– Если я скажу «нет, не в порядке», это что-то изменит?

– Одно то, что ты это спрашиваешь, пугает меня до дрожи. – Подруга приподняла подол и перешагнула, через засыпанную снегом железку, что очень походила на часть перил. Каким-то чудом при обрушении башни никто не пострадал, все были настолько увлечены своеволием Академикума[2] и действиями магистров, что библиотека заинтересовала всех только после ее обрушения. Говорят, мистер Кин едва ли не плакал. – Но посмотри вокруг и укажина того, у кого все отлично.

– Гэли…

– Нет, правда. Это все видимость. – Она раздраженно взмахнула рукой. – Всегда проще делать вид, что ничего не случилось, чем принять последствия. С тех пор как Академикум едва не затащил нас в Разлом, с тех пор, как было объявлено, что среди нас есть чужак с Тиэры, который испортил рулевое колесо Острова…

– Прямо так и объявили? – с улыбкой спросила я.

– Ну, не прямо так. – Она отряхнула подол от снега. – Сперва откопали князя. Знаешь… – Она нахмурилась, – Серые словно с ума посходили, и некоторые учителя и рыцари тоже. Они, как землеройки, тут все расшвыривали, не чета тому, как сегодня здесь ковыряются. Затворника быстро нашли. Серые лучше любых собак. Вот свежеспасенный князь и объявил. И приказал строить виселицу.

– Думаю, ему аплодировали стоя.

– Почти, – вздохнула она. – Девы, до сих пор не верится, что чужак здесь. Так вот, с тех самых пор все сидят, как мыши в норах и лишний раз чихнуть боятся. Они ждут.

– Чего? – Мы уже почти миновали развалины башни, но я все-таки оглянулась. Не могла не оглянуться.

– Либо механика с Тиэры поймают и казнят, либо Разлом схлопнется. В последнее, мягко говоря, верится с трудом. Иначе все бы уже бегали кругами с криками: «Мы все умрем!». И я в том числе.

– Почему сейчас?

– Прости, что? – нахмурилась Гэли. – Почему сейчас никто не бегает с криками?

– Нет. Почему Разлом должен схлопнуться именно сейчас? Крис здесь больше полугода, а Разлому похоже все равно.

Подруга остановилась напротив жилого корпуса и, сама себе не веря, произнесла:

– Тогда получается, что это может быть и не жестокий барон?

– Это совершенно точно не он, – тихо, но твердо произнесла я, глядя на подругу.

– Откуда ты можешь знать, раз даже магистры…

– Он так сказал. – Я увидела спешащую по дорожке к зданию Мэри, за ней, тяжело опираясь на трость шел Мэрдок.

– И ты ему поверила? – кажется, подруга не могла поверить в это, как бы парадоксально это не звучало. – Иви, я понимаю, тебе очень хочется ему верить, и даже могу представить почему.

– Правда? – удивилась я. – То есть если бы тот, кому ты так опрометчиво назначила встречу в корпусе Маннока, сказал, что он не с Тиэры, ты бы не поверила?

– Иви. – Подруга торопливо оглянулась, чтобы убедиться, не слышал ли кто. Но Мэри уже пробежала мимо, а Мэрдок все еще хромал по тропинке. – Это же совсем другое!

– Почему?

– Потому, – беспомощно ответила Гэли.

– Вот теперь ты понимаешь, что я чувствую. – Я повернулась к жилому корпусу.

Целую минутуподруга молчала. Я ее не торопила, наблюдая, как в окнах первого этажа один за другим загораются светильники.

– Хорошо, – в конце концов, медленно произнесла Гэли, обошла меня и направилась ккрыльцу. – Я тебя поняла. Ты ему веришь и весь вопрос сводится к тому, верю ли я тебе? – Она обернулась, и я увидела в ее зеленых глазах испуг. – Верю, Иви. И да помогут нам Девы.

– Нужно найти настоящего пришельца с Тиэры, – еще больше обрадовала я подругу. – Того кто «испортил» рулевое колесо.

Я не удержалась от сарказма, потому что хорошо запомнила слова князя о происхождении Академикума. Пришельцу не нужно было ничего портить, лишь наладить то, что не успели испортить мы. Но если я скажу ей и это, вере в мои слова придет конец. Правду, как и лекарство надо тщательно дозировать, так матушка говорит, добавляя несколько строчек в журнал расходов, а на следующий день еще несколько, чтобы траты были не так заметны, и папенька мог их переварить.

– Нам? – еще больше испугалась подруга.

– Больше некому. – Я поднялась на крыльцо.

– Скажи, что ты пошутила, Иви, потому что это перебор. – Она поднялась следом. – Мы не серые псы и не магистры, и ты это понимаешь. Это значит… Значит… – Она не сразу решилась это произнести: – Только если ты не… – Испуг в ее глазах сменился настоящим ужасом. – Если только ты уже не знаешь, кто это, – отчего-то шепотом закончила она.

Я открыла дверь и едва не столкнулась с выходящей на улицу Алисией. Дочь первого советника поспешно спустилась с крыльца, не удостоив нас даже взглядом. Я вошла в холл и стала разматывать шарф. Тепло исходящее от разожженного камина коснулось лица.

– Иви, – зашептала подруга, схватила за руку и заставила сделать несколько шагов к огню. – Если это так, ты должна немедленно пойти к магистрам и рассказать… – Она замолчала, услышав шаги на лестнице.

– Что рассказать? – так же тихо ответила я. – Что я знаю, кто на самом деле прибыл с Тиэры с дипломатическим визитом? Да, кто станет меня слушать, если даже ты не сразу поверила? У меня нет доказательств.

Шаги стали громче, и мы подняли головы. Спускающаяся по лестнице Дженнет ограничилась презрительным взглядом и, ничего не сказав, направилась к выходу, где едва не столкнулась с вошедшим Мэрдоком.

– Но тогда с чего ты решила, что знаешь, кто это? – Гэли потянула меня к лестнице.

– Просто знаю, – ответила я, поднимаясь на несколько ступеней. – И я опять прошу тебя поверить мне.

– Ох, Иви, причем тут я, главное чтобы магистры поверили. Или князь. Точно, иди к князю.

Я дернула плечом, выражая отношение к идее, а потом со вздохом призналась:

– Был бы здесь милорд Виттерн, он бы мне поверил. Во всяком случае, не отмахнулся бы. – Я сжала ледяную ладонь подруги и, глядя в ее умоляющие глаза, пообещала: – Я подумаю об этом, хорошо? И если не останется