может отпустить дракона как тот отслужит ему определенный срок, – вмешался в объяснение владыка, - но сто чешуек говорило о том, что теперь жизнь дракона связана с жизнью целителя и жизнь обоих закончится одновременно.

- Но я же не целитель, – возразила я.

- Ты спасла его, отогнала смерть от Аргайла. Физические и душевные раны убивали его, ты смогла восстановить его жилу дракона, залечить рану, что мешало его магии. Ты стала тем светом, который вывел его из темноты отчаяния, – тихо проговорил Фарх.

- Ну и что? - решила блеснуть умом и сообразительностью. – Он же не помнит о нем, а я не собираюсь напоминать. Жили же спокойно до этого, что мешает жить дальше?

- Небеса! - взвыл владыка, - Это был я!

На лице дракона были такое отчаяние, что я испугалась.

- Владыка, Фарх. Да ладно вам, ну это же нестрашно? Я же не сержусь! Хотите я верну ему этот дар? Или прикопаю где ни будь и о нем ник то не узнает!

- Какого мрака, Фарх! Нам долго тебя ждать!

С громким стуком двери открылись, и Хранитель смерти стремительно вошел в малый зал. Заметив состояние владыки, он замер.

- Что здесь происходит?!

- Да вот, - Харман махнул рукой на холмик светло-голубых чешуек. Лицо зеленоглазого дракона дрогнуло, и я не выдержала.

- Это было глупо! Это совершенно не надо было показывать и спрашивать, – взвилась я. – Владыка, ваша чешуя жизни, я требую возврат дога! Просто сотрите память всем в этой комнате до момента пока я не показала вам эту проклятую чешую!

Я стала судорожно собирать чешую Ара в мешочек, и почувствовала, как влага слез похолодила щеки.

- Киани, детка, успокойся, – перехватив руки, остановил мои метания Харман. – Дар жизни — это бесценный дар, который почитали наши предки и он был священен! Целители не просто так получали его. Вытащить дракона с рубежа агонии могли единицы и сил на это выкладывали очень много. Драконы, давая им этот долг становились их защитниками и силой, которая могла никогда не вернуться к целителю.

- Но я не дракон! – заметила я. - И сил никаких не теряла.

- Ты наследница Истинного, боюсь это значит гораздо больше. Владыка не должен был вмешиваться в твою жизнь и Ара, тем самым он считается осквернителем этого долга и …

- Должен быть приговорен к смерти, – прохрипел, перебивая дракона зеленоглазый, с ужасом смотря на Фарха.

- Я против! – возмутилась я. – Какой приговор? Какой долг? Вы вообще, о чем? – Я освободила руки и собрала чешую Аргайла в мешочек. – Во-первых чешую мне дал не Аргайл, а дракон по имени Дар. Во-вторых, я на правах Наследницы приказываю вам забыть про ее существование.

- Киани, ты не понимаешь! – воскликнул владыка.

- Нет это вы не понимаете, владыка! Решение о памяти приняли не вы, а отец дракона. Вашей вины здесь нет. И я не хочу из-за этой глупости терять лучшего друга и учителя! – Я смотрела прямо на владыку, тот медленно поднял голову и посмотрел на меня. - Сегодня можете напиться и делать что угодно, но завтра утром вы отведете меня с братьями в город ремесленников и забудете раз и навсегда про эту чешую и дар. Ясно?

- Киани.

- Владыка Фарх, вам ясно, что я сказала?

Дракон молчал, понуро склонив голову.

- Если вы не примите мои условия я навсегда уйду из вашей жизни и запрещу появляться в ней, – тихо прошептала я.

Фарх вздрогнул.

- Ты хоть понимаешь от чего отказываешься? – прошептал он. – Жить в достатке, не думать о стражах и монстрах. Наслаждаться жизнью, менять наряды, изучать магию…

- Вы издеваетесь? – возмутилась я. – Отказаться от семьи, друзей, будущего, которое может принести пользу миру и мне. Ради чего? Я не лишилась сил и дара, дракон, что отдал мне чешую тоже живет дальше. Скажите, неужели тот мир, что мы устраиваем не стоит этих усилий? Зачем ворошить прошлое, которое не может помочь, но может навредить?

- Киантарея, - проговорил зеленоглазый. – Владыка Фарх, мой сын. Меня зовут Эймар. Я являюсь хранителем смерти темного дракона по имени Золотой. Я прошу разрешения убедить моего сына в вашей правоте.

- Давай не будем им мешать, - тут же поддержал его Харман и собрав со стола остальные чешуйки протянул их мне. – Пойдем, расскажешь мне зачем вам понадобилось в город Ремесленников.

Харман практически силой вывел меня из малого зала.

- Он не ответил мне, - пожаловалась я.

- Просто он в шоке, как я и Эймар.

- Надо было просто продать эту чешую, - проворчала я.

- Её бы никто не купил, - попытался улыбнуться Харман. - Руна дара не сошла бы поставь на нее хоть тысячу печатей.

- Это так плохо?

- Ну почему, у тебя есть свой персональный ручной дракон. Разве это плохо. Можно научить его разным командам. Сидеть, лежать, фас.

- Очень смешно, мастер Харман.

- Прости, занесло. Нервное. Так с чего вы решили в город Ремесленников отправится?

Бывший темный старался изо всех сил отвлечь и развеселить меня, но на ужин владыка не вышел, и я отпросившись тоже ушла в свои комнаты. Я корила себя, что столько времени хранила чешую Дара и тут в порыве любопытства, показала ее и наделала столько шуму.

Вечером, когда я уже готовилась ко сну, ко мне заглянул Эймар.

- Я хотел поговорить с тобой Киантарея.

- Можно просто Киани. Не надо полного имени. Как владыка?

- Завтра придет в себя.

- Это хорошо.

Дракон внимательно посмотрел на меня и вдруг спросил:- Некоторое время назад, я и темный дракон были в одной деревне на которую напали черные слизни. Мы смогли отбить деревню, но сила Золотого вышла из-под контроля. Я думал, что мне придется выполнить свой долг и убить его. Как нечто сверкающее вмешалось и просто окутало темного облаком, лишая возможности подойти к нему, а когда рассеялось то Золотой спал, а его энергия была полностью под контролем. Это была ты?

Сначала я хотела возразить, но вспомнив, что драконы чувствуют лож, просто кивнула.

- Ясно. Скажи ты, можешь общаться с Золотым во сне?

- Иногда, когда ему или мне плохо. После освобождения, когда он лежал у себя дома, я частенько видела