на укрытый зеленью балкон, поддерживаемый массивными колоннами. Балкон венчал восточное крыло дворца Пожарских, скрываясь в медленно увядающей листве. Лёгкий осенний ветер шевелил сухие, ржаво-золотые листья, которые в эти дни в преддверии грядущих событий никто убирать не спешил. Вокруг стояла напряжённая тишина, как будто сама природа затаила дыхание в предвкушении. Здесь, на древних камнях, пропитанных властью и силой, каждый шаг словно отзывался эхом веков.

Чтобы минуя все заслоны и эшелоны проникнуть во дворец, нам пришлось здорово попотеть. Минувшим вечером мы со Святогором «летали» в Тюмень, где помимо беседы с князем Белорецким, посетили наш завод. И не далее как этим утром, наши ребята уже смогли заценить одну из наших последних разработок. Новейший мини-дрон, размером не больше кулака взрослого мужчины, работал на отдельной волне, не глушился вражеской РЭБ и на весьма достойном уровне передавал картинку в штаб, развёрнутый на границе владений Пожарских.

Дрон, управляемый одним из наших ребят, бесшумно и незаметно облетел вокруг весь дворец и прилегающую к нему рощу, и завершив разведывательную операцию, успешно вернулся назад. Все эти танцы с бубном, то есть, полётики на маленьком вертолётике, как называл его Святогор, были нужны только для одного — продемонстрировать полученную видеозапись моему ежу. Нет, не Бобику.

Открыв на огромном телевизоре полученную картинку, я представил её Нах-Наху. Как оказалось, мой чудо-ёж может открывать порталы в двух случаях: первое — если имеет визуальное представление куда, и второе — в независимости от первого условия, где бы я ни находился, Нах-Нах мог создать пространственный тоннель ко мне.

Дворец Пожарских возвышался над садом, окружённый мраморными колоннами и увенчанный куполами, сверкавшими в лучах солнца. Его светлые стены, выложенные из гладкого белого камня, будто светились изнутри мягким сиянием. Изящные балконы и арочные окна, обрамлённые искусной резьбой, придавали всему строению утончённый, почти воздушный вид. На фоне уже увядающего осеннего сада он и вовсе казался воплощением величия, созданного для того, чтобы пленять взгляд и внушать уважение. Правда, я, разглядывая его на записи, смотрел на эту красоту без всякого пиетета. Иначе ведь можно расчувствоваться и передумать здесь всё ломать.

Вся подготовка происходила ранним утром, чтобы сейчас, к десяти часам, мы смогли в полной мере приступить к операции. Мельком оглядев двор и часть сада, которую было видно с балкона, мы, не теряя времени, направились внутрь.

Едва двери за моей спиной закрылись, в наушниках раздался голос Степана: «Центурион-один, мы начали».

Сигнал был подан — штурм начался. Где-то за стенами дворца наша команда вступала в неравную схватку с древним титаном. Прометей — символ воли и несломленного духа — возвышался над владениями Пожарских, олицетворяя их стремление к могуществу. Для нас же разрушение этой статуи было шагом к окончательному разгрому рода.

Ветер усиливался, и над дворцом начали собираться тёмные тучи, затянувшие небо. Ещё недавно будучи ясным, оно очень быстро помрачнело, предвещая бурю, которая грозила смести всё вокруг.

— Похоже, Якушевы тоже начали, — заметил дядя, бросая на горизонт мимолётный взгляд, минуя очередную оконную раму.

— Отлично, — ответил я, поправляя каску. — Как раз вовремя.

Запустив вперёд себя демонов, мы с дядей спешно продвигались вглубь дворца, благодаря указкам тёмных не встречая на своём пути никого, кроме обычных солдат. Нас здорово выручала военная форма солдат, охранявших дворец — чёрные кители с карманами на груди, плотные армейские брюки, высокие берцы, автоматы за спинами, клинки на поясе, а на головах каски. Достать всё это добро было несложно, точнее, оно у нас давно имелось — военные склады, принадлежавшие вражескому клану, подвергались нашим набегам за прошедшее время далеко не единожды.

Шагая по внутренним залам, я, привыкший обращать внимание на детали, в своей голове сошёлся на том, что Пожарским стоит отдать должное — со вкусом у людей проблем не было.

Изнутри дворец поражал своим величием не меньше, чем снаружи. Высокие потолки, покрытые роскошной лепниной, массивные колонны, словно высеченные из цельного мрамора, огромные полотна на стенах. Картины в тяжёлых золочёных рамах изображали предков Пожарских, а также сцены их побед и триумфов, отражая славу, которая с течением времени превратилась в миф и горькую дань собственному прошлому. Полы, выложенные мраморными орнаментами, отражали мягкий свет люстр, и каждый шаг, казалось, отдавался эхом по этим холодным, но исполненным жизни коридорам. Здесь всё дышало историей, величием и силой, но для нас это был не дом, а крепость, которую мы пришли разрушить.

Едва мы спустились на этаж ниже, как ощутили царившую кругом суматоху. Издалека из открытых окон доносились отголоски боёв — грохот взрывов, усиливающийся рёв стихии, а над дворцом сгущались тучи, скрывая солнце. Ветер набирал силу, проникая сквозь окна и коридоры, наполняя их зловещим воем.

— Я думал, что Якушевы являются адептами стихии земли, — бросил я, прислушиваясь к завыванию ветра.

— Так и есть, — уверенно ответил Святогор, сжимая рукоять клинка, — но это не значит, что такая же стихия у всех в их личной гвардии.

За кронами деревьев, ближе к периферии территории, можно было разглядеть огненные шары, летящие к атакующим. Повсюду сверкали молнии, взрывы чередовались с магическими атаками.

Ещё через десяток секунд, минуя один за другим коридоры первого этажа, мы оказались в его холле. Полы, выложенные из белого мрамора, сияли, отражая свет массивных хрустальных люстр, свисавших с потолка, украшенного фресками. Окна украшали тяжёлые портьеры, а стены — гобелены, запечатлевшие старинные сцены охоты и битв. В нишах стояли статуи, словно немые часовые, охранявшие покой старого рода. Всё было утончённым и дорогостоящим, и несмотря на нашу задачу, я в очередной раз поймал себя на мысли, что архитектор и мастера вложили в это место всю душу.

— Дядя, сюда, — едва слышно бросил я, кивком головы указав в сторону одной из дверей. — Они нашли.

Демоны наконец-то нашли защитный артефакт. Как и предполагалось, он был расположен в подземном этаже, куда мы сейчас стремительно и направлялись, минуя группы перемещающихся по дворцу солдат.

— Невольно чувствуешь себя вандалом, — тихо сказал дядя, заметив мой взгляд.

— Солидарен, — только и оставалось кивнуть мне на его слова.

Не задерживаясь, мы поспешили вниз. Время сейчас играло не на нашей стороне, и фактором внезапности, а также суматохой врага, нужно было воспользоваться в полной мере.

Едва преодолев лестничный марш и вынырнув из-за поворота, мы лоб в лоб оказались перед пунктом охраны. Целых пятнадцать одарённых! Естественно, для нас это не стало особой неожиданностью — Кали была идеальным проводником и предупреждала меня обо всём заранее.

К слову, нас встретило довольно просторное помещение с массивными железными дверями, подсвеченное