себя в порядок. Времени это заняло не так много, всё-таки, как ни крути, а гелианские медицинские дроны проделали перед этим большую работу. После процедур практически у всех разыгрался нешуточный аппетит, и комната наполнилась запахами горячей еды.

Еще примерно через час появился профессор и, почесав затылок, решительно махнул рукой.

— У меня всё готово. Берите пленного и тащите его в лабораторию.

Дорн отодвинул от себя пустую тарелку и посмотрел на командира. Тот кивнул и встал из-за стола.

— Нам можно посмотреть? — в один голос спросили Эол и Ника.

— Можно. Но только держитесь подальше от круга на полу и ничего там не трогайте.

— Обещаем!

— И я… — подняла руку Кора.

Всеобщий интерес зацепил даже флегматичного пилота. Немного поразмыслив, он также поднялся с дивана и поплёлся в лабораторию.

Пленный гелианец давно уже пришел в себя и теперь зыркал на всех из-под насупленных бровей. Его руки были надежно стянуты за спиной энергетическими наручниками, а на ногах закреплены специальные браслеты, из-за которых он не мог свободно передвигаться. Из его окровавленного бока так и торчало оперение метательного дротика, запущенного в него Дорном.

Еще раньше Эол задавал вопрос бойцу — почему тот его не вытаскивает? Дорн тогда хищно улыбнулся и ответил, что при наличии торчащего из бока дротика, он будет более сговорчив и легко выдаст все тайны. При всём своем грозном виде гелианцы почти не терпят боли…

Профессор уселся на единственное в лаборатории кресло и напялил на голову глухой шлем, отвернувшись к пульту управления, взялся рукой за небольшой рычажок, торчащий из панели, и приказал:

— Становитесь в круг, держите пленного за руки. Постарайтесь не шевелиться хотя бы пару-тройку секунд. После переноса вы окажетесь в километре от этого места в роще Сойгот. Знаете где это?

Дождавшись утвердительных кивков, он продолжил:

— Для возвращения вам ничего делать не надо, когда цепь событий изменится, вы окажетесь в это же время в том месте, где и должны быть. Так что не буду вам засорять мозги лишней информацией… приготовились… не шевелитесь, сейчас станет немного… Нет!

Профессор, убрав руку с рычажка, резко щелкнул тумблером на панели, быстро снял шлем и повернулся к троице по центру круга.

— Эти энергетические штуковины на его руках и ногах мешают мне настроиться на нужный временной отрезок. Лучше бы их снять от беды подальше. Сможете его удержать? Переход займет всего несколько секунд. Сможете?

Переглянувшись, оба бойца кивнули.

— Шумрат, бершенер битерагуф осажив, — вдруг тихо прошипел пленный и сплюнул кровавым сгустком под ноги Гунта.

Лицо командира мгновенно исказилось гримасой гнева, и он с силой саданул гелианца коленом в грудь.

Тот упал на спину и трижды крикнул:

— Сабат-сабат-сабат…

Командир схватил его за шкирку и резким движением поставил на ноги.

— Сними с него наручники и кандалы!

— Командир.

— Сними, я сказал!

Под бешеным взглядом Гунта Дорн выполнил приказ, и кандалы с наручниками упали к ногам гелианца.

— Хамат! — резко скомандовал командир, и оба бойца синхронно заломили гелианцу руки за спину, одновременно ударив ему под коленные сгибы.

Пленный рухнул на колени, удерживаемый руками бойцов.

— Начинайте, профессор! — зло рявкнул Гунт.

— Постарайтесь не шевелиться, — Кирт быстро напялил шлем и развернулся к пульту управления.

Он обхватил кончиками пальцев рычаг и осторожно потянул его вниз.

— Приготовиться… сейчас…

В этот момент случилось то, чего не ожидал никто.

Пленный каким-то невероятным образом вывернулся из захвата бойцов и неожиданно мощно толкнул Дорна в сторону профессора. Следующим движением он выдернул из своего бока метательный дротик и запустил его с близкого расстояния Гунту в лицо. Спецназовец увернулся каким-то чудом и, молниеносно выхватив нож, прыгнул на гелианца. Завязалась короткая схватка, в результате которой нож командира оказался в глазнице противника. Гелианец дернулся несколько раз и затих. Всё это произошло так стремительно и неожиданно, что никто ничего не успел понять.

Внутри помещения вдруг пропал свет. В следующее мгновение всё замигало, заискрило, сильно запахло палёным, потолок и пол поменялись местами, и все разом повалились с ног. Воздух в лаборатории стал таким плотным и тягучим, что невозможно было сделать вдох. Затем разом пропало всё. Лаборатория, оборудование и все окружающие. Всё провалилось в какую-то бездонную пропасть и унеслось в неизвестность.

Непонятно, сколько прошло времени, пока все, кто находился в лаборатории, понемногу начали приходить в себя. Послышались стоны, ругань…

В кромешной темноте Дорн, извиняясь, слез с профессора. Гунт включил мощный нашлемный фонарь и настроил его на рассеянный свет. В помещении стало светло как днем. Ребята отряхивались, отплевывались, вставали с пола и непонимающе осматривались вокруг.

Профессор скинул шлем и с ужасом уставился на рычаг. Тот до отказа был переведен в положение вверх. Затем его взгляд заметался по лаборатории и наткнулся на метательный дротик, торчащий в одном из приборов. Издав продолжительный стон, он закатил глаза и, схватившись обеими руками за голову, откинулся на спинку кресла.

— Нет! Не может быть… — прошептал он, крепко зажмурив глаза. — Все разом, вместе с лабораторией, не может быть. Нет!

Затем он встрепенулся и начал быстро переключать какие-то тумблеры, крутить выключатели и… обессилено опустил руки.

— Энергии ноль, — прошептал он.

В дверь, ведущую из коридора, ударили чем-то мощным. Раз, потом еще раз, затем еще…

Гунт и Дорн повыхватывали оружие и бросились к двери.

Форса — жидкость для отпугивания животных и насекомых

Глава 2

Городок Шерих

Кладоискатели

Дверь в трактир распахнулась, и на пороге появился мужчина лет тридцати, высокого роста и крепкого телосложения. Одет он был в штаны и куртку из хорошо выделанной кожи ядовитого монга, обитающего только в Биресейских джунглях. На ногах крепкие ботинки на толстой подошве со шнуровкой почти до колена. Через плечо походная сумка средних размеров. Справа на боку короткий меч, которым удобно орудовать в тесных помещениях и на коротких дистанциях.

Оглядев с порога зал, он зашел в таверну и прикрыл за собой дверь.

В это время суток в таверне, где ему назначили встречу, было почти пусто. Из восьми столов, разбросанных по всему залу, были заняты только два.

Недалеко от входа парочка упившихся вдрызг приятелей и в дальнем углу у стены еще трое. Два воина и какой-то тип в сером балахоне. Эти в отличии от той парочки пили и ели молча, не обратив на вошедшего никакого внимания. Хотя нет… тот, что по центру в балахоне, стал жевать чуть медленнее, и по его остановившемуся на тарелке взгляду было заметно, что он увидел, оценил и взвесил.

Того,