхвачу свой меч!

В голосе перса звучала болезненная ревность.

— Хорошо, я не буду смотреть на нее, — сказал Демарат. Былая уверенность, пошатнувшаяся было под неземным очарованием этой женщины, вернулась к нему. — Женщинам нет места в сердце спартиата, рожденного сражаться и умереть на поле брани. Можешь не беспокоиться, Мардоний, я уже забыл ее глаза.

Но оба они понимали, что этих глаз забыть невозможно.

— Будь наготове. Если вдруг внезапно наш заговор будет раскрыт и слуги Артабана схватят меня, беги из Парсы. Артабан не пощадит тебя. — Лицо Мардония скривилось, он прошептал:

— Дэв меня побери, я сам не понимаю о чем говорю. Прости, мне отчего-то не по себе. Я не могу даже вообразить, чтобы расстаться с этой женщиной хоть на миг, но она крутит мною как хочет.

— Я понимаю тебя, — сказал Демарат.

— Тогда прощай. Если понадобишься, стрела всегда найдет твой дом.

Вельможа отвесил легкий поклон и вернулся к своей спутнице. Тотчас же появились телохранители, ведущие на поводу двух скакунов. Демарат проводил удаляющуюся кавалькаду взглядом и пошел прочь.

Едва он скрылся из виду как из-под ограды храма вылезла одна из собак Ахурамазды. Зверь обнюхал землю и поднял массивную голову. Взгляд его был по-человечески тяжел, сыто рыгнув запахом мертвечины, пес затрусил по дороге в направлении реки.

Здесь его ждал человек, сидевший в небольшой лодке. Несколько долгих мгновений лодочник и пес смотрели в глаза друг другу. Затем собака издала рык и отправилась обратно, а лодочник вернулся к прерванному занятию — ловле рыбы.

Клев был дурной, словно перед грозой.

* * *

Неподкованные копыта мула негромко стучали по сухой глине дороги. Время от времени маг подстегивал животное, заставляя его бежать быстрее. Он должен был успеть к месту дотемна, чтобы осмотреться, а между тем солнце уже село за покатые зубцы гор и стремительно надвигалась ночь. Вот и приметный валун — ориентир, помогающий не сбиться с дороги. Маг повернул мула направо. Проехав еще немного он спешился. Впереди чернела зияющая дырами провалов горная осыпь. Маг привязал мула к дереву и неторопливо двинулся вперед. Накинутая поверх халата темно-серая накидка делала его невидимым на фоне чернеющего неба.

Дойдя до осыпи маг остановился и стал напряженно всматриваться вперед. Вскоре он обнаружил белый лоскут одежды. То был человек, сидевший на корточках перед входом в одну из пещер. Определив время по взошедшим к этому моменту звездам, маг лег на землю и приказал себе заснуть — пробуждение его в это утро было ранним, день выдался тяжелым, а голова должна была быть свежей.

Проснулся он точно в назначенный час. Освежив лицо водой из протекавшего рядом ручейка, он принялся ждать. Вскоре послышался стук конских копыт. Подъезжали два всадника. Стреножив лошадей они оставили их у подножия осыпи, а сами вскарабкались наверх. Было отчетливо слышно как они назвали сидевшему у входа в пещеру стражу свои имена, после чего исчезли в недрах горы. Следом появились еще несколько всадников, затем целая группа. Прорезая звездное небо на осыпь опустились несколько теней, которые также не замедлили представиться. Притаившийся у ручья человек услышал имена известных магов.

Постепенно поток гостей ослабевал, пока не прекратился вовсе. Из пещеры вышел некто, басовито бросивший охраннику:

— Брат Воллу не появлялся?

— Нет, — чуть шепелявя ответил страж.

— Подождем еще немного.

С этими словами бас исчез в глубине горы. Выждав еще несколько мгновений маг поднялся с земли и решительно направился к пещере. От нарочито неосторожного движения покатился вниз камень. Шепелявый голос незамедлительно спросил:

— Кто?

— Брат Воллу, — ответил маг.

Он подошел к стражу и дал возможность разглядеть себя. Тусклого света луны было вполне достаточно, чтобы охранник убедился, что перед ним действительно брат Воллу, маг похабного, но могущественного демона Воллу, которого воплощали в камне неизменно с возбужденным фаллосом.

— Проходи, — буркнул он, уступая дорогу, после чего крикнул, обратись лицом к пещере:

— Брат Воллу! Тридцать второй!

Маг шагнул в темноту подземного коридора. Двигаться приходилось ощупью, касаясь руками стены. Миновав несколько поворотов, он очутился в просторной подземной зале, освещенной чадящими маслянистыми факелами. Собравшиеся приветствовали его, привстав с грубо отесанных каменных блоков. Брат Воллу вежливо поклонился, после чего занял одно из свободных мест.

Общество, собравшееся этой ночью в пещере, было до крайности однообразным. Похожие одна на другую постные физиономии с неизменно выбритыми подбородком и щеками разнили лишь года; одеяния, казалось, были куплены в одной лавке. То собрались маги, жрецы демонических божеств, стремительно теряющих свою силу под натиском приверженцев Ахурамазды. Но один человек выделялся из этой безликой толпы своими одеянием и внешностью. На нем был темно-синий парчовый халат, голову украшала небольшая конической формы шапочка, ноги были обуты в крепкие сафьяновые сапоги. Манеры гостя говорили о его знатности, властный взгляд выдавал человека, привыкшего повелевать, а булатная, с золотой рукоятью, сабля свидетельствовала о том, что он воин. Брат Воллу не упустил из виду, что гость приехал сюда не один, а в сопровождении целой группы вооруженных всадников, которые остались неподалеку от пещеры.

— Братья! — обратился к присутствующим, привставая со своего места маг Митра, пользовавшийся славой спокойного и рассудительного и поэтому постоянно избираемый на место председателя.

— Братья, тревога за судьбу патронов-демонов и священных храмов собрала нас здесь. Могущественный демон света Ахурамазда прилагает все возрастающие усилия, чтобы лишить прочих демонов тех крупиц власти, которые он им еще оставил. Его космический разум вторгся в сознание владыки востока