Сюй Шэн плохо спал прошлой ночью, выглядел очень уставшим и сонным, но взгляд его был необычайно твёрдым: «Не согласна — буду рисовать тайком. Если возникнут ещё проблемы — будем решать по мере поступления».

Семнадцатилетний юноша — все чувства чисты, любовь всегда ярка и бурна, а желание достать звезду с неба — безоглядно.

Снаружи склада.

В тот самый миг, когда Сюй Шэн произнёс «я не сдамся», небо, хмурившееся с самого вечера, наконец достигло предела. Внезапно завыл ураганный ветер, и в центре чёрного, давящего неба сверкнула молния — этот свет был похож на фейерверк, вспыхнувший прошлой ночью в ночном небе, на мгновение озаривший весь город.

Одновременно с этим с небес донёсся глухой раскат грома — звук, который оба знали лучше всего.

«Бах-ба-бах!»

Сюй Шэн: «…»

Шао Чжань: «…»

Неужели это то, о чём они подумали?

Гром навис над городом, и снова — «Бах-ба-бах!»

Следом Сюй Шэн ясно почувствовал, как молния прорывает всё небо и бьёт прямо в их склад, потому что всё его тело словно пронзило током, и он мгновенно потерял сознание.

Речь Сюй Шэна о том, что «он не сдастся», только дошла до середины, как этот удар молнии оглушил его.

Но в этот раз всё было не так, как раньше.

На этот раз дождь шёл по-настоящему. Снаружи хлынул ливень, быстро намочив улицы. Капли дождя барабанили по крыше склада, грохоча «бам-бам-бам» — эта сцена постепенно сливалась с той грозой, что была более года назад.

Сознание обоих медленно угасало. Мир начал вращаться, и среди этого головокружения Сюй Шэн и Шао Чжань одновременно услышали слова, доносившиеся издалека, из другого времени и пространства.

«Если бы у меня был выбор, мог бы я не быть Сюй Шэном?»

«Если бы у меня был выбор, мог бы я не быть Шао Чжанем?»

Это были их собственные голоса.

«Кем я ещё могу стать?»

«И кем я хочу стать?»

Сюй Шэн увидел, как все окружающие предметы стремительно рассыпаются на фрагменты. Перед глазами пронеслись множество сцен. Первой появилась сцена первого учебного дня — он сидел на корточках на стене и столкнулся с Шао Чжанем, стоящим под фонарём.

Бесчисленные мелкие осколки сверкали. Он и Шао Чжань словно оказались среди грандиозного фейерверка. Он хотел поднять руку и прикоснуться к Шао Чжаню, находившемуся совсем рядом, но мгновение пролетело мгновенно — однако в это самое мгновение он вдруг нашёл ответ.

Ощутив, что к нему вернулась способность двигаться, Сюй Шэн пошевелил пальцами, опустил голову и увидел свою руку: «Мы… поменялись обратно?»

«Поменялись обратно».

Шао Чжань снял с себя подвеску на чёрном шнурке. Его пальцы скользнули сквозь мягкие волосы Сюй Шэна, подушечки пальцев прижались к затылку, помогая ему надеть ключи: «Если не случится ничего непредвиденного, молния больше не появится».

Этот гром подтвердил все догадки Шао Чжаня. Почему они с Сюй Шэном менялись телами? Потому что они больше не хотели быть собой.

Почему поменялись обратно?

Потому что они приняли себя. Или, вернее сказать, именно благодаря встрече друг с другом они снова обрели себя.

Словно в подтверждение его слов, гром снаружи затих, дождь ослабел. Прохожие на улице за пределами склада, казалось, вовсе не заметили раскатов грома — они лишь ворчали по поводу грязных луж на дороге и, раскрыв зонты, продолжали идти к остановке. Это был самый обычный, ничем не примечательный день. Всё вернулось на свои места.

Глава 93

Они вышли из дома без зонтов, но, к счастью, дождь пока был несильным.

Шао Чжань снял куртку и накинул её на голову Сюй Шэну:— Надень капюшон.

Час пик уже прошёл, и на остановке ждало гораздо меньше людей. Только что они вернулись в свои тела, и Сюй Шэн совсем не хотел сразу ехать домой. Температура его руки была такой же холодной, как сегодняшняя погода. Ожидая автобус, он не удержался и легонько провёл пальцами по тыльной стороне ладони Шао Чжаня, снова назвав его «братик».

— Братик, — когда Сюй Шэн пришёл, на нём была одежда Шао Чжаня, сейчас он укрывался от дождя под его курткой и всё ещё был в той же вещи. Капюшон свободно свисал на голову, чёлка слегка намокла. Потом он потянул Шао Чжаня за руку и спросил: — Теперь можно называть? Можно поехать к тебе?

У Шао Чжаня дома было удобнее — никого нет.

Шао Чжань, когда выбегал со склада, ещё помнил, что нужно рассказать Сюй Шэну о той истории с «перевёрнутой машиной», но сквозь шум дождя, встретившись взглядом с Сюй Шэном, забыл обо всём на свете.

— Можно, — сказал Шао Чжань. — Но есть одно условие.

— ?

— Сегодня не жалуйся, что руки болят.

— ...

Блин.

Сюй Шэну потребовалась почти секунда, чтобы вспомнить ту сцену и картину, как у него «болели руки».

Сюй Шэн теперь знал дом Шао Чжаня как свои пять пальцев. Он уверенно пошёл вперёд, словно возвращался к себе домой. Хотел было достать ключи, но вдруг осознал, что он больше не «Шао Чжань», поэтому вздёрнул подбородок и сказал:— Открывай.

Шао Чжань взглянул на него:— Это вообще чей дом?

Сюй Шэн:— Твой дом — это и мой дом.

Едва дверь открылась, было уже не разобрать, кто к кому потянулся первым. Шао Чжань прижал Сюй Шэна к стене, а Сюй Шэн совершенно естественно сам потянулся навстречу — всё произошло практически одновременно. После нескольких предыдущих попыток Сюй Шэн научился перехватывать инициативу. Хотя обычно он выглядел вялым и редко проявлял энергию, но если хотел действовать, в нём было не меньше напора, чем в Шао Чжане. Скорее уж «налетел», чем «потянулся».

Сюй Шэн смотрел на него, не скрываясь:— Поцелуемся?

Пальцы Сюй Шэна слегка зарылись в волосы Шао Чжаня, притягивая его ближе. Им овладело неконтролируемое чувство сильной нереальности. Гром и переживания по обмену телами казались странным сном, но в ту секунду, когда он коснулся Шао Чжаня, когда их губы и зубы сплелись, он ухватился за эту реальность.

В этом поцелуе по-прежнему не было никакой техники.

Всё двигал чистый инстинкт. Капли дождя стекали с мокрой чёлки, холодная дождевая вода смешивалась с юношеским, неопытным и страстным поцелуем. Этот холод исчез в мгновение ока и в итоге превратился в огонь.

Они всё время бежали под дождём, и даже несмотря на то, что куртка служила укрытием, всё, что могло промокнуть, промокло насквозь.