Независимости, как мы стали почти в шутку называть наших кадровых военных, в голове проскочила настолько неожиданная мысль, что я даже слегка тормознулась, чуть не запутавшись в своих собственных ногах. Что же за идея настолько внезапно меня посетила? А вот что – скоро, очень скоро Вика передаст нам с нового острова все необходимые параметры водного потока и окружающих его берегов, для создания в металле проекта электростанции в качестве спонсорской помощи Ярославу. И Дед Леша вслед за этим известием наладился сразу идти к соседям – он еще с ночи мне об этом упорно и нудно долдонил. Добавив, что все нобходимые размеры успешно посчитает и в пути:

- Я для себя все это уже делал, тут останется только внести в старые таблицы скорость течения воды, ну и просчитать их заново, вот и все. У меня даже все размеры и данные мотор-колеса есть, чтобы не ждать, что же именно ты получешь – а в заказ возьмешь именно то, что нам нужно.

А мне только вот в голову пришло озарение – если идет он, то почему я не могу к ним в гости сбегать? Свяжусь со Стасом, спрошусь разрешения на это, и сразу после поставки, взяв необходимое сразу с собой, выйду в рейс. Только вояк предупрежу заранее, чтобы приготовили вчерашний самый маленький катер из трофеев.

- Отец Федор, - вскакивая в кабинет штаба, что только вчера организовали, найдя ему единственное свободное место – в подвале, задаю ставший чисто риторическим за последнее время, вопрос, - что за хрень опять происходит?

- Сам ничего не пойму. Вроде ведь уже все закончились? Или свеженькие, что из очередного болота выбрались, решили нас почить своим вниманием? Ничего не знаю, потому и ничего не скажу. Нас всем стается только ждать – но тревожные группы, в каждой из которых по шесть человек с винтовками и дробовиками, уже ушли на побережье. С НП их всех скорректируют, куда будут направлятся резинки. А остальных уже будем встречать только тройками, но с пулеметами – так как слишком много бойцов у нас за вчера вышло из строя. Ну и массовку подтянем – вдруг на толпу правильно поведутся, и испугавшись, уйдут не солоно хлебавши?

- По памяти – сколько всего у нас пострадавших?

- Тридцать три. Из них тяжелых семь и средних пятнадцать – это те, кто лежачие в палатах. И было одиннадцать легких – но они уже разбежались по вчерашним позициям. Часть их заняла свои места у Марко, остальные тут, возле Дома, решив, и вполне справедливо, что болеть на койке сейчас совсем не время.

Но это нападение неизвестных, пока еще нам неизвестных, окончилось также внезапно и безалаберно, как и началось. Вероятнее всего совершенно не зная особенностей нашей прибрежной зоны, и в темноте не видя плеска небольших волн над внешними, подводными скалами, вначале на них вылетели надувнушки. Из экипажа первой в живых осталась только одна женщина, со второй все четверо вполне успешно отправились на корм акулам - которые как специально в этот миг оказались рядом. В третьей выжил молодой парень, а четвертая подарила нам сразу двоих мокрых и до ужаса испуганных “зубастыми охранниками” и кошмарной смертью своих спутников, мужчин. Там даже подобия сопротивления оказано не было, к тому же на четверых был всего один пистолет, и тот у женщины, чуть позже при внимательном рассмотрении оказавшийся всего лишь травматом. За ними даже в воду лезть не пришлось – сидели там, куда смогли выбраться, скукожившись со страху в мокрой одежде, пока наши водоплавающие, только чуть позже, пригнали свободную лодку и вежливо помогли им туда пересесть.

С бОльшими посудинами вышло примерно также, но чуть менее трагично. К Дому их подошло пять штук, три из которых сходу налетев на камни, быстро ушли под воду. Пока их экипажи вплавь добрались к своему целому транспорту, в живых, примерно – очень даже примерно, по мнению забытых на скале пары мужчин, осталось не более шести или восьми человек. Разглядеть это они нормально не смогли, и темно было, да и расстояние помешало. К Марко вышло последние три – уже на повороте к берегу две сразу пропороли себе дно, и начали быстро набирать воду. Только последняя, стукнувшись бортом о камни так, что даже наши бойцы на берегу услышали глухой звук, осталась наплаву. Тут тоже порезвились акулы – были видны их множестенные верхние плавники. Оставшаяся целой лодка смогла подобрать всего троих или четверых, спасшихся от смерти в зубастой пасти. На камнях осталась только одна, перепуганная до ужаса молодая девчонка. Может быть они и хотели после всего этого пристать к берегу, но при таких страшных потерях сразу не рискнули. А потом, буквально через пару минут, по приказу Журдова были включены прожектор у Марко, и так и не снятая новогодняя иллюминация на Доме. И незваные гости, увидев, что о них знают, и с нетерпением, которое было ясно видно в руках у всех встречавших, ждут - не стали дальше нарываться на неприятности, а развернувшись ушли туда, откуда и явились к нам. То есть, во мглу и в неизвестность.

- Федор, сколько к нам высадилось? – спросила у офицера, что уже умотал на берег, в микрофон своей рации.

- Ни единого. По докладам бойцов, встречавших “тихушкиков” на надувнушках, там спаслось всего четверо, а остальными полакомился живой щит острова – акулы. И тут мы уже успели снять с камней всего троих, напуганных до дрожжи в коленках. Их, уходя, бежавшие просто бросили.

- Сколько из налетчиков погибло?

- У Марко – восемь, возле Дома – двенадцать, и в экипажах надувных лодок тоже двенадцать. Всего тридцать два человека, и если считать со спасшимися – то они за раз потеряли тридцать девять бойцов.

- Неплохо в гости незваные сходили. Пока не забыла – все их лодки, и резинки и корпусные, найти, поднять, и вытащить на берег. Они и нам самим пригодятся.

- Есть. Этим уже занимаются. Но вот что теперь с пленными делать?

- Если одни мужики – определи в общую камеру, а по светлу разберемся.

- То-то и оно, что мужчин всего пятеро, шестая женщина моих лет, и молоденькая девчонка. Все семь – мокрые, хоть выкручивай. Мои действия?

- Разделить. Внизу был маленький эакуток с дверью – поставить там две кровати с запаса, дать свежее постельное, сухую