— Кстати да, Мия, ты абсолютно права. Я как-то даже и не подумал об этом, — проговорил Глеб и обратился к Ксении, — постарайтесь не уничтожить этот дом, он мне дорог, как память!

Ксения и Светлана пронзили друг друга взглядами и отвернулись, сложив руки на груди. Мия вдруг вкрадчиво сказала:

— Либо вы, девочки, мирно сосуществуете, пока Ксения обуздывает магию, либо… — она многозначительно промолчала, а у ведьмочек мороз прошел по коже. Они согласно закивали головами, а Глеб усмехнулся:

— Ты всегда была очень убедительной, даже когда была совсем молоденькой девчушкой!

Довольный быстрым решением проблемы, он ретировался, сказав, что в ближайшее время пришлет вещи Ксении, которые Настя соберет для ее «экстренной командировки». Мия проводила Глеба жадным взглядом. Пролетевшие века и благородная седина только прибавили ему мужественности и привлекательности. Мия невольно облизала губы, вспомнив годы, прожитые с этим мощным магом. Да, она тогда жаждала новых знаний и власти, но не могла отрицать того, что Глеб был очень завидным женихом на тот момент. Красивый, богатый, полный магии. Она почувствовала триумф, когда он, наконец, обратил на нее внимание в архиве. Какими взглядами провожали ее все знакомые и незнакомые ведьмы! О, это чувство превосходства! Мия зажмурилась от удовольствия, вновь переживая сладкие моменты.

Чувство соперничества и легкая влюбленность мало-помалу превратились в собственничество, граничащее с привязанностью. Ей было бесконечно жаль покидать уютные объятия мага, но эгоизм все же пересилил. Немаловажную роль сыграла и неумирающая любовь Глеба к Анечке. Мия не прекращала дико ревновать мага к его юношеской привязанности. Ее это ужасно бесило, пока, наконец, не переросло в смертельную обиду, подогреваемую желанием власти. Мия закурила тонкую сигаретку и задумалась, можно ли расценивать его внимание и визиты как намек на возобновление отношений? Угасла ли его любовь к оборотнице за столько столетий? Мог ли он простить предательство Мии? Или это всего лишь игра ее воображения и его изощренная месть?

Глава 2-5

Приближалась Летняя ночь. У Ксении были огромные успехи в управлении новыми силами. Вместе с Мией они объехали почти всю область. Находили самые заброшенные и забытые места для тренировок. Монро старательно помогала ей, поглощая выбросы сырой магии, чтобы никто не обнаружил их раньше времени. Мия обучала достаточно жестко, говорила, что у них совсем мало времени, чтобы разводить политесы и растягивать обучение на годы. Ксения приползала в дом Мии еле живой после выбросов магии, которых становилось все меньше из-за растущего контроля над силой. Даже отношения со Светланой перешли от взаимной антипатии к холодной дружбе. Светлана видела, сколько труда вкладывает ее мать в Ксению. И даже в какой-то степени жалела сводную сестру. Мия посмеивалась над попытками ведьмочек перетянуть к себе внимание отца. Глеб, бывало, наведывался в гости и радовался успехам дочери. Настя готовилась к выступлению, она рассказывала о своих задумках Ксении при редких телефонных разговорах. Наконец, Ксения обуздала магическую мощь. Точнее, смогла с ней договориться. Конечно, она еще не научилась ей полноценно управлять, но хотя бы теперь можно было избежать разрушений. Убедившись, что дочь больше не представляет опасности, Глеб позволил ей вернуться из «командировки».

Лето, наконец, вспомнило про свои обязанности. Воцарилась сильная жара, едва уменьшающая свой пыл под вечер. Листва скручивалась под палящим солнцем. Трава пожелтела в ожидании хоть капли влаги с бесконечного синего неба. И только вокруг особняка Главы Ковена царила прохлада, дарованная артефактами. Маги пользовались данными им возможностями и делали свою жизнь максимально комфортной. В очередной раз в доме Главы Ковена собирались гости. Музыканты, занимавшие центральное место на сцене, в этот раз были расположены в стороне. Взволнованная Настя в ожидании своего выхода поправляла складочки одеяния для боевого танца — черной туники с широкими рукавами и свободных штанов. Туника была расшита красными геометрическими узорами. На ногах красовались черные сандалии без каблука, обхватывающие стопу широкими черными лентами. Глеб объявил начало празднования Летней ночи и сказал:

— Немного отходя от традиций, хочу, чтобы вы насладились танцем подруги моей дочери — Насти! Давайте поприветствуем ее!

Гости сдержанно зааплодировали, свет погас, чтобы через мгновение зажечься на сцене, осветив замершую фигурку с закрытыми глазами. Под плавное вступление музыкальных инструментов Настя открыла блеснувшие небесной синевой глаза, ярким пятном выделяющиеся на лице с нанесенным на него узором из черных линий. Тихо щелкнули и зашелестели, расправляясь, веера, которые девушка держала закрытыми у пояса. Прокручивая их в руках, Настя изгибалась на сцене в ритме ускоряющейся и становящейся яростной мелодии, которую отбивали музыканты на высоких барабанах. Сверкали наконечники полых игл, скрытых в полотнах вееров и наполненных сильнодействующим ядом. Стремительно складывая и расправляя, вращая веера в руках, двигаясь гибко и четко, Настя имитировала бой с невидимым противником. Вот она в очередной раз отпрыгнула, крутнулась на месте и присела, вытянув ногу в сторону. Игриво прикрыла нижнюю часть лица раскрытым веером, сверкнула глазами над ним и внезапно побледнела. Приступ жесточайшей рвоты сотряс тело девушки. Ксения сорвалась со зрительского места и мгновенно оказалась около подруги, провела быстрое сканирование организма и потрясенно выдохнула:

— Ты беременна! — в широко раскрытых глазах девушек плескались ужас и понимание.

Статная блондинка с родинкой над пухлой губой плавно поднялась со своего места и холодно произнесла:

— Жаль, что первенца нельзя вытравить! Дочь! Ты опозорила меня! Дождемся родов, и я лично настою на уничтожении этой мерзости! — сказав эти страшные слова, она резко развернулась и покинула зал.

Настя разрыдалась, прикрыв рот ладонью. Ксения обняла ее, поглаживая по спине и шепча что-то успокаивающее. Глеб откашлялся и произнес:

— Думаю, девушкам стоит удалиться и не мешать празднованию.

Ксения понятливо кивнула и помогла Насте уйти со сцены. Тихие перешептывания среди гостей превратились в бурные выкрики возмущения и отвращения. И только присутствие Главы Ковена сдержало ярящуюся толпу от мгновенной расправы над ведьмой, носившей ребенка от оборотня.

Ксения отвела Настю в комнату, помогла умыться и переодеться, налила успокаивающий отвар и спросила:

— Когда успели-то? — ей было невыносимо страшно за подругу.

Настя грустно качнула кудрявой головой:

— Дурное дело не хитрое, — и снова расплакалась.

— Похотливый пес! — гневно сжала руки в кулаки Ксения.

— Не говори так! Я люблю его! — выкрикнула Настя.

— И что теперь делать с последствиями твоей любви? — горестно спросила Ксения.

— Я что-нибудь обязательно придумаю! — запальчиво пообещала себе Настя. — Время еще есть, до родов никто не посмеет причинить мне вреда!

— Да, тут стоит поблагодарить нашу особенность… Нельзя избавляться от первенца, если не хочешь потерять магию… — задумчиво проговорила Ксения.