чувство — живые существа. Ниже нас, но с самыми обычными астральными телами.

Встречи с хлебом-солью или дипломатических переговоров, я не ждал. Потому к месту предполагаемого контакта мы добирались медленно и осторожно. Ожидая подвоха.

Помимо всего прочего — тонкая плоть, которую я видел, была слабо структурированной. Рыхлой. Распределённой крайне неравномерно и непохожей на обычное астральное тело разумного создания.

Что забавно — противник укрывался как раз в том месте, где пологий тоннель выворачивал на третий ярус глубины. Тут они оборудовали что-то вроде самого настоящего укрепления.

Вроде оно и разумно. Но с другой стороны — тупо. Вон, чуть пройдите и закрепитесь на повороте, где мы только что остановились. Перед позицией будет не меньше сотни метров просматриваемого и простреливаемого пространства. Сюда пару крупнокалиберных пулемётов и почти никто не подберётся. Я уж молчу о чём-то более тяжелом и убойном.

Но нет — они укрылись около выхода на жилой уровень. Да, тоже неплохая позиция. Вот только тут есть отличный поворот тоннеля, за углом которого я сейчас засел.

Выстрел. Пуля бьёт по стене и с визгом рикошетит в сторону.

— Верхние не пройдут, — хрипит кто-то внизу. — Верхние должны умереть.

Они тут башкой что-ли все поехали? Какие ещё «верхние»?

— Слышь, доходяга, — заорал в ответ Гоша. — Палец себе отстрели, пришлёпок! Тогда верхние уйдут!

Договорив, гоблин рассмеялся. А внизу вдруг бахнул выстрел, вслед за которым послышался сдавленный крик.

— Ты чё, реально себе палец отстрелил, дебила кусок? — на лице ушастика отражалось полное и безмерное удивление. — Долбанутый штоль?

— Верхние должны уйти! — зазвучал внизу всё тот же голос. — Смерть верхним! За лидера! В атаку!

Всё это звучало и выглядело, как безумная карикатура на все антиутопии разом. Но снизу к нам и правда полезли какие-то типы. С десяток, наверное. Правда, после того, как я срезал метательным диском нескольких первых, быстро успокоились. Вернулись за своё укрепление.

— Вы всё равно умрёте! — прохрипел их «командир». — Всё зло идёт сверху.

Подцепить те ошмётки астральной ткани, которые оставались у них в телах, было невозможно. Поэтому я поступил более простым образом. Сначала разрядил в сторону укреплений подствольник, а потом просто двинулся вниз, одну за другой отбивая короткие очереди.

Один плюс от того, что я их чувствовал, всё-таки был — я хотя бы понимал, когда успешно поражал цель. Уже неплохо, знаете-ли.

Ещё — стрелять у них умел только один. Который был вооружён крупнокалиберной снайперской винтовкой. И даже попытался меня прикончить. Не слишком удачно — его выстрел прошёл мимо. Тогда как моя ответная очередь развалила стрелку череп.

Остальное только высовывались наружу, да что-то мычали. А один попытался устроить засаду и напасть, когда я достиг уровня.

— Это же пропускной пункт, — медленно проговорила Арина, осматривая укрепления. — Снизу вверх.

— И уродцы какие-то, — не слезая с косули, заявил Гоша, вглядываясь в трупы. — Чё с ними сотворили ваще? Нахрена?

Хороший вопрос. Порождающий бесконечное число новых. Противники, которые пытались нас сейчас остановить, были куда больше похожи на обычных цвергов. В том плане, что металлических имплантов и каменных вкраплений внутри их тел не имелось.

Зато были другие отличия. Раздутые головы, слишком длинные или наоборот, короткие пальцы рук. Белесые глаза. У некоторых — полностью лысые головы. Пара — тощие, как будто вот-вот сдохнут. Один — такой толстяк, что наверняка сам мог с трудом встать.

При всём этом, говорил со мной только один. Остальные мычали, как будто умственно отсталыми были. Или как оно сейчас, принято говорить, чтобы корректно? Хотя в Янтаре. Посреди спятившего анклава цвергов. Тут всем плевать, как я называю те или иные вещи.

— Может сбрендили просто? — без особой уверенности предположил Сорк. — Есть у нас такие… Живут далеко, никого к себе не пускают. Чё там внутри, даже старейшины не знают.

— Тока наши с собой такого не делают, — ткнул Гоша пальцем в одно из тел. — И таких уродов, как наверху, не выращивают.

— Это всё, как будто мутации, — мрачно вздохнула Арина. — У предыдущей группы были импланты. Не понимаю.

Согласен. Ни хрена непонятно. Кроме одного — нам нужно спуститься ещё ниже.

Сколько всего ярусов было в анклаве, мы не знали. Но пока прошли вниз всего на один. По той простой причине, что я снова почувствовал астральные тела. В этот раз — самые обычные. В большом количестве и высокой концентрации.

Поэтому, следующие двадцать минут мы петляли на косулях по громадному ярусу, пытаясь отыскать место, где все эти цверги находятся.

— О, а ты чё сразу не мог сказать? — когда мы всё же нашли нужный поворот и увидели двустворчатую дверь, перед ней обнаружился охранник, к которому немедленно обратился Гоша. — Не слышал штоль, как мы тут бродим рядом?

Цверг с непомерно раздутой головой, которая больше напоминала шар, пошатнулся. Махнул рукой. И потянулся пальцами к поясу, на котором висела граната.

В следующее мгновение его голова лопнула от контакта с моим метательным диском. А спустя ещё пять секунд, я очутился около дверей и подняв руку, прислушался.

Ничего. То ли двери хорошие, то ли внутри молчат. Может и вырублены. Астральные тела выглядят больно странно. Как будто я не совсем здоровых цвергов сейчас наблюдаю.

— Гоша, Сорк — наблюдайте за выходом, — на миг обернулся я. — Гамлет, Арина — прикрывайте.

Все замерли. Я же ещё пару секунд помолчал. Поправил меч. Откинул массивный металлический засов, который запирал двери с этой стороны. И распахнул их.

Глава XXIII

Я ожидал всякого. От груды медицинских капсул, внутри которых запечатаны местные обитатели до какой-нибудь дряни, вроде паутины и множества замотанных в коконы тел.

Но картина, которая сейчас оказалась перед глазами, стала сюрпризом. Самым настоящим.

Почти полная темнота. Только тусклые светильники наверху. Едва-едва светящие. Большое овальное помещение. И сотни цвергов. Самых обычных, на первый взгляд. Только истощённых и наблюдающих за мной с ужасом в глазах.

— Вот, — ко мне двинулись сразу трое, таща следом за собой четвёртую. — Неплохо сохранилась. Должна понравиться Великому.

Трое мужчин, что сейчас передо мной стояли, выглядели получше прочих. Как минимум более сытыми и крепкими. Да и одежда на них выглядела целой.

Зато девушка, шея которой была обмотана верёвкой, почти ничем не отличалась от остальных. Такая же тощая. Из одежды — только обрывок