моменты Анне кажется, что она вот-вот может потерять любимого человека. Этот страх заставляет ее еще сильно дрожать и заплакать еще сильнее, закинув ноги на диван и спрятав голову в руках, которые она складывает на спинке дивана. Девушка сидит в полном одиночестве еще какое-то время. А в какой-то момент Даниэль подходит к ограждению на втором этаже, с которого можно увидеть все, что происходит на первом, и видит горько плачущую Анну, проводящая руками по лицу. Поначалу он не решается подойти к ней и просто наблюдает за ее поведением. А немного погодя мужчина неуверенно спускается по лестнице, подходит к своей возлюбленной сзади и дотрагивается до ее плеча. Из-за этого она слегка вздрагивает и переводит на него свой мокрый взгляд.

— Слушай, да, может, ты и права , — спокойно говорит Даниэль. — Но мне неприятно, что ты считаешь меня едва ли не монстром. Ведь я совсем не такой.

— Прости… — издает тихий всхлип Анна, опустив взгляд на свои руки. — Я перегнула палку… Не знаю, что на меня нашло…

— Тем не менее твои обвинения отчасти правдивы . Хотя я не раз признавал, что был неправ.

— Я знаю…

— Тогда почему ты пытаешься выставить меня человеком, который вообще не пожалеет о сделанном и пойдет на многое ради своих целей? Я ведь не какая-то мерзкая тварь. У меня есть сердце и душа.

— Почему ты думаешь, что я считаю тебя тварью? — снова издает тихий всхлип Анна.

— А что еще я должен был подумать? — разводит руками Даниэль и присаживается на диван рядом с Анной. — Вчера ты молчала весь вечер и пыталась вообще не попадаться мне на глаза. А сейчас ты обвиняешь меня в том, что все произошедшее – это моя вина.

Даниэль резко выдыхает.

— Э-э-э… Да, я знаю, что виноват, но ты никогда так откровенно не обвиняла меня в причастности к проблемам Роуза.

— Прости, я не хотела обижать тебя… — со слезами на глазах тихо извиняется Анна. — Я… Я не знаю, что на меня нашло… Вдруг взяла и решила спустить всех собак… Но я не хотела этого, поверь!

— Послушай, я понимаю, что когда у девушек начинаются критические дни, то они могут такого натворить и прийти в бешенство без причины. Но ведь ты все равно понимаешь , что делаешь, и можешь говорить настоящую правду. И… Сейчас ты отчасти права …

— Я не могу это контролировать, пойми. — Анна тихо шмыгает носом. — Мое настроение меняется очень часто: сначала могу громко кричать и ругаться, а потом начну рыдать и страдать от депрессии. А сдерживать себя – плохо, ибо потом может быть намного хуже.

— Да, я все понимаю и не осуждаю тебя за последствия естественного состояния. Но ты должна понимать, что сейчас мне очень тяжело, и я рассчитываю на твою поддержку. Мне казалось, что вчера я расскажу тебе обо всем и найду утешение. Но ты, грубо говоря, повернулась ко мне задницей и делала вид, что меня будто нет.

— Я подумала, что ты был слишком возбужденным… — оправдывается Анна, рассматривая свои руки. — Думала, что тебе стоило побыть одному и справиться с эмоциями самостоятельно.

— А разве я просил тебя оставить меня одного? Насколько я помню, нет! Наоборот – я ждал , что ты подойдешь и выслушаешь меня! Ты могла бы даже ничего не говорить и просто посидеть со мной и обнять – мне уже было бы намного лучше. Однако ты даже этого не захотела сделать.

— Я испугалась … Испугалась, что если я начну надоедать тебе своими вопросами и давить на больную мозоль, то ты можешь разозлиться и выставить меня из дома.

— Ох, Анна… — устало стонет Даниэль, проводя руками по своему лицу. — Опять ты за свое… Ну почему ты думаешь, что я собираюсь выгонять тебя отсюда? Раз я приютил тебя после твоего ухода из дома родителей, значит, ты можешь жить здесь столько, сколько захочешь.

— Ты же говорил, что я могу собирать свои вещи и уходить.

— Да, но я… Погорячился немного. Извини… Ну… — Даниэль слегка прикусывает губу. — То есть… Конечно, ты можешь уйти отсюда, если захочешь вернуться к родителям. Я не имею права удерживать тебя здесь. Если тебе не нравится жить со мной, то я не буду заставлять. Однако я не собираюсь выгонять тебя против твоего желания.

— Я знаю… Но… — Анна запускает руку в свои волосы и вытирает слезы под глазами другой. — Сейчас я говорю не только об этом… Я… Я хочу сказать, что ты можешь настолько сильно разозлиться или устать от меня, что захочешь заявить о нашем расставании.

— Что? — Даниэль хлопает себя по лбу, резко выдыхая и становясь более раздраженным. — Черт возьми, я поверить не могу, что ты снова об этом заговорила! Мы уже тысячу раз обсуждали это! Тысячу !

— Но ведь такое может произойти!

— Ар-р-р… — тихонько рычит Даниэль, закатив глаза. — Черт, ну сколько раз я буду говорить тебе, что не собираюсь расставаться с тобой и выставлять тебя из дома? Сколько раз я буду говорить, что никогда не позволю себе выплеснуть агрессию на тебя, как бы сильно расстроен или зол я ни был? Я могу психануть в присутствии любого из своих друзей – хоть Терренс, хоть Питер или тот же Эдвард! Но я никогда не нарушу запрет на жестокое обращение с девушками. А тем более со своей возлюбленной.

— Когда ты в состоянии ярости, то почти неспособен контролировать себя. Вряд ли ты пожалеешь, если никого, кроме меня, поблизости не будет. Ты забудешь обо всех своих принципах и…

— Хватит, Анна! — чуть громче требует Даниэль. — Прости, но ты уже начинаешь раздражать меня, говоря о том, что мы неоднократно обсуждали!

— Вот видишь, я уже спровоцировала тебя на плохие эмоции, — качает головой Анна. — Осталось еще немного, чтобы ты психанул и сделал со мной что-нибудь ужасное.

— Прошу тебя, хватит нести всякую тушь! Ты хочешь раздуть скандал из ничего! Неужели тебе стало так скучно, что ты решила зацепиться за любую