— Все верно. Мы вынудим их атаковать нас. И начнем с самого важного и уязвимого. Малуша — седлай Омегалона. Джи, ты готова?

— Нет и никогда не буду. Но вариантов же нет. — Вздохнула демонесса. — Надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, иначе это станет катастрофой.

— Начали! — активировав Связь, я закрыл глаза и слился с миром. Сотни энергетических нитей проходили через меня единым потоком. Текли к марионеткам, над которыми маги брали прямой контроль. Черное воинство, лязгая пустыми металлическими доспехами, встало на стену, оттеснив живых. А затем в воздух, тяжело маша гигантскими полупрозрачными крыльями, поднялся вызванный дракон, управляемый Буланской.

Стоило чудовищу показаться над рекой, как в лагере противника началась суматоха. Сотни людей бросились по своим боевым постам. Взвыла сирена. И следом за ней над лагерем врага начали появляться дымки. Заводились паровые двигатели танков, самоходных мортир и механизированных доспехов. Раздались далекие раскаты пушек и ружей. Но дракону было совершенно наплевать на творящуюся внизу суету.

Мы уже давно выбрали первую и самую важную цель — дирижабли. Ни дальнобойные дварфийские пушки, ни демонические катапульты и требушеты не могли нанести столько вреда, а потому следовало в первую очередь разобраться с воздушным флотом противника. Имперцы это тоже прекрасно понимали. Наперерез дракону выдвинулись патрульные дирижабли. А следом, вращая исполинскими винтами, медленно плыли по небу бомбардировщики.

Стоило дракону приблизится на сотню метров, как дирижабли укрылись дымом. Следом раздался гром, сотни пуль и картечин обрушились на то место, где еще секунду назад был исполинский ящер. За мгновение до залпа он нырнул вниз, а затем, взмыл, разрывая ближайший дирижабль в клочья. Катер не продержался и минуты. У него была полужесткая конструкция, и дыра размером метр на два мгновенно выпустила наружу весь воздух.

Взбивая крыльями дымные облака, так что от кончиков крыльев оставались воронки, дракон мчался вперед. К флагману. Два бомбардировщика, накрыв сотворенного из черной эссенции ящера градом дроби, совершили неудачный маневр и столкнулись, загораживая видимость канонирам на главном корабле. Воздушное сражение явно было командам в новинку. Это не орков расстреливать с высоты птичьего полета.

Однако на флагмане капитан явно был из опытных. Не дожидаясь, пока дракон вынырнет из облаков, он приказал дать залп из всех калибров. С адским свистом дробины прошили тонкую парусину крыла, и ящер, едва успевший дотронуться до шара, рухнул по дуге вниз.

— Прости. — Взмолилась Джи. — Я не справилась.

— Все в порядке. Они уже обречены, просто еще не знают об этом. Я на борту.

Глава 35

Закинутая в последнее мгновение на борт марионетка ожила и открыла глаза. Взяв под контроль почти не бронированный, максимально облегченный скелет, движимый магией, я ринулся вперед, по дороге разрубая трубы и крепеж шаров. Из разрывов немедля начали бить струи пара, образуя горячее белое облако, в котором потеряться было проще простого. Попытки отследить правильный путь среди тысяч небольших шаров на каркасе ни к чему не привели, и в голове билась мысль, что придется лопать их все.

— Техники правого шара, снижается давление, всем проследовать на центральную палубу для устранения течи! — донесся до меня приказ капитана. Вот только звук шел не с конкретной стороны, а разом из нескольких. Отследив направление, я увидел небольшую медную трубку с широко раскрытым горлышком. Оставалось только идти вдоль нее к гондоле.

— Феликс, к четвертому повороту, Марк, к седьмому. — Послышался впереди скрипучий дварфийский бас. — Капитан не будет ждать, пока вы, как черепахи беременные, ползаете!

Решение пришло мгновенно. Прыгнув вперед, из тумана, я на ходу рассек ближайшего дварфа клинком и достал кончиком лезвия второго.

— Враг! — заорал что есть мочи последний чернобородый. Мое оружие тут же прервало крик, войдя в рот и выйдя из затылка врага, но было уже поздно. По кораблю загудела сирена, оглушая от громкого звука. Времени не оставалось даже для того, чтобы материться. Разрубая по пути паропроводы, я мчался к гондоле. Марионетка часто стучала своими железными подошвами о сетку, натянутую внутри шара, и вскоре я понял ее предназначение.

Ружейный залп застал меня в десятке метров у цели. Резко нырнув на пол, я увидел стоящего двумя уровнями ниже дварфа, уже подпалившего фитиль ружья, и успел откатиться в сторону за секунду до того, как тяжелая литая пуля пробила шар и выскочила наружу. Боже. Как же я хотел, чтобы сейчас кто-нибудь из них закричал в панике о том, что внутри дирижабля стрелять нельзя.

Но, по всей видимости, защитники знали устройство воздушного корабля куда лучше меня и не собирались сдаваться. Они встали у входа в гондолу, устроив баррикады и не давая мне и шанса пробраться внутрь. Разрубая трубы радиатора, я лишь оттягивал неизбежное и еще немного вредил кораблю. С каждой потерянной секцией он накренялся и в конечном счете мог сломаться под собственным весом.

Я уже собирался так и продолжить, спасаясь от пуль в тумане, но внезапно мой клинок почти не встретил сопротивления и распорол внешнюю обшивку. Пар, быстро охлаждаясь, выдувался наружу. Спасаясь от выстрелов, я пригнулся и увидел с той стороны перемычку между шарами, к которой крепилось моторное отделение. Дерзкая и самоубийственная мысль быстро зрела перерождаясь в план.

Ну как, для любого живого нормального человека она стала бы смертельной, но я-то в теле марионетки. Прорубив себе путь наружу, я выбрался на корпус дирижабля. Толстая ткань обшивки прогибалась под моим весом, ледяной ветер бил в лицо и свистел в ушах. Выносливость аватара быстро пошла вниз — его энергетической системе явно не понравилась смена обстановки. Но теперь цель была прямо у меня перед глазами.

Дварфы, быстро сообразившие в чем дело, стреляли сквозь обшивку. Одна из пуль со скрежетом раздробила запястье на левой руке, но бежать быстрее просто не получалось. Тонкие деревянные стенки шара так и норовили сломаться при малейшем давлении. Ткань растягивалась и прогибалась, мешая движению. Но я продолжал карабкаться вперед.

Времени оглядываться совершенно не оставалось, но я краем глаза заметил, что мы все ближе к Рубежу. Город медленно, но неумолимо приближался, и бомбардировщики, пренебрежительно снизившись до нескольких сотен метров, уже сбросили первую партию зажженных ядер. Ни то их команды поспешили, ни то расчет оказался не слишком верным, но пудовые бомбы падали в реку. Проламывая лед у берега, они поднимали столбы брызг при взрыве. Минута–две и они окажутся