«Назначалось к тому преобширное поле, вплоть подле Москвы находящееся, и Ходынкою называемое. На небольшом и отлогом возвышении, посреди всего поля находящагося, воздвигнут был превеликой, со множеством комнат, и всходов и выходов павильон, могущий вместить в себе великое множество особ знаменитейших и дворянства. В оном назначаемы было быть общему собранию всех лучших сего торжества зрителей. Сей холм окружен был со всех сторон разными другими зданиями и предметами. С одной стороны, в недальнем расстоянии от павильона, воздвигнуто было некакое большое, круглое, низенькое задание, похожее на некакой обширной замок, с глухими вокруг стенами, и внутри имевшую отверстую площадку, окруженную вокруг с одной стороны помянутою глухою наружною стеною; а со внутренней – одними только колоннами, и самою легкою, на подобие навеса сверх их, кровлею. Все сие было раскрашено и расписано великолепным образом; но никто тогда не знал, на что бы такое сие здание особаго рода назначалось, но после узнали мы, то оное назначаемо было для обеденного стола, и что вся помянутая, длинная и узкая кругом галлерея установится столами». Другое здание предназначалось для «множества прекрасно сделанных лавочек, наполненных разными купеческими товарами и украшенных также изящным образом».

На Ходынском поле «поделано было несколько небольших морских судов, и расстановлены с их мачтами и флагами, в разных местах на оной равнине, представляющей море, будто бы плавающими… воздвигнут был также в довольном отдалении от главного павильона против задней его стороны особой и нарочно для сего случая построенной театр для увеселения публики театральным безденежным представлением».

А вот «для увеселения же подлого народа поделано было прямо против переднего фаса павильона, за помянутою равниною, представляющею море, множество круглых качелей, открытых театров и воздвигнутых шестов для лазанья и снимания с них разных вещей, назначенных в награду тем, коим удастся взлезть на оные».

Многие исследователи предполагали, основываясь, в частности, на близости построек с царицынскими (указывали, к примеру, на идентичность павильона «Кинбурн» и Оперного дома), что проекты увеселительных строений делал В.И. Баженов, привлекший к их разработке М.Ф. Казакова. Однако есть вполне убедительные предположения о значительно большем вкладе Казакова, высказанные искусствоведом М.В. Нащокиной в сборнике «Матвей Федорович Казаков и архитектура классицизма».

Празднество было действительно необыкновенным, множество людей посетило его: так, Екатерина сообщала о четырех тысячах экипажей и о 60 тысячах человек, «которые веселились, как только можно, в этом очаровательном местечке… и что же! несмотря на такое стечение, все обошлось без малейшего приключения и при всеобщем веселии и наслаждении», но не так было почти через сто лет, когда праздновалась коронация последнего императора…

В первой половине XIX в. Ходынское поле было далекой окраиной города, там устраивались травли медведей и кулачные бои. На этом пустынном поле нашли тело Симоны Диманш, возлюбленной А.В. Сухово-Кобылина, которого и обвинили в ее убийстве. Следствие продолжалось много лет, вина не была доказана, и горький опыт, полученный им, нашел воплощение в известной пьесе «Дело».

В 1866–1871 гг. на Ходынском поле построили водокачку, которая поднимала воду из колодца, круглого сооружения диаметром 18 аршин (то есть почти 13 метров), и доставляла воду в город в количестве 180 тысяч ведер ежедневно.

В XIX в. поле стали использовать как место для летних военных лагерей, разбиваемых там ежегодно с мая по октябрь. Палаточные лагеря располагались в основном в западной части поля, а в восточной проводились учения. Позднее были построены и постоянные помещения для войск – Николаевские казармы в южной части Ходынского поля. Здания сохранились – их можно увидеть на современной улице Поликарпова за домом № 19 (корп. 2).

Почти напротив казарм находится церковь во имя иконы «Отрада и Утешение», восстановленная недавно прихожанами. Она была выстроена по проекту архитектора В.Д. Адамовича в 1907 г. в память всех погибших во время революционных событий, начиная от великого князя Сергея Александровича, погибшего от бомбы, брошенной террористом в Кремле, и кончая солдатами и городовыми, выполнявшими свой долг при подавлении восстания в Москве в 1905 г. В церкви находились большие беломраморные доски с выгравированными на них именами погибших и не только в Москве, а по 73 российским губерниям, всего же на досках было перечислено 1850 человек.

На территории обширного Ходынского поля находилось еще несколько церквей. Это деревянный храм Св. целителя Пантелеймона, построенный в 1897 г. (архитектор И. Молчанов) при лагерном отделении военного училищного госпиталя; к нему в 1902 г. пристроили и каменное здание, освященное во имя иконы «Скоропослушницы» (надо думать, такая разновидность иконы была выбрана с определенной целью – чтоб кадеты слушались). Ее здание сохранилось: недавно приведенное в порядок, оно находится в глубине застройки на улице Маршала Рыбалко (№ 6). На Ходынском поле выстроили и деревянную церковь Св. Сергия Радонежского, как было сказано в прошении главного жертвователя Н.П. Каверина, «в память благополучного пребывания Их Императорских Величеств в 1883 г. в Москве и Высочайшего смотра войск 28 мая того же года на Ходынском поле». Целью постройки храма было заменить временные церкви, открывавшиеся каждый год в палаточных военных лагерях. Он был заложен 24 июня 1892 г. (проект архитектора И.П. Херодинова), но уже не в память «благополучного пребывания», а в память столь же благополучного избавления наследника Николая Александровича от смертельного удара мечом самурая во время визита в Японию. Чудесный, весь резной храм освятили 23 мая 1893 г. Он, конечно же, не уцелел, а находилась церковь недалеко от дома № 6 по улице Куусинена, к северу от него.

В военных лагерях в 1914 г. построили первую в Москве радиотелеграфную станцию мощностью 100 кВт, которая так и называлась – Ходынская. После переезда советского правительства в Москву она стала важнейшим средством связи центра с окраинами огромной страны.

Ходынское поле было весьма удобным местом для устройства выставок. Если раньше они открывались в Манеже или в Александровском саду, то крупным выставкам там было тесно. В 1882 г. на Ходынском поле открыли огромную Всероссийскую промышленно-художественную выставку. На поле выстроили более 80 различных сооружений, спроектированных архитекторами А.И. Резановым, А.Е. Вебером, А.С. Каминским. Главное здание было круглым, в плане похожим на колесо, от центра которого отходили 8 корпусов-«спиц», соединенных двумя концентрическими галереями. В зданиях выставки находились промышленный, военный и морской, научно-учебный отделы, а также садоводства, кустарной промышленности, польский и финляндский. В художественном выставлялись произведения Айвазовского, Ге, Верещагина, Маковских, Перова, Поленова и других наиболее известных тогда художников. Отдельные павильоны имели такие крупные и быстро развивающиеся фирмы, как Кузнецова (фарфор), Абрикосовых (кондитерские изделия; в нем выставили бюст императора из сахара), Брокара (парфюмерия) и др. На выставке был и концертный зал на 2150 зрителей, где серию концертов дал Антон Рубинштейн.

Из