Наконец показались огни приближающегося локомотива. Грохоча поезд Москва- Старо — Таманск подошёл к перрону и остановился возле него. Я подошёл к двери ближайшего ко мне вагона. Дверь открылась, в её проёме показалась проводница в синей униформе, которая по лестнице слезла на перрон. Я присмотрелся к ней. Это была миловидная женщина примерно моего возраста.

Подойдя к ней я широко улыбнулся и спросил:

— А, что красавица, имеются ли свободные места в твоём вагоне?

— Имеются, красавец. Только на каждое свободное место билет нужен. У тебя есть?

— Обижаешь. Конечно есть,- и я вытащил из кармана джинсов купюру достоинством в двадцать пять рублей,- такой билет подойдёт?

— Подойдёт, — и проводница, каким — то молниеносным движением выхватила купюру из моей руки,- поднимайся в тамбур. Постой там. Когда поезд тронется я отведу тебя на твоё место.

Проходя мимо проводницы я быстро сунул ей в боковой карман купленную заранее шоколадку.

* * *

Когда поезд со скрежетом отошёл от перрона, проводница спросила меня:

— Тебе до куда ехать?

— До самого конца.

— Ладно, пошли, я тебе твоё место покажу. Только по тише, пассажиры уже все спят. Подожди немного я тебе постельное бельё принесу. Ну,что стоишь? Пошли!

Глава 7

В середине ночи, в купе в котором по милости проводницы, расположился я, вошёл ещё один пассажир, который полез на верхнюю полку и долго кряхтел и вертелся на ней, устраиваясь по удобнее.

Проснулся я уже утром, когда летнее солнце уже во всю освещало вагон. По коридору туда и сюда сновали проснувшиеся пассажиры, по вагону плыл запах домашней еды табачного дыма ( им несло по всей вероятности из тамбура, который превращался в своего рода, импровизированную курилку, на всё то время пока поезд находился в пути).

Отбросив со своей головы тонкое одеяло, я с начала не понял, где нахожусь. Полежав ещё с полминуты, я рывком поднял голову, оглянулся вокруг и встретился взглядом с симпатичной, светловолосой девушкой, сидевшей на противоположной от меня полке.

— Где я? — произнёс я хриплым ото сна голосом.

— Мы едем в поезде,- ответила мне девушка, говорившая на русском языке с лёгким напоминающим, прибалтийский, акцентом.

— Куда мы едем? — продолжал не понимающе спрашивать я.

— Ну я не знаю, куда, например едете вы, а я еду вместе с этим вагоном до Старо — Таманска,- ответила на мой вопрос девушка и весело рассмеялась,- кстати, когда вчера вечером я ложилась спать, вас в этом купе, ещё не было. Как я понимаю, вы попали в него уже глубокой ночью. Я права?

Я растёр ладонью своё лицо и тут до меня стало доходить, где я, куда я еду, и почему я оказался здесь, в этом времени и в этом вагоне.

— Да. Вы правы. Я действительно, появился здесь, только ночью, когда все уже спали. Я сел на этот поезд в Величанске. Знаете захотелось вдруг съездить на море. Давно не был.

— О- вы из Величанска? — поинтересовалась девушка.

— Не совсем так. Вернее, совсем не так. Вообще то я из Красноярска. А так, был на заработках на Севере, заработал не много денег и решил махнуть на юг. В Величанске я был проездом, не долго.

— О-о-о, вы наверное, богатый северный человек! Я права?-со смехом в голосе, спросила меня моя спутница.

— Ну не совсем богатый и далеко не северный, но средств на отдых у Чёрного моря немного накопил,- ответил ей в тон, я,- давайте тогда, что ли познакомимся,- и бросив взгляд на верхние полки на которых ещё дремали наши соседи,- как никак ещё несколько часов нам придётся терпеть общество друг друга. Эду… Андрей,- представился я своей соседке, во время вспомнив, что по документам у меня теперь другое имя и фамилия,- Андрей Галкин.

— Бирута Озолс. А знаете мне сейчас показалось, что вы хотели сначала произнести другое имя. Я права или это плод моего воображения?

— Не совсем так. Видите ли, моё отчество Эдуардович, и я как то уже привык, что в коллективе в котором мне довелось работать в последнее время, ко мне чаще всего обращались, не по имени, а по отчеству. В итоге, я так привык к этому, что чуть было не представился вам по отчеству, а не по имени. А вы судя по вашему имени и фамилии латышка?

— Да, вы угадали. Только я скорее всего, уже не латышская, а московская латышка. По крайней мере, последние лет пять- восемь. Я училась в МГУ на биофаке, а сейчас поступила в очную аспирантуру. Кроме того в Москве живёт мой папа. Так,что можно смело говорить — я настоящая московская латышка!

Я внимательно присмотрелся к ней. Бирута была без сомнения, очень симпатичной девушкой. Нет конечно, она не являлась представительницей эталона женской красоты, но дурнушкой назвать её не представлялось ни какой возможности. Нет и нет. Моя случайная спутница, в этом моём несколько авантюрном путешествии на Чёрное море, была вполне себе хорошенькой. С ней было очень приятно коротать время в пути.

* * *

Когда после утреннего туалета я вернулся на своё место, мой третий спутник, мужчина лет сорока — сорока пяти, тоже уже проснулся и спустившись с верхней полки, с полотенцем через плечо, так же направлялся в туалет. Лишь, появившийся глубокой ночью, наш четвёртый сосед, продолжал спать ( или делать вид, что спит) на своём месте.

— Андрей, садитесь завтракать, как говорят чем Бог послал! — сказала мне Бирута.

* * *

После завтрака мы, как- то не заметно разговорились. Вернее говорила в основном Бирута, а я в основном старался больше слушать и как говориться, мотать на ус. Я прекрасно помнил поговорку гласившую, что «слово серебро, а молчание золото». Особенно эта поговорка, была актуальна для меня, оказавшегося в столь не обычных условиях. И эти условия требовали от меня поменьше говорить и по больше слушать. По крайней мере в первое время, необходимое мне для более или менее полной адаптации к реалиям СССР, о которых я всё же имел пока больше теоретическое, нежели практическое представление.

Бирута рассказала мне, что её отец был москвичом, а мама происходила родом из Риги. Её будущие родители познакомились во время обучения в университете, после окончания которого Озолс- старший поступил в аспирантуру, и через три