о фильмах и... она даже не помнит, откуда знает про электрический стул, и как он выглядит на самом деле, но это кресло ее пугало. Скорее всего, обилием креплений, которые располагались на широких подлокотниках и ножках, и даже какая-то конструкция на верху невысокой спинки. Прямо-таки трон для пыток.

– Вот и не говори тогда, – раздраженно буркнул мужчина, отходя.

Но Хелен уже лишилась покоя. Может, зря она согласилась на ментальную проверку? Кто же знает, как они здесь проходят? Она после копошения в ее голове потом овощем не станет?

К тому моменту, когда девушка уже завела себя нервными предположениями о предстоящем, в помещении стали собираться "гости". И ладно нынешний глава Управления Трелвад с парой человек пожаловали, но вскоре Палам вкатил кресло с герцогом Тобиасом Кагматтом, бывшим "директором" безопасников. Мужчины вежливо, но прохладно поприветствовали друг друга, а затем старший Кагматт обратил внимание на девушку, подъезжая ближе.

– Ты похожа на ту, которую я помню, – сообщил Тобиас, внимательно ее разглядывая, когда Палам подкатил его к решетке. – Такая же... яркая внутри. И... оттенки твоего духа частично похожи на ту Хелен, что жила в моем доме. Волнуешься?

– Конечно!

Волнуется ли она? Да она уже готова по потолку бегать в тревожном ожидании неизвестного. Всё-таки нервная суета вокруг и ее заразила.

– Не стоит. Больно не будет, – утешил бывший опекун, но Хелен от таких слов еще хуже стало.

– Но зачем тогда такое... приспособление? – кивнула девушка на подготовленное для нее и ее же пугающее кресло.

– Что с ним не так? – оглянулся туда же герцог и выглядел удивленным, будто действительно не понимал.

– Может, к нему еще в комплект намордник какой-нибудь идет? Чтобы ракасово создание не кусалось? Или маска? А то вдруг я плююсь ядовитой слюной? – буркнула Хелен.

Палам рядом ощутимо напрягся, а бывший опекун глянул на девушку озадаченно. Затем коротко и негромко рассмеялся.

– Да, ты точно, как Хелен! Нет, девочка, всего лишь, чтобы человек не двигался, не разрывал связь и тем самым не мешал менталисту. Ведь проверка может идти долго, по-всякому бывает, а проверяемые частенько меняют позу, – объяснял Кагматт.

Стало чуть легче дышать, но в целом Хелен уже не нравилось предстоящее.

Неожиданностью стал приход эйра Вакида Аршадана, вместе с уже знакомым девушке охранником Кавимом. Отец ее нового тела, который сам же сдал ее дознавателям. Всё такой же осунувшийся, он мазнул в ее сторону непонятным взглядом, а затем молча уселся в углу. Кавим же на ходу кивнул ей, не то, как старой знакомой, не то намекнул на недопоклон.

Наконец-то пришел Лернавай. И где его носило? Уже даже руководители Управления соизволили собраться, охраны и прочих так давно набилось предостаточно, а старший дознаватель всё гулял где-то.

Зато сразу подойдя к решетке, начал выговаривать девушке:

– Веди себя достойно, Эйлен! Не дерзи. Не заговаривай, пока не спросят. Не встревай в чужие разговоры. И... – на миг замялся, – ...чтобы без неожиданностей!

Что-то сегодня он превзошел сам себя в занудстве.

– Хорошо, кусаться не буду, – с такой же серьезной, даже насупленной физиономией ответила ему в тон Хелен, скрестив руки на груди.

Стоящий рядом с бывшим женихом еще один безопасник дернулся.

– А она что, кусалась раньше? – опешил незнакомый мужчина, замирая с ключами в руках.

– Нет, – буркнул Лернавай, давая сигнал, чтобы дверь отперли. – Но за своими словами не всегда следит. И опять дерзит.

– Что вы, эйр Лернавай, – возразила девушка, подбирая юбку, чтобы не наступить на подол в самый неподходящий момент, и выходя из своей клетки, когда ее позвали жестом. – Обычно слежу и даже заранее устраиваю между ними соревнование, кому будет дозволено выйти в высший свет Осебрутажа...

– Хелен! Кхм, Эйлен!.. Эйлена, – одернул ее нахмурившийся Лернавай, сопровождая к тому самому заранее неуютному креслу под напряженными взглядами многочисленных присутствующих мужчин. – И язык свой придержи! Пожалуйста.

Надо же, эйр старший дознаватель соизволил вежливо попросить?! Так и быть, придется сбавить обороты. Да и не дерзит она... специально. То есть она тоже нервничает, а шутки вроде должны сглаживать напряжение. Только от ее иномирного чувства юмора местные почему-то еще больше напрягаются.

Что же касается имени, то она сказала безопасником свое настоящее имя, только его произношение им давалось с трудом. Йэлена Йур'эвна Демент'эва. Это ж надо было его так исказить! А схожесть иноземного имени с прежним, да и нынешним еще больше запутывала, поэтому как ее имя уже не склоняли в разговоре. Хотя обычно просто старались его избегать.

Но вот ее усадили, руки на подлокотниках крепко-накрепко зафиксировали. Спасибо, хоть ноги не стали привязывать к нижним перекладинам, хотя и там были кожаные ремни. Голову тоже не стали крепить, убрав жуткое приспособление со спинки кресла. Склонившийся Лернавай в который раз проверил ее закрепленные руки и даже тихо поинтересовался, удобно ли ей.

Затмение, что ли, на местном небе?

Конечно, было неудобно, на тонких запястьях у нее по-прежнему оставались массивные металлические ограничители магии, но Хелен вежливо ответила, что удобно.

На длинном столе, рядом с которым было ее кресло, тут же полыхнул один из артефактов, выдавая ее ложь. Этой штуке, видимо, даже не нужен был контакт с человеком, чтобы контролировать сказанное.

– Ладно, неудобно, но терпимо, – поправилась девушка, покосившись на стол и поражаясь, сколько же здесь всего наставлено, причем она даже половины артефактов не узнает. – Вы ведь всё равно не отвяжете меня.

Конечно, не отвязали.

Затем еще совсем немного томительного ожидания, пока Хелен нервно ерзала на жестком деревянном сидении, и к ним добавилось еще несколько человек, настороженно зыркая на всех и всё исподлобья и расходясь по комнате. А затем вновь открывшаяся дверь – ее петли наконец-то смазали, и она больше не скрипела противно – запустила в помещение новую компанию.

Мужчины были одеты вполне скромно... для эйров, без показной роскоши, но все как один подтянуты, стройны в меру своего возраста, с идеальными осанками и плавными движениями. Явно опытные боевые маги. Хелен узнала только одного из них – Артама. То есть графа Уеаткона, который сразу же с порога ей кивнул и тепло улыбнулся, вроде бы в качестве поддержки.

Хотя нет! Рядом с ним был мужчина постарше с каким-то едва уловимо знакомым лицом. Девушка напрягла свою память, именно свою, всё, что было накоплено ею лично за последний год.