ним, я кладу ноги на другой стул, потягиваю слабый кофе и смотрю на волчицу. — Какие-нибудь проблемы? — Сегодня рано утром он заступил на вахту вместо Джея, так как мы не можем ему доверять. Мне следовало бы подумать получше, прежде чем оставлять его одного, но нам нужно было поспать, и я подумал, что немного напугать волчицу поможет.

— Никаких. Она даже не шелохнулось. Она не спала почти всю ночь. Джей вышел на пробежку с тех пор, как ты сказал ему выпустить пар.

Моя голова резко поворачивается к нему. Его рука сжимает тост с такой силой, что он хрустит, а глаза опущены. — Это монстр, помни об этом.

— Помню, — возражает он, — но он не должен так с ними играть. Мы охотники, а не психопаты.

— Нам нужны ответы, — напоминаю я ему.

— Но он не искал ответов. Он искал веселья, — парирует Люсьен, вставая и отряхивая руки. — Ну же, давай покончим с этим, раз уж ты проснулся. Чем дольше волчица здесь, тем дольше мы в опасности из-за ее стаи.

Именно это я и сказал Джею вчера. Я не сказал нашему командиру, что мы обнаружили стаю волков, всего несколько диких животных и что мы были на правильном пути. Он был так счастлив, что даже не поинтересовался, почему нам нужно было спешить с возвращением. Я хочу, чтобы мы сделали все сами, поэтому я позвоню им, как только буду уверен в координатах. Нам понадобятся все охотники, чтобы уничтожить стаю. Я не настолько глуп, чтобы идти за ними втроем, но я хочу быть уверен.

Мы не можем позволить себе снова потерпеть неудачу.

Взяв с собой кружку, я иду за ним к клетке, замечая на полу следы от ножей Джея. Откинувшись на спинку стола, я потягиваю кофе и наблюдаю за волчицей. Я мог бы сделать ей укол и заставить обратится, но нет никакой гарантии, что она заговорит, и она определенно умрет.

Нет, сейчас нам нужен другой подход. Она - ближайшая зацепка, которая у нас есть, наша лучшая и единственная зацепка, и она нужна нам живой.

— Если ты поможешь нам и расскажешь то, что мы хотим знать, мы дадим тебе честный шанс, — начинаю я, пытаясь говорить дружелюбно. — Мы отпустим тебя, дадим тебе фору. Хороший шанс выжить.

Она моргает и просто смотрит на меня.

— Мы можем сделать это легким или трудным способом. Либо ты умрешь там, как животное, либо снаружи, когда мы будем охотиться на тебя. Твой выбор. — Я потягиваю кофе, пока жду.

Ее пасть раскрывается в чрезмерном зевке, обнажая длинные клыки, а затем с ухмылкой она поднимает лапу, изображая то, что я могу описать только как волчий средний палец. — Значит, это нелегкий путь. — Я вздыхаю, отталкиваясь от стола.

Неважно, насколько сильно я ненавижу монстров и хочу избавить от них мир, чтобы они не могли причинять вред невинным, мне не нравятся пытки. Я не такой, как Джей. Я наслаждаюсь их смертью, а не их болью. Больше нет. Я наслаждался однажды, когда был молодым и новичком, желая отомстить. Теперь я просто хочу сохранить в безопасности то, что осталось от моей семьи.

Однажды я допустил ошибку с монстром, предложив ему милосердие, и это стоило мне всего. Я не повторю эту ошибку снова.

Женщина или нет.

Встав из-за стола, я намеренно ставлю кружку на стол, прежде чем вытащить нож и поднять его в воздух. — Я так понимаю, ты знаешь, что это? — спрашиваю я. Я не утруждаю себя тем, чтобы смотреть на нее или ждать ответа. Я просто продолжаю. — Это клинок, освященный солнечным светом, а сам металл сделан из смеси аконита и эльфийской стали. Аконит проникнет в каждый порез, как яд, не давая ему затянуться и причиняя агонию, поскольку проникает в твою кровь. В конце концов, ты вообще не сможешь обернутся. Эльфийская сталь режет глубже любого клинка. — Я смотрю на волчицу. — Давай начнем, ладно?

Подходя ближе к клетке, я держу лезвие. — Где твоя стая?

Она просто наблюдает за мной.

Ломая шею, я направляюсь к двери. — Вейл, — огрызается Люсьен, но я игнорирую его.

Отстегивая цепи, я распахиваю дверь и вхожу к ней в клетку. Она поворачивается ко мне мордой, и я игнорирую проклятие Люсьена, когда шагаю глубже в клетку, загоняя ее в угол. Я стараюсь держаться спиной к выходу, чтобы быстро сбежать. Я не гребаный идиот. Она была спокойной, но я помню остроту ее когтей.

Она монстр, животное, поэтому она будет атаковать.

Они все так делают.

Взмахивая ножом, я наблюдаю, как ее взгляд следит за движением, когда ее хвост выпрямляется позади нее, и она предупреждающе рычит. — Я говорил тебе, что мы могли бы сделать это простым способом. — Я снова взмахиваю ножом, когда подхожу ближе, и ее рычание становится громче. От вибрации волосы у меня на руках встают дыбом. Мои инстинкты кричат мне бежать, чувствуя хищника, но я игнорирую их. Я продолжаю отмахиваться, приближаясь, а затем наношу удар. Она бросается влево, едва не увиливая от лезвия, но она щелкает челюстями, и я отдергиваю руку, чтобы она не укусила меня.

Она быстрее любого волка, с которым я сталкивался раньше, и к тому же умнее. Когда я делаю правильный ложный выпад, она не клюет на приманку. Я отступаю назад, вращая нож, пока она смотрит мне в глаза, а не на лезвие.

Умная маленькая волчица.

— В конце концов ты замедлишься или уснешь, и я поймаю тебя, маленькая волчица, и тогда у тебя будут неприятности. — Ее глаза сужаются, и в следующий раз, когда я делаю выпад, она бросается в мою атаку, подныривая под нож и полосуя когтями по моей ноге.

Я с криком отшатываюсь назад, чувствуя, как кровь стекает по ноге. Ее когти прорезали мои брюки и кожу. Рана неглубокая, так что это предупреждение, говоря мне этим, что она может добраться до меня, предлагая свои угрозы без слов.

Я скриплю зубами, игнорируя боль и взволнованное ругательство Люсьена. Я не смотрю вниз, как она хочет, зная, что она вцепится мне в горло. Вместо этого я твердо ставлю ногу на пол, игнорируя вспышку боли, что это вызывает.

Она нанесла гораздо больше ударов, чем кто-либо другой до нее. Надо отдать ей должное.

Тем не менее, я