П. С. Иногда могу задерживать главы, так как пытаюсь свести все сюжетные линии к финалу. Очень надеюсь, что вам понравится!

Глава 7

Команде надо разделиться? Серьезно?

Лязг створок еще долго гулял под сводами, пока его не растворила тишина. Мороз внутри был совершенно на другом уровне, нежели уличный: он не щипал лицо, а затекал в грудь с каждым вдохом и оседал под ребрами колючим комом.

Фонари горели, но толку от них было немного. Лучи растворялись в темноте через пару метров, повсюду была чернота. Парадный коридор угадывался по колоннам, что выплывали из мрака по обе стороны. Наледь крошилась под сапогами.

— Сканер выдает четверть возможного, — Лора листала перед собой полупустые схемы. — Четко пробиваю два этажа, ниже сплошная муть. Слуг вижу, они глубоко, ярусов пять под нами.

— Сколько их?

— Триста девяносто шесть… Уже триста девяносто пять. Болванчика лучше не отправлять, он и так потерял много деталек.

Триста девяносто пять человек, и через полминуты станет на одного меньше. Я запретил себе считать и все равно считал. Каждая погасшая точка отдавалась под ложечкой глухим толчком, по лицам членов отряда я понимал, что каждый считает минуты про себя, хотя все молчали.

— Люди пятью ярусами ниже, — передал я остальным. — Но кто их охраняет, неизвестно. Ниже двух этажей все глухо.

Кутузов сдвинул брови. Павел стиснул рукоять до белых костяшек. Настя тронула Катю за локоть, и обе подобрались. Хана давно была серьезна как никогда.

План складывается сам собой, и он прост: тащиться всей толпой через пять ярусов вражеского дворца значит скормить счетчику еще пару десятков жизней и по-любому вляпаться в ловушку, а разойтись поодиночке значит подарить хозяину два десятка легких целей. И тоже вляпаться в ловушку.

Выход один: первым под землю уходит тот, кому не нужны ни лестницы, ни двери.

— Посейдон, — позвал я. — Трубы тут еще функционируют?

Водяная змея стекла с колоннады и собралась в подобие головы у решетки стока.

— Живые, но сильно запущенные, — сказал водяной, попробовав просочиться сквозь прутья. — Ржавчина везде, на стыках течет. Королевский дворец, а сантехника как в сарае.

— Доберешься до слуг?

— Доберусь.

— Тогда валяй. Найди слуг, закрой куполом и держи оборону до подхода остальных. Юлий, Максимус, штурмовая часть на вас. Хана, Павел, Настя, Адриан по флангам. Спускаетесь следом и вытаскиваете людей. Двигайтесь по следам Посейдона.

— Принято, — Юлий ударил кулаком в нагрудник, Максимус повторил жест с зеркальной точностью.

— А сам ты куда? — Хана вскинула бровь.

— А мы в гости к хозяину. Сергей Михайлович, Святослав, Богдан с Любавкой, Фарид, Касим и Катя — вы со мной в тронный зал.

— Наконец-то! — Богдан размял пальцы. Любавка на ходу вытянула из рукава иглу с ниткой и прихватила ему прореху на плече. Шить в темноте, на морозе и на вражеской территории, для нее это было что-то вроде успокоительного. Фарид с Касимом, всю дорогу молчаливые, и тут не стали чесать языками. Просто кивнули.

Посейдон вылился в решетку, по трубам под полом покатился утробный гул, от которого завибрировали плиты. Группа Юлия двинулась направо — в сторону спуска, который указал сканер. Мой отряд направился налево — к анфиладе, за которой лежал тронный зал.

И только группа Юлия сделала несколько шагов, как пол тяжело дрогнул, словно где-то толчком сошел с места старый проржавевший механизм. По стенам прокатился скрежет камня о камень, а с невидимого потолка посыпалась ледяная крошка.

Колонны тронулись и поехали, из мрака выдвинулась стена. Группу Юлия отсекло от нас.

— Маршрут перестроен, — Лора всплеснула руками. — Точнее, его перестроили за нас. Секунду, пересчитываю…

Я подошел к стене и крикнул:

— Юлий!

Там кто-то выругался по-итальянски, затем прибавил несколько крепких слов на латыни, а потом послышалось по-русски:

— Целы! Уходим вниз, вода с нами!

Ответить я не успел. Стены снова зажили своей жизнью, а следом ожил весь коридор. Ступени завернулись винтом и утекли в стену, из пола выросли новые стены. С невидимым потолком тоже что-то происходило. Дворец перекраивал сам себя.

На нас из темноты ринулась стена, пытаясь разбить и нашу группу надвое. На ее пути встал Богдан и принял стену на плечо. Камень заскрипел, но пополз дальше, трескаясь и выплевывая черную жижу.

— Уходите! — рявкнул Богдан, пытаясь сдержать неуемную стену. — Оно чинится быстрее, чем я ломаю! Это какая-то неизвестная магия!

На подмогу первой стене, поползла вторая, и Богдан ничего не смог сделать. Они с Любавкой остались по ту сторону. Катю с Фаридом и Касимом отрезало третьей плитой. В коридоре мы с Кутузовым и Святославом остались втроем. Стены больше не двигались, оставив нам один-единственный проход — темный и узкий, уводящий в куда-то глубину дворца.

— Миша, слышишь! — голос Кати еле-еле пробился сквозь камень. — Мы целы! Тут открылся какой-то проход, других вариантов нет! Идем туда!

— Двигайтесь по нему, только без геройства! — крикнул я в стык плит. — Богдан, Любавка, вы как?

— Живы! — голос Богдана прокатился по камню откуда-то издалека. — Тут галерея, двигаемся по ней!

Я выдохнул и огляделся. Проход перед нами дышал морозом, по стенам сочилась чернота, приглашение читалось совершенно очевидно. Не хватало только огромной стрелки и надписи: «Главный злодей здесь!»

— Связь прерывается, — Лора прижала пальцы к виску. — В камне сидит какая-то дрянь и глушит все частоты. Зато счетчик встал: уже минуту без изменений. Триста девяносто…

Вот и вся цена спектаклю с заложниками. Нечто нарезал отряд на удобные ему куски и растаскивал по своим коридорам, каждому приготовив отдельную партию.

Кутузов поправил амулет на груди и встал у меня за правым плечом. Святослав без единого слова занял место слева, его ладонь легла на рукоять меча так буднично, будто мы собрались на прогулку.

— Дорогу нам оставили одну, — сказал генерал, не спуская глаз с прохода. — Значит, идем. Поглядим, что хозяин для нас приготовил.

Ничего иного не оставалось. Раз нас так настойчиво ведут в глубину, значит, именно там мое присутствие нужнее всего хозяину дворца. Впервые наши с Нечто желания совпали, только сомневаюсь, что это хорошая новость. Для него.

Мы пошли, вскоре коридор начал петлять. Подошвы прилипали к полу, воздух отдавал металлом, где-то капала вода. Ерх глухо ворчал в ножнах, вынужденный маяться без дела.

Я шел впереди, Кутузов со Святославом держались позади.

— Сергей Михайлович, — сказал я. — Держитесь между мной и Святославом, если нечто задумал ловушку…

Генерал недовольно пожевал ус:

— Списал старика, стало быть?

— Это тактика, Сергей Михайлович, — закатил я глаза. Еще не хватало с ним спорить в