усмехнулся ему Марс. — Но реального положения дел не меняет. Я черный бывший зэк, и амнистия по барабану. Помнишь тех мудаков из забегаловки для дальнобойщиков?

— Забудь о них. Они вымирающий сегмент общества. Но если мы выясним, кто сделал это на самом деле, это может изменить ход вещей, Мелвин. — Марс тряхнул головой, но Декер все равно добавил: — Половина людей по-прежнему считает, что ты убил своих родителей.

— Мне насрать, что они думают.

— Выслушай меня.

Марс хотел было сказать еще что-то, но вдруг прикусил язык и резко кивнул.

— На свете мало вещей сильнее истины, — продолжал Декер. — Как только истина будет на твоей стороне, события обернутся к лучшему, черный ты, белый или где-нибудь в промежутке.

— Но ты думал, что они в программе защиты свидетелей. А они не были. Так что вернулись к тому, с чего начали.

— А что ты делал во время матча, когда игра не заладилась и просвет запечатан, — валился на траву и подымал лапки кверху?

— Черт, а тебе как кажется?

— Так что же ты делал?

— Находил другой просвет и прорывался туда.

— Что ж, именно это мы и сделаем, Мелвин. Найдем другой просвет, чтобы прорваться.

— Как?

— У твоего отца был сейф в доме?

— Сейф? Нет.

— А он использовал его на работе? Такой, к которому доступ был бы только у него?

— Там был сейф, но батя сказал мне, что владелец — настоящий отморозок. Весь день маячил у него за спиной, боялся, что он что-нибудь сопрет. Даже после того, как он проработал много лет. Так что батя никак не мог быть единственным, кто имел доступ к этому сейфу.

— Тогда у нас фактически остается только одна альтернатива.

Глава 36

Декер и Марс остановились перед каменным зданием. Над головами собирались свежие грозовые тучи. Из-за формирования нового атмосферного фронта сумерки наступили очень рано.

— Техасский первый национальный банк? — вопросил Амос. — Ты уверен, что это он?

— У меня был здесь счет, когда я учился в школе, а потом и в колледже. Сюда привели меня родители. Тут они и держали свои деньги, как ни мало их было.

— У них могло быть больше, чем тебе кажется.

— Если у них были деньги, что ж они не потратили толику?

— Речь вовсе не обязательно идет о наличных, — ответил Декер, начиная восхождение по широким ступеням к передним дверям банка.

Внутри он обратился со своим вопросом к кассиру, и их быстро перепасовали к заместителю директора филиала.

Тот был невысок ростом, возрастом чуть за сорок, в очках, с брюшком, выпиравшим из расстегнутого пиджака. Протягивая руку для пожатия, он поглядел на Марса, и челюсть у него отвисла.

— Мелвин Марс?

Тот кивнул.

— Мы знакомы?

— Я Джерри Байвенс. Мы вместе учились в средней школе.

Марс пригляделся к нему повнимательнее.

— Я не играл в футбол, — извиняющимся тоном пояснил Байвенс. — Конституция не та.

Марс тряхнул его руку, выдавив из себя улыбку, когда Декер подтолкнул его локтем.

— Ага, Джерри, я тебя помню. Как делишки?

— Всё в порядке. Женат, четверо детей. Карабкаюсь по карьерной лестнице. Лет через пять или шесть, наверное, стану директором филиала.

— Молодец, мужик.

Они смотрели друг на друга, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Я слыхал, ты… э-э… вышел из тюрьмы, — нервно произнес Байвенс.

— Ага, другой чел сознался.

— Какая несправедливость! — Он оглядел впечатляющее телосложение Марса. — По виду ты можешь хоть сейчас обратно на поле.

— Да уж, — отозвался Мелвин.

Декер деликатно кашлянул, и Байвенс переключил внимание на него. Амос сверкнул своим удостоверением ФБР. Оно, хоть и без жетона, все равно произвело впечатление на Байвенса, тотчас же приосанившегося и застегнувшего пиджак.

— Да, агент… э-э… Декер, чем могу служить?

— Нам нужна кое-какая информация.

Оглядевшись, Байвенс обнаружил, что оба кассира и трое клиентов в очереди глазеют на них.

— Не зайдете ли в мой кабинет? — поспешно предложил он.

«Кабинетом» Байвенсу служила выгородка, частично изолированная стеклом. Жестом пригласив обоих занять стулья, сам он уселся за стол и спросил:

— Какого рода информация?

— Как я понимаю, Рой и Люсинда Марс имели здесь счет.

Байвенс промолчал, но сцепил руки и положил их на стол.

— Это значит «да»? — осведомился Декер.

— Мне надо посмотреть.

Амос бросил взгляд на стоящий на столе компьютер.

— Ладно.

— Я имел в виду, при наличии соответствующих полномочий. Мы уважаем частную жизнь наших клиентов.

— Я ценю это, но супруги Марс мертвы.

Переменившись в лице, Байвенс бросил мимолетный взгляд на Мелвина, а затем убрал руки со стола, положив их на подлокотники кресла.

— Ну, да, конечно, я знаю. Но тогда их законный представитель…

— У них его не было, — перебил Декер.

— Или их ближайший родственник.

— Сидит прямо здесь, — хлопнул Декер Марса по плечу.

Байвенс снова поглядел на Мелвина.

— Верно.

— Я даю тебе разрешение посмотреть и сообщить ему, Джерри, — заявил Марс.

Байвенс принялся стучать по клавишам компьютера, просмотрел пару экранов.

— Счет у них был, но его закрыли лет двадцать с лишним назад.

— Можете привести нам точную дату? — спросил Декер.

Байвенс назвал.

— Это было за два дня до их смерти, — заметил Марс.

Амос кивнул.

— Не можете ли нам сказать, какая именно сумма была на счету перед закрытием?

Байвенс снова постучал по клавишам, вызывая историю транзакций.

— Около пяти тысяч пятисот долларов.

Это сообщение разочаровало и Декера, и Марса.

— Сожалею, если тебе нужны средства, Мелвин. — Байвенс помолчал. — Я знаю, что ты долго был в тюрьме.

— Других счетов не было? — справился Декер.

Байвенс взглянул на экран.

— Нет, только текущий.

Мелвин совсем пал духом, но Амос только-только начал.

— А как насчет депозитной ячейки?

Вздрогнув, Марс оглянулся на него.

Байвенс нажал еще несколько клавиш.

— Совершенно верно, у них был депозитный сейф. Откуда вы знали?

— Просто удачная догадка, — отмахнулся Декер. — Что вы можете поведать нам о нем?

— Ну, он был закрыт в то же время, что и счет. Теперь у нас все записи в компьютере. Твой отец закрыл его и подписал все нужные документы.

— И нет никакого способа узнать, что там было в ячейке?

— Опись содержимого ячейки не делается, если только клиент специально об этом не попросит, — покачал головой Байвенс. — В противном случае оно совершенно конфиденциально.

— Но он закрыл ее и все забрал? — гнул свое Декер.

— Да.

— Насколько велика была ячейка?

Байвенс снова поманипулировал клавишами.

— Самая большая из имеющихся у нас. Двойная. В нее много влезает.

— А нельзя ли поговорить с кем-нибудь из тех, кто работал в банке еще тогда? — не унимался Амос.

— Ой, нет. Я тут проработал