Допустим, руководители страны, узнают и поверят, что сборная Германии выиграет ближайший мундиаль, поставят бешеные деньги на эту команду, а немцев вынесут еще на групповом этапе, так как огромные ставки и тут способны напечатать цифры на табло. Да и принцип, что любое действие рождает противодействие, отменять нельзя. Но, я пошлю письма на правительственные сайты, на всякий случай.

Если невозможно изменить глобально, нужно что-либо сделать локально. К примеру, собрать свой «Ноев ковчег» с семенами, кучей продуктов, приборов, оружия и всего всякого. Собрать людей, нужных и более приспособленных к труду и зная, как поведет себя природа, не только выжить, но и получить серьезный гешефт. Решать, кому жить, кому умереть даже для меня с, во-многом, очерствелой моей душой, сложно, но это необходимость. Да и нужно ли большое количество людей? Если бы кто-то слышал мои размышления по количеству людей для выживания! Сколько бы я услышал ругательств и проклятий в свой адрес от морализаторов? Нельзя такими категориями размышлять? Можно! После увиденного в другой реальности, даже невозможно иначе.

Некогда в разговорах с Асобистом мы поднимали эту тему и проводили тактические «учения» по развитию событий. Итак, выжил весь город с потерей центрального управления. Пусть даже местные руководители окажутся деятельными. В городе продуктов питания при разрушении логистических цепочек на две недели. При наиболее идеальных условиях будут элеваторы с зерном, будет скот, который еще нужно будет изъять в соседних селах и фермах, обрекая крестьян на голодное существование.

Через пару месяцев можно было наладить при благоприятствовании систему. Но было большое «НО». Если катастрофа будет по схожему сценарию, то эпидемии уже через пару недель, начнут выкашивать людей в геометрической прогрессии. Радиоактивные осадки через три-четыре часа превысят все возможные показатели радионуклидов. При том, что силовой блок малочисленный, а люди потребуют здесь и сейчас обеспечения, при том, что каждый будет запасаться впрок. Это и бунты и смерти, мародерка, как следствие еще больший хаос. А потом больше двух лет зимы при двух месяцах нелогичной жары. Реки выйдут из берегов, подтапливая поля, посевной материал перемерзнет и будет непригодным, животные одичают, или погибнут, а оставшиеся люди будут резать друг друга с еще большим остервенением. И эта малая доля прогнозов.

Тогда остается спасти близких и нужных людей, создать и оборудовать схроны. И… стать циничными уродами в понимании других немногочисленных выживших, которые, объединяясь, будут пакостить и обвинять во всех своих злоключениях подготовленных к катастрофе группы. И черт бы с ними, но тогда и мне остается просто ждать и ничего не делать. Община, которая была создана Асобистом, становилась все более жизнеспособной, как островок зарождающейся цивилизации, был шанс стать зародышем новой системы уже тогда. И обязательно отобьются от последних претендентов на роль хозяев области, Видок не допустит. После выстроится система сдержек и противовесов с центральной ролью нашей общины, и этот союз послужит катализатором для формирования новой общности. Но нельзя же ничего не делать?

Уже вода в ванной давно остыла, когда я пришел к хоть какому-то согласию с самим собой.

Прежде всего, я начинаю с себя. Сейчас Станислав Сергеевич Мирный «чистая доска» и нужно создать такого человека, что сможет не быть обузой, убегающим от одной одичалой собаки, имея в руках пистолет. Только присутствие Жеки рядом позволило в той ситуации выжить. Значит, я должен быть сильнее, а характер уже вынуждено закалился пятью годами борьбы за жизнь. Целеустремленности и силы воли должно хватить для того, чтобы быть сильным и получить необходимые знания и навыки.

Следующее – это создать ту материально-техническую базу, которая позволит части людей начать новую жизнь. А тут нужны деньги и много денег. И некоторые мысли в этом направлении есть, тем более, что я сделаю все, чтобы отец прожил дольше и не было «инсульта» раньше времени с загадочным завещанием не в мою пользу. Ну, еще мне нужно будет найти Ингу, Видока и его команду, и… Асобиста.

Глава 4.

Я шел на подрагивающих от страха ногах, утопая в снежных сугробах, несмотря на самодельные снегоступы. Подмерзать начало пару дней назад, когда непрекращающийся дождь, вдруг сменился падающими льдинками, а лужи прямо на глазах начали покрываться ледяной коркой. Сегодня же шел снег, огромными хлопьями покрывающий землю. В мирное, прежнее, время на Новый год, такому снегопаду можно было бы порадоваться, но сейчас, в июле, кружевные снежинки вызывали ужас – хотелось забиться в угол и сидеть, ожидая неминуемой смерти.

Стремясь находить даже в самых сложных ситуациях хоть маленький проблеск позитивного, я подумал, что без приспособлений из веток на ногах человеку будет сложно передвигаться, значит, у меня меньше шансов нарваться на конкурентов. Жека, пользуясь опытом одной из своих командировок, смастерил простой, но как для меня, диковинный девайс в виде снегоступов. Это помогало, но одномоментно делало нас менее мобильными и в проигрышной ситуации перед небольшими, но быстрыми, одичалыми собаками.

Целью сегодняшней вылазки были выбраны гаражи, которые располагались на километр севернее нашего убежища вдоль железной дороги. Хоть и было моей идеей обследовать гаражи, но вот с исполнением задумки все крайне сложно, ну не тянул я ни разу на матерого сталкера. Жека же принципиально не хотел быть моей наседкой или бодигардом и приходилось больше рассчитывать на собственные силы.

Мы уже сутки, как наблюдали за гаражами, в которых мелкие рыночные бизнесмены некогда хранили свои товары. За целый день не было замечено ни одного человека, лишь небольшая стая собак делала остановку на территории бывшего кооператива, но ретировалась задолго до того, как мы вышли к объектам. Жека настоял на том, чтобы бы мы разделились, для большей результативности.

Удача мне улыбнулась уже буквально в третьем гараже. А может то была и не столько удача, сколько анализ и расчет, так как я вскрывал гаражи выборочно. И очень странно, что многие из них были лишены внимания со стороны всякого рода шляющегося сброда в человеческом обличии. Если другие боксы соответствовали своему прямому предназначению, то тот, что я с большим трудом вскрыл, гремя на всю округу ломом, был складом очень трудолюбивой хозяйки. Гараж казался пустым, только сиротливые жигули третьей модели, с напрочь прогнившим кузовом, стояли в середине кирпичного бокса. Ничего не говорило о том, что под этой грудой металла что-то может находиться, тем более, что гараж был без ямы.

Что меня дернуло посмотреть под днище старинного авто, я не понял, как и не могу объяснить, зачем стал сдвигать лист железа, который лежал под