Рибизель съежился под мантией и протянул ей раскрытую ладонь.

– Фенья, у меня будут большие неприятности, если я потеряю талисман. Пожалуйста, просто отдай его мне, и мы всё забудем.

Эрика встала рядом с Рибизелем.

– Выверни-ка свои карманы, чтобы мы убедились.

Фенья сжала кулаки. На глазах у нее выступили слезы. Она хотела смахнуть их, но они уже текли по щекам.

– Я думала, вы другие, потому что так же, как и я, не прижились в Расколотой звезде, – всхлипывая, сказала она. – Поверила, что мы друзья. Но вы такие же, как все. Что бы я ни делала, вы все равно видите во мне лишь воровку.

Она отвернулась и понеслась через маленькую поляну, разметав на ней остатки костра.

– Думаете, что я воровка? Отлично, думайте как хотите!

Гарек помчался за ней следом, но Фенья, добежав до деревьев, исчезла в сумраке леса.

Уровень и количество звездной пыли

Каменный стражник

Они продолжали звать Фенью, но она больше не появлялась. Гарек искал ее следы в кустах, и Пигас крылатой тенью следовал за ним. До остальных еще доносился треск сучьев из дремучего леса, хотя стражника давно уже не было видно. Его крики едва долетали сквозь густую чащу и наконец смолкли совсем.

– Может, нам стоит пойти за ней? – предложил Рибизель.

Эрика лишь помотала головой:

– Мы только заблудимся. Если Фенья не вернется сама, нам ее не отыскать. Я объясняла это и Гареку, но его череп слишком толстый, чтобы это понять.

Долгое ожидание надоело и Денни, он поднялся высоко над верхушками деревьев, чтобы наблюдать оттуда.

Эрика, Сладкоклюв и Рибизель остались на маленькой полянке – на случай, если Фенья вернется. Но плутовки и след простыл.

Настроение Эрики с каждой секундой становилось мрачнее. Она снова заколотила кулаками по дереву, которому не повезло оказаться с ней рядом.

– Дракон тебя раздери! Теперь она улизнула с волшебной палочкой! И как нам теперь расколдовать директора?

Рибизель сидел на земле и продолжал искать талисман. Жаба равнодушно прокарабкалась мимо Эрики и заползла за спину Рибизеля.

– Дело не только в палочке. Может быть, у меня вообще не получилось бы волшебство? И без Феньи звездной пыли нам не хватит.

Рибизель посмотрел в сторону, где исчезла Фенья. Его нижняя губа задрожала, он утер глаза рукавом.

– Кроме того… – он запнулся и краем глаза посмотрел на жабу, – может быть, Фенья вообще не крала палочку?

– Как бы не так, – рассердилась Эрика. – Плуты – мастера врать, никогда не знаешь, когда они говорят правду.

Рибизель хотел было ответить, но тут что-то с шумом вырвалось из зарослей.

– Фенья вернулась? – обрадовался волшебник.

Варварша-полурослик вместо ответа схватила палку и встала перед ним.

Прямо на них несся ржавый шлем.

Гарек закричал во все горло:

– Бегите!

Он, шатаясь, вылетел из леса, а за ним следом – животное размером чуть меньше кошки и с пушистым хвостом. Оно бежало через поляну за Гареком.

Пернатый медведь возбужденно запищал и хотел спрятаться за Эрику. Но тут необычная кошка его увидела, шерсть ее встала дыбом, она зашипела и выгнула спину. Пернатый медведь снова пискнул, кошка повернулась и подняла пушистый хвост. Секунду спустя поляну окутало серно-желтое облако, воняющее тухлыми яйцами, рыбьей икрой и потными носками.

– Пахнет, как у дяди Раймунда под мышкой, – задыхаясь, проговорил Гарек, когда снова смог вздохнуть. Он бешено размахивал руками у себя перед носом.

– Как ты умудрился разозлить ворчекошку? – прижимая воротник плаща к лицу, поинтересовалась Эрика.

Стражник несколько раз кашлянул, прежде чем ответить:

– Возможно, Гарек, когда искал плутовку, наступил на гнездо с яйцами?

Эрика вздохнула, как вздыхают пёсоглоты, и покачала головой:

– Почему я не удивлена?

Пока они пытались разогнать желтое облако, наверху показался голубой огонек.

– Гарек, для таких случаев лучше выкапывай яму.

Денни парил над их головами, прижимая костяшки пальцев к носу.

– Правда, не будь я мертв, умер бы прямо на месте.

– Но Гарек не…

Эрика не дала стражнику договорить:

– Ты нашел Фенью?

Череп описал длинную дугу и потряс костями:

– К сожалению, нет. Плутовка скрывается в густой листве. Мои глаза уже не те, что прежде. А Фенья умеет прятаться. Но я нашел кое-что другое. – Он пролетел совсем рядом с Эрикой. Его глазницы горели зеленовато-голубым светом. – Змеиный храм Боа! В двух шагах отсюда.

– Вчера ты то же самое говорил, – сквозь зубы процедила Эрика.

– Прошло немало времени с тех пор, как мои дряхлые кости побывали здесь. Но клянусь своим старым скелетом, храм уже близко. Мы доберемся до него, прежде чем солнце будет в зените.

Трое адептов зашушукались.

– Мне кажется, он говорит правду. Хотя прежде ошибался, – сказала Эрика.

Гарек постучал палкой по ладони:

– Так чего же мы ждем? Раз уж мы сюда добрались, сможем пройти и дальше.

Рибизель обернулся и взглянул на опушку леса. Но меж деревьев ничего не шелохнулось.

– А как же Фенья?

– Наверняка она уже жалеет, что стащила у тебя волшебную палочку, – пробурчала Эрика и вскочила на спину Сладкоклюва.

Гарек протянул Рибизелю свою палку:

– Плутовка успокоится и найдет волшебника. Она же учится в классе странников и разбирается в следах.

Рибизель, как всегда, ощупал место, где прежде лежала волшебная палочка, поник и ухватился за ветку Гарека:

– Если мы не пойдем дальше, значит, мы потеряли мой талисман понапрасну.

Они направились за светящимся черепом в туманные заросли. Здесь протоптанной тропинки уже не было. Они проползали под поваленными деревьями и лианами толщиной с руку, забираясь все глубже в дремучий лес. Солнце скрылось за густой зеленой листвой. Лишь одинокие лучи проникали сквозь кроны деревьев. Стволы костяных дубов стали такими толстыми, что и десяток адептов не смог бы их обхватить. Над ними из ветвей кричали канатохвостые обезьяны, оранжево-желтые грибы распространяли удушливый запах корицы.