Ксеня

Под пытливым взглядом Руслана захожу в зал и опускаюсь на диван, предварительно схватив со стола свой бокал с вином. Делаю несколько глотков, чтобы смочить пересохшее горло. Мне не стыдно за то, что произошло. Мы почти друг друга не знаем.

Надо же, Вадим не постеснялся перед Русланом заявить на меня права. Я думала, будет до конца вечера представлять меня всем своей гостьей, вежливо держа на расстоянии. Прилипая к хрусталю губами, улыбаюсь, как дурочка.

Значит, с этой Настей у него ничего нет. Хотя, она точно была бы не против. Но кто я такая, чтобы думать о незнакомой девчонке больше, чем о себе? А я так-то тоже не против, потому что этот дерзкий Волчара мне самой безумно нравится.

Скашиваю взгляд на Вадима, только сейчас вошедшего в зал. Крепкий, мускулистый. Он закатил рукава своего свитера, а я залипаю на его покрытых тугими венами руках и массивных часах на левом запястье. Под кожей прокатывается дрожь, потому что я очень хорошо помню эти руки на своем теле.

Вадим поворачивает голову в мою сторону, будто слышит мои мысли, подмигивает мне, а потом подходит к столу. Пьет пиво прямо из банки и обходит диван, на котором я сижу, чтобы встать прямо за моей спиной. Волоски на затылке моментально поднимаются от его близости и электризуются.

Спинка дивана прогинается, а потом моего уха касается горячее дыхание.

— Зачем ты обнимаешь пустой бокал, Ксень? — насмешливый голос касается мочки моего уха.

Чёрт, я и не заметила, как выпила всё вино.

— Это я намекаю, что пора бы его обновить, но никто не замечает.

Усмехнувшись, он прихватывает зубами мочку моего уха, заставляя меня в ужасе обвести присутствующих взглядом, но никто на нас не смотрит.

Вадим забирает из моих пальцев бокал и вернувшись к столу, наполняет его красным вином. Вручает мне его и садится рядом. От соприкосновения с его плечом меня током бьет.

— Пей, Шапочка, мне надо, чтобы ты была мягкая и послушная, как вчера, — склоняется и тихо проговаривает мне на ухо.

— То есть, без вина не выдержишь противостояния и сдашься? — стреляю в него глазами, и замечаю, как уголки красивых губ издевательски ползут вверх.

— Проверим?

Вообще, это было бы правильно. Проверить как я поведу себя без алкоголя в крови и узнать смогу ли выдержать его напор. Отстоять так сказать свою девичью честь, будучи при здравом уме.

— А давай, — потянувшись, оставляю бокал на столе. — Вот и проверим кто сильнее.

— Тут дело не в силе, — его палец касается моего запястья и поглаживает его, а глаза скользят по моему лицу и задерживаются на губах, — совершенно не в силе, Ксень.

Я сглатываю. Знаю, что не в силе. Но проверить всё же стоит, чтобы я потом не говорила, что виной всему алкоголь. Если уж корить себя за что-то, так это за то, что сама поддалась на его провокации.

— Волков, как на счёт бильярда? — звучит со стороны голос хозяина дома.

Вадим нехотя переводит на него взгляд.

— Можно, — пожимает плечами.

— Я тоже так думаю. Сейчас детвора спустится, Ира им тут включит музыку, пусть попрыгают. Думаю, до завтра свет починят, нашей зарядной станции должно хватить. А мы пока раскинем пару партий.

— Здесь побудешь или с нами пойдешь? — спрашивает Волков, вернув внимание мне.

— А вы игроков принимаете, или только зрителей?

— Ты играешь? — в глазах мелькает искреннее удивление.

— Да.

— Веталь, — поднимает голос Вадим, не отрывая от меня продолжительного взгляда, — тут нам вызов бросают.

— Да ладно? Кто мы такие, чтобы его не принять? — разводит руками мужчина, а я улыбаюсь.

— Спасибо, но вы зря меня недооцениваете. Образ домашней милой девочки может быть обманчив.

Знаю, что кокетничаю, но мне до дрожи приятно вызывать самые разные эмоции у Вадима. Сейчас он с другими мужчинами смеётся, и встаёт с дивана, поднимая меня за собой за руку.

Я действительно играю неплохо. Как-то так вышло, что на курсе из подруг у меня только Аня. Но последние месяцы она все больше проводит времени со своим мужчиной, с которым познакомилась благодаря ее бывшему парню. А если быть точнее, то отец этого парня и есть её новый мужчина. Но я за неё рада. И мужик он адекватный. Чем-то на Вадима похож, только чуть менее мускулистый и волосы у него темнее.

В общем, чтобы не скучать в свободное от учебы время, коего бывает у меня не так уж и много, приходится проводить время с ребятами. Они у нас адекватные и вызвались научить меня играть в бильярд, чтобы я не просто сидела и смотрела на их игры, а принимала непосредственное участие.

— Итак, Ксеня, с кем будешь играть? — спрашивает мужчина, чьего имени я не помню.

— Со мной, — отвечает за меня Вадим.

— А чего это? Я может тоже хочу с красивой девушкой поиграть? — возражает хозяин дома.

— Тебе Иришку позвать? — взяв кий со стойки, Вадим натирает наконечник мелом.

— Она не умеет.

— Так научи.

— Пытался. Она мне полотно чуть не порвала, когда в очередной раз промазала по шару. Хватит, — выставляет руки вперёд, а я смеюсь.

Да уж. Научиться играть непросто. Помню, как сама психовала, но когда парни мне сказали цену этого самого полотна, которое можно случайно проткнуть, если сильно ткнуть в него кием, я решила, что психи того не стоят. Столько денег у меня нет.

На что я шла, когда решала посоревноваться с Волковым? Не знаю. Конечно, я ему проигрываю, хотя и назвать себя недостойным противником не могу. Выкладываюсь на все сто, и даже больше, потому что с каждым успешным ударом ловлю на себе его одобрительные взгляды.

Кажется, ему нравится моя игра.

После меня с ним играет другой мужчина. Кажется, его зовут Марк, я точно не помню, а потом я ухожу наверх.

Женская половина с детьми как раз одевается в просторном холле.

— О, Ксень, пойдёшь с нами? — интересуется Ира, набрасывая вокруг шеи шарф.

— А вы куда?

— На улицу. Погода такая бывает раз в несколько лет, решили с детворой снеговика слепить.

Детишки открывают дверь и выбегают на улицу, а я решаю, почему бы и нет. В зале осталась только Настя, и мне совершенно не хочется киснуть в её компании.

Тем более, что снег я и сама люблю, но как-то со вчерашнего вечера произошло столько событий, что я не успела им толком насладиться.

Надев пуховик и шапку, выхожу со всеми во двор. Детвора уже во всю бросается снежками, а я прохожу