за ней внимательно наблюдали. Парень, стоявший за дверью. Изучал ее поведение. Он пытался понять настоящая она сейчас или обманывает. Поразмыслив немного, он развернулся и пошел в сторону выхода. Пакет с фруктами и соком, он отдал первому попавшемуся пациенту. Сказав, что это подарок.

Ждала ли Доминика Влада? Конечно, ждала. Она надеялась, что он придет навестить ее. Но его не было. Ни на следующий день, ни спустя неделю. Девушка все это время думала, что же могло так повлиять на него, что он сначала сбежал от нее, а теперь не хочет даже навестить.

Постепенно Доминика стала мириться с этим. Ей всего лишь нужно поправиться и уйти отсюда. А куда она пойдет, это она решит после.

День за днем тянулись очень долго. Казалось, что это один и тот же день. Будто девушка застряла во временной петле. Так называемый «день сурка». Единственное разнообразие было лишь в еде. Она охотно ела больничную еду. А что ей еще оставалось? Родных и друзей здесь не было. А сообщить она никому не могла. Да и боялась за приемных родителей. Боялась, что Том может им навредить. Поэтому и не связывалась.

Очень тяжело было в часы посещений. Мимо нее проходили разные люди. Они шли к своим родным и близким, чтобы навестить их. Несли большие пакеты с гостинцами. Иногда так вкусно пахло домашней едой! У Доминики даже желудок сводило от этого аромата!

Она уже начала потихоньку вставать и передвигаться на короткие расстояния. К кулеру, чтобы попить воды и в туалет.

В один из таких походов в уборочную, девушка решила помыть голову. Волосы, и без того пропахшие дымом, слиплись и запутались. Не хватало еще, и правда, вшей себе приобрести для полного счастья!

Намочив в раковине голову и используя местное жидкое мыло, девушка кое-как намылила голову. Затем смыла. Распутывала волосы она уже руками. Пришлось еще некоторое время провести в уборной, чтобы вода перестала течь с волос. Ведь полотенца у нее не было, впрочем, как и всего остального. Ничего кроме больничной распашонки. Парни обещали купить ей одежду, но никто так и не появился за всю неделю.

Подсушив слегка волосы и убрав за собой все, девушка направилась к своей кушетке. Но ее окликнули.

— Ты что сделала? — вскричала та вредная медсестра с темно-серыми глазами.

Она догнала Доминику. Именно сюда девушку недавно переложили, чтобы освободить кровать для пациента, у которого, в отличие от нее, есть медицинская страховка.

— Ты зачем в душевой потоп устроила? — кричала медсестра, привлекая внимание окружающих.

— Да я там даже не была! — возмутилась девушка.

— Ага! — продолжала разоряться женщина, — а волосы тогда почему мокрые? Или ты хочешь сказать, что в унитазе их мыла⁈

— В раковине, — «да, что ты задумала? Мегера⁈» — подумала Доминика, — Почему вы на меня кричите вообще? Что я вам сделала?

— Ты бомжиха! — воскликнула медсестра, — и твое место на помойке, а не в больнице. Из-за таких тварей, как ты! — она указала пальцем на девушку, — потом нормальным людям места не хватает в больнице, и они умирают на улице, так и не дождавшись врача.

«Значит, все же, что-то личное» — наконец, Доминика стала понимать причину такого поведения медсестры.

— Я никому ничего плохого не делала, — смягчила свой тон девушка, — а если у вас кто-то пострадал, то это явно не из-за меня. Извините, что навеваю вам плохие воспоминания. Скоро я уйду отсюда и не потревожу вас больше. Постараюсь не попадаться вам на глаза.

— Ты посмотри на нее! — не отступала медсестра, — Одолжение мне тут еще делать будет!

— Прекратите! — раздался властный мужской голос.

Доминика вздрогнула. Она обернулась и снова увидела эти серые глаза с отблеском металла. Парень направлялся к ней. Он смотрел хмуро, и казалось, что все это время, он практически не спал. Круги под глазами свидетельствовали об этом. Доминика хотела обойти его, но он не дал ей этого сделать. Парень сделал шаг вместе с ней в ту же сторону. И девушка просто впечаталась в его грудь. Она хотела сделать шаг назад, но парень прижал ее к себе одной рукой.

Сейчас он хмуро смотрел на медсестру.

— Почему вы кричите на нее? — все тот же рык в голосе.

— Извините, — сменила гнев на милость медицинский работник, — наверное, я обозналась. Просто кто-то устроил потоп в душевой. Вот я и подумала, что это она, увидев, что у нее мокрые волосы.

Женщина чуть ли не кланялась Игнату.

— Прошу меня простить, — снова эта слащавая улыбка, — меня пациенты ждут. Побегу я.

И скрылась в первой же попавшейся палате.

Игнат посмотрел на девушку, которую, все еще продолжал крепко прижимать к себе. Она просто стояла молча. Затаившись. Казалось, даже не дышала. Парень принюхался. Сморщив нос, он оттолкнул ее от себя.

— От тебя воняет! — возмутился он, прикрыв нос пальцами.

Она не была к этому готова и чуть не упала. Хорошо, что ее кто-то успел подхватить. Подняв голову, она увидела знакомые глаза с янтарным блеском. Но и они почему-то стали чужими.

— Не ушиблась? — спросил Влад, подхватив ее, — как ты? Что доктор говорит?

Доминика высвободилась из его рук и молча пошла дальше.

— Доминика? — позвал Влад, — ты куда идешь? Твоя палата в другой стороне.

Но девушка подошла к кушетке, стоявшей около стены и присев, стала потихоньку ложиться на нее. За неделю ей стало немного лучше, но если бы ей еще давали таблетки и ставили уколы как положено, то, она бы уже поправилась.

Медсестра, которая возненавидела девушку, дежурила через день, и в свою смену вообще не подходила к Доминике. Врачу же говорила, что все сделано. Сама Доминика не стала больше конфликтовать, хотя и хотела поговорить с врачом. Но обдумав все и взвесив все за и против, решила, что таким образом может вообще накликать на себя беду. Еще полиции в больнице не хватает. Они же начнут выяснять ее личность. Так и до Тома дойдет весть о том, что она жива. А она еще очень слаба, чтобы снова бежать от него.

— Почему ты ложишься на кушетку? — Игнат был удивлен не меньше Влада. — Да и почему ты в коридоре⁈ — зарычал он.

Доминика не произнесла ни слова. Мокрые волосы пропитали подушку влагой. Было некомфортно. Но она продолжала лежать.

— Влад! — снова зарычал Игнат, снимая пальто. — Скажи доктору, что мы ее забираем.

— Но ты же не хотел? — удивился брат.

— Я и не сказал, что повезу ее домой! — снова этот рык, пробирающий до костей.

Доминика понять не смогла, как оказалась на