умалчивая о важном и ведя себя так, будто ничего криминального не произошло. Да, тогда она была не особенно мила, но сейчас вела себя откровенно жестоко.

– Я здесь для того, чтобы принять ваш заказ, мэм, – как можно спокойнее ответила я, понимая, что все за столом, включая Кэссиди, следили за мной.

– Хочу заказать твою улыбку. – Маргарита улыбнулась, обнажив зубы, как акула.

Я напряглась, глаза застелила красная пелена. «В чем проблема этой стервы?»

– Мне стейк и ризотто, – вклинился в разговор Логан, зыркнув на Маргариту, и нетерпеливо посмотрел на меня. – Если можно добавить в ризотто грибы, то будет супер.

Я сразу все записала в блокнот, надеясь, что они последуют его примеру и сделают свой выбор. Маргарита кивнула Логану, обещая вести себя прилично, и фальшиво улыбнулась мне.

– Мне то же самое и твою чертову улыбку все-таки, – ухмыльнулась она, – салага.

Мне ни к чему эти бессмысленные споры, особенно в таком состоянии. Сделав глубокий вдох, я перекинула волосы за плечо и одарила ее легкой издевательской улыбкой.

Она сразу взбесилась.

– Поуважительнее, Айлин. Я ведь лейтенант.

То, как она произнесла мое имя, и то чувство собственного достоинства, которое читалось на ее лице, сказали мне все, что нужно было знать о ней, – хотя оно и так было понятно. Меня разозлило, что никто не остановил ее.

Перестав улыбаться, я кивнула ей и с насмешкой ответила:

– Я уважаю тебя.

Ситуацию это не улучшило.

– Маленькая стерва…

– Хватит, Маргарита, – прогремел низкий голос.

Я обернулась и встретилась взглядом с Рагнором. Холод прошел по позвоночнику. Когда его глаза встретились с моими, за ними последовала пронзившая меня искра. Я не могла отвести взгляд и даже не была уверена, хочу ли этого.

– Три стейка средней прожарки и паста, – сделал заказ Рагнор, облизнув губы и продолжая смотреть на меня.

Кто-то вдруг прочистил горло, выдернув меня из этого молчаливого обмена взглядами с Рагнором. Кэссиди.

Я медленно перевела взгляд с Повелителя на подругу. Наши глаза встретились, и она долго пристально глядела в них, пытаясь понять, признаю ли я наше общее прошлое. Когда она наконец заговорила, обошлась парой слов:

– Я тоже хочу стейк.

В этот момент я поняла, что наши прежние жизни ушли в небытие. Просто стерлись. Дружба? Любовь? Учителя? Никому это не было интересно, кроме меня. Кэссиди была певицей там, а здесь – в заговоре с могущественным Повелителем вампиров. Сидела с ним за одним столом и отдавала приказы другим, чего раньше терпеть не могла. Она ничего не должна мне, так что ожидать от нее чего-то другого было бессмысленно. В новом существовании Кэссиди не желала меня знать.

Казалось, только я держалась за ту жизнь наверху, и, несмотря на обстоятельства, гнев и предательство, это должно было закончиться. Сейчас.

Как будто мое тело переключилось на автопилот, когда я наконец поняла, как все устроено здесь.

– Последние стейки заказал наш Повелитель. Советую куриную грудку в качестве белка.

– Тогда курица, – устало вздохнула Кэссиди. Она становилась чересчур драматичной, когда все шло не так, как ей хотелось.

Мне столько всего хотелось сказать. Но я лишь записала их заказы в блокнот.

– Это все? – спросила я гостей.

Красавец тихо озвучил заказ, и я его записала.

Подняв глаза, я заметила, что Кэссиди все еще смотрит на меня. Наконец в ее глазах отразилось то, что я ждала.

Паника.

Она молила ничего не говорить. Не здесь, не сейчас.

Не надо быть гением, чтобы понять ее мотивацию. Теперь она ходила с Повелителем нашей Лиги и ее считали настолько важной особой, что позволили сесть рядом.

Наша дружба стала отголоском далекого прошлого. Все кануло в черную бездну, когда она перестала быть бедной солисткой никчемной группы, живущей в захудалом районе и мечтающей стать вампиром.

Сначала Логан, теперь Кэссиди. Несмотря на кучу других вампиров, я окончательно осталась одна.

Закончив записывать остальные заказы, я развернулась на каблуках и ушла, глядя прямо перед собой и игнорируя полные жалости взгляды одноклассников и насмешливые остальных членов Лиги.

Глава 9

Близился рассвет, когда я закончила свою первую смену в столовой. Даже Лон уже ушел. Я сорвала фартук и бросила его в корзину для грязного белья, тщательно вымыла руки, пытаясь смыть с себя этот ужасный, просто отвратительный день. Меня высмеивали, дразнили, кричали на меня, ругали и пристально глазели. Я была вынуждена наблюдать, как Кэссиди и Логан смеются, едят и развлекаются, словно у них нет никаких других забот на свете.

Я покинула кухню, молясь, чтобы это место сгорело дотла, и уже выходила из столовой, как послышался знакомый голос.

– Ты хорошо справилась сегодня.

Напрягшись, я не выдержала и взорвалась. Развернувшись, полная решительности, я приготовилась нанести удар говорившему, но он успел схватить меня за запястье, затем за другое. С небывалой легкостью оттолкнув назад, словно перышко, он прижал меня к стене.

И вот я оказалась лицом к лицу с Рагнором Рэйном – источником моих страданий. Его холодные глаза цвета ночного неба пристально смотрели на меня, а лицо, как всегда, было непроницаемо. В этот момент все, о чем я могла думать, – только он. Его крепкие руки держали меня, но не причиняли боли. Напротив, прикосновение словно разжигало огонь внутри. Его ладони были грубыми и теплыми.

– Хорошая попытка, – произнес он, оглядев мою сжатую в кулак руку, которая стремилась в его сторону. – Считай это предупреждением. Если еще раз поднимешь на меня руку, я уже не буду столь снисходителен.

– Отпусти меня, придурок, – прорычала я, хотя тело начало сдаваться.

Со скоростью света он высвободил руку и сжал мое горло. Как бы мне хотелось, чтобы он сжал посильнее. На долю секунды тело предательски задрожало, я оказалась беззащитна перед ним.

– Осторожно, Хендерсон, – его дыхание участилось, – а иначе…

Я не стала дожидаться окончания фразы. В голове метались дикие мысли, которых вообще не должно было возникнуть. Я попыталась ударить его еще раз свободной рукой, но в мгновение ока он развернул меня, прижав лицом к стене. Мои руки оказались за спиной в железной хватке, а его бедра плотно прижались к моим, полностью лишив меня свободы движений.

Я резко втянула воздух, когда наши тела прикоснулись друг к другу, чего никак не могло произойти. Укрепив хватку, он вдруг прижался сильнее, заставляя меня трепетать.

Что-то запорхало в животе. Конечно, я понимала, что именно, но принимать этого не буду. Нужно срочно бежать как можно дальше.

Но я не могла.

А почувствовав его теплое дыхание у уха, я вообще