Парень бросает взгляд на мастера Залмана, потом на меня. Как только он замечает за моей спиной феев, сразу меняется в лице:

— Здравствуйте, господин маг! Рады вас видеть! Прошу, присаживайтесь на втором этаже за любой пустой столик!

— Почему не в зале? — Окидываю взглядом несколько пустых столов.

— Ой, вы знаете, второй этаж значительно удобнее, — частит помощник. — Там у нас обслуживание только для очень приличной публики.

— Эй, Матео! — доносится из спокойной, на первый взгляд, компании. — Что ты с ними разговариваешь? — из-за стола неожиданно встают сразу четверо не очень трезвых посетителей.

Только этим можно объяснить, что феев они в упор не замечают или вовсе не знают, к кому те прикрепляются.

— Не любим мы здесь таких, как вы, — делают пару шагов к нам.

Помощник тут же кривит лицо и разворачивается к компании. Что он там собирался сделать, неизвестно. Читать морали или успокаивать буйных посетителей уже поздно. Один из мужчин собирает его в охапку, несмотря на габариты самого помощника, и переставляет в сторону.

— Тобиос, ты что делаешь? Урод патлатый! — повышает на него голос помощник.

Всё происходит крайне быстро: среагировать не успевает ни второй помощник в зале, ни мужик за стойкой бара. Во время разговора они только начинают разворачиваться.

Трое из-за стола уже подходят к нашей компании. Обращаются сразу к Залману, тот как раз чуть впереди нашей компании.

— Ты что, не понял? — обращается к гному заводила. — Мы здесь не любим таких как вы. — Мужик хлопает кулаком по ладони.

Делаю шаг к гному. А то очень странно получается: по пустошам мы проезжаем без особых проблем, а стоит нам зайти в город — пожалуйста, вас тут не ждали. Да и обходить остальные таверны, проверяя их на свободные места, желания нет. Хочется уже спокойно сесть за столик и поесть как надо.

— Так, Витя, стой! — по-военному командует Залман. — Я всегда считал, что с тобой интересно, но чтобы так быстро! Мне этого очень не хватало, — тут же весело произносит гном. — Ну что, понеслась?

Гном бросает свою сумку на пол.

— Ну, вот, другое дело, — оскалившись, произносит заводила и как следует замахивается.

Только гном удара вообще не ждет. Вместо этого он делает резкий подшаг к главарю и резко бьёт в печень. Уходит от второго буйного мужика, и бьёт короткой ногой в его опорную ногу. Разворот, и ещё один удар в печень третьему. На всё про всё — две секунды. Четвертый участник компании даже не успевает подойти и разобраться, в чем дело. Он так и стоит возле помощника, чуть сдерживая его руками.

Пока второй мужик падает, я просто не могу проигнорировать такое удачное приземление. Так что головой приземляется ещё и на моё колено.

Гном по-хозяйски оглядывает таверну.

— И всё? — с удивлением разводит руками Залман. — А разговоров-то было…

На полу, скрючившись, постанывают двое нападавших. Второй, который напоролся подбородком на моё колено, не постанывает — просто лежит без сознания. А вот четвёртый, судя по всему, тот самый патлатый урод Тобиос, который задерживал помощника, стоит немного ошарашенный скоростью расправы со своими друзьями.

— Да отпусти ты! — помощник разрывает объятия громилы. — Господа гости, простите ради всех богов, прошу вас, проходите, — словно упрашивая, говорит он. Но усадить нас за столик так и не успевает.

Феофан глубоко вздыхает и присаживается на ближайший столик, откуда все замечательно видно.

В таверну забегает запыхавшийся стражник. Не знаю, кто его вызвал, и почему он так вовремя пришёл. Но мне кажется, что стражник либо сразу ожидал подобного исхода, либо просто сидел где-то неподалеку и успел среагировать. И если не брать в расчет ту скорость, с которой гном уложил троих, то стража тут работает крайне быстро. Тоже о многом говорит.

— Так, ну, всё понятно. Гости набедокурили. Будем оформлять, — обращается к нам городской стражник. — Вы задержаны до выяснения обстоятельств.

Помощник беззвучно ругается и закатывает глаза. Сделать он, определенно, ничего не может.

— Простите, это вы нам? — удивлённо переспрашиваю подошедшего.

— Вам, конечно, — чеканит стражник без доли сомнений. — Вы пришли, напали на честных тружеников.

— А вот теперь, Андрей, доставай. Самое время, — вполоборота обращаюсь к иллитиду. Пока происходит недолгая потасовка, он даже не лезет — одного взгляда на гнома ему вполне хватает, чтобы оценить ситуацию.

Андрей роется в кармане, и в этот момент в таверне становится совсем тесно — сюда забегает дежурная тройка патруля стражи во главе с сержантом.

— Капрал доложите, — без промедления просит он.

— Вот, дебоширов взял, — поясняет стражник, указывая на нашу компанию. — Побили спокойно сидящих граждан города, после чего пытались скрыться, — он переводит взгляд на побитую компанию, чтобы обрисовать ущерб. — Помимо этого ещё и с гномом.

— Подозрительные какие-то, — согласно кивает сержант. — Ну, что, ответим на парочку вопросов? — и, не дожидаясь ответа, продолжает. — Это же ваш аппарат стоит возле входа?

— Да, наш, — подтверждаю. — Сержант, у вас связь с вышестоящим начальством есть? — задаю встречный вопрос.

— Тебе и меня хватит, — с недобрым прищуром отвечает мужик.

— О, Вить, нашел. — Андрей наконец достаёт кольцо и надевает его на палец.

— Сержант, в общем, дело следующее: связывайтесь со своим лейтенантом, пускай прибывает сюда как можно быстрее. А вы, — киваю на стражников, — все идёте на губу. Начинаете расследование по служебному несоответствию и использованию служебных полномочий. В качестве фигуранта — этот капрал. Буйных товарищей забираете в кутузку, и точно так же оформляете их.

— Вить, да ведь они и так пострадали, — вмешивается гном. — Может, не надо их оформлять?

В ответ слышится только легкий стон боли. Двое так и лежат на полу.

— Ну, может, не надо, — оцениваю происходящее. — Ладно, последствия только для вас, уважаемые блюстители закона.

— Парень, ты не охамел? — удивлённо спрашивает сержант.

— Нет, — качаю головой. — Надеюсь, что перстень с гербом Его Сиятельства графа Беннинга вы узнать можете? Ну и, соответственно, всё, что он обозначает.

Лёгкая ухмылка сползает с лица сержанта.

— Вот именно, — подтверждаю все пришедшие в его голову мысли.

— Господин, может быть, мы как-нибудь по-тихому разойдёмся? —