Павлович Сутулов, мягко выражаясь, пребывал не в духе. Мало того, что на эту окраину ему пришлось тащиться с черепашьей скоростью в знойной пробке, еще и по дороге от припаркованной возле ограды волги к кладбищенской сторожке его атаковала науськанная местной администрацией толпа недовольных клиентов, которым, видите ли, прибывшая на вызов следственная группа мешает хоронить своих покойников.

— Бардак, как всегда, — не оборачиваясь, откликнулся склонившийся над столом тучный седой мужчина лет пятидесяти, в сером рабочем халате. — Кстати, и тебе, Андрей Павлович, доброе утро.

— Ага, доброе… — фыркнул следователь, аккуратно на носочках перемещаясь к столу по обильно припорошенному меловой пылью полу. — Извини, Семеныч, за резкий тон.

— Да брось. Чай не барышня, — хмыкнул толстяк, разгибая спину и пожимая протянутую следователем руку, и тут же, без паузы, перешел к делу: — Ну вот, Палыч, смотри, значит, что мы имеем. Одиночный выстрел крупнокалиберной дробью был произведен примерно в районе двух часов ночи. Вся дробь кучно ушла в потолок, повредив участок диаметром тридцать пять — срок сантиметров. Выбитая бетонная крошка и пыль, как видишь, разлетелись по всему помещению. Ружье, из которого был произведен выстрел, обнаружилось тут же в соседней каморке, оно открыто лежало на крове-раскладушке.

— И?..

— И все, — пожал плечами толстяк. — Следов тут всюду немерено, но все они принадлежат самому нашему потеряшке. И не единого намека на пребывание его ночных гостей (если они были, конечно?) я нигде здесь не обнаружил. Так что выяснять: нафига посередь ночи пропавшему сторожу вздумалось в потолок палить? — придется снова вам, товарищ майор.

— Очень смешно. Прям обхохочешься. Между прочим, уже второй сторож за год здесь бесследно исчезает.

— Да я в курсе.

— Во-во… А эксперты лишь разводят руками. Прям, не кладбище — а какая-то аномалия.

— Да не переживай, Андрюш, — похлопал следователя по плечу толстяк. — Думаю, этим случаем, как и с первым сторожем, очень скоро комитетчики заинтересуются. Так что дело у тебя заберут, и от висяка избавят.

— Угу. Любят эти чистоплюю на все готовое, — заворчал Андрей. — Нет бы сразу самим по жаре приехать, и шарахаться тут потом.

— Ну ты, брат, хватил. Не барское это дело. Для грязной работы у них мы с тобой есть.

— Спасибо, утешил.

— Всегда пожалуйста. Ни в чем себе не отказывай… Ну я тут закончил, Андрей. Поеду тогда, пожалуй. Отчет, часа через три будет готов. Я, как обычно, в кабинет тебе его занесу.

— Спасибо, Аркадий Семенович.

— А ты здесь остаешься? Или как?..

— Задержусь. По окрестностям прогуляюсь. Гляну свежим взором, для очистки совести, так сказать.

— Ну-ну…

На выходе из сторожки следователь с экспертом крепко пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны.

Лазарь

Мусорщик

Пролог

Шиих, шиих – издавала звуки метла сметая листву с тротуара, зажатая в руках дворника. На первый взгляд привычная картина в любом городе нашей страны.

Ранее утро, на улице стоит промозглая осень, солидный слой листвы успевшей нападать за ночь и слегка матерящийся дворник сгребающий всё это безобразие в кучи, а потом в мешки, что бы отнести к мусорным бачкам. Простая картина, простой двор, единственная деталь выбивающаяся из этого сам работник местного ЖКХ, то есть дворник.

Если не вглядываться в него сильно, то могло показаться, что это довольно пожилой человек. Такое мнение о нём могло сложиться из за того, что он сильно сутулился, медленно передвигался, часто делал небольшие перерывы, что бы отдышаться, ко всему прочему подволакивал немного левую ногу когда делал шаг, что бы приступить к уборке нового участка. Метла же хоть и размеренно скребла по дорожкам уверенно собирая листву, периодически замирала когда человек останавливался, что бы перехватить её по удобней, в такие моменты становилось видно, что у него также проблемы с левой рукой, которая хоть и двигалась, но как то не уверенно, как будто не поспевала за командами.

Одет был дворник в обычную форменную одежду местной коммунальной службы, одежда была хоть и довольно сильно застирана, но чистой и аккуратной, все дырки были тщательно зашиты. Состояла она из комбинезона и тёплой куртки с капюшоном, который был сейчас накинут на голову. На ногах обычные плотные ботинки из кожзама с усиленными носами и твёрдой толстой подошвой, удобно и практично когда не хочешь поранить ноги о стёкла от разбитых бутылок, которые скрываются в траве или опавшей листве. На руках перчатки. Вот такой гардероб.

Это было на первый взгляд, но заглянуть под капюшон, то тогда можно будет увидеть ярко голубые глаза, в обрамлении густых чёрных ресниц, чистый лоб без единой морщинки, правда в основном скрытый под чёлкой густых чёрных волос, но всё таки разглядеть иногда можно. Большая же часть лица у него прикрывает медицинская маска, которая скрывает всё вплоть до глаз. Эти глаза не принадлежали старику, это были глаза молодого парня которому довольно сильно не повезло в жизни. Этим дворником был Я!

Глава 1

Позвольте представиться – Олег Александрович Воронов. Мне почти двадцать лет, завтра исполниться. Так меня звали в прошлой жизни, так меня зовут и здесь. Почему так говорю? Потому что это не мой мир. В своём я умер или думаю, что умер. В любом случае этого уже не узнаю.

В этом мире уже несколько лет, жизнь парня в которого я попал и моя прошлая очень похожи, мы оба не знали своих родителей, оба выросли в детских домах, у нас одинаковые имена, внешность тоже идентичная, даже смерть совпала почти один в один, с той лишь разницей что я перенёсся в него.

Как же я умер? До смешного просто и глупо, на меня рухнул потолок в комнате, которую мне выделили в коммуналке, как сироте, в старом аварийном доме, после того как исполнилось восемнадцать и меня турнули из общаги училища которое закончил. Я даже новоселье отпраздновать не успел, в первую же ночь меня разбудил громкий треск, последнее, что увидел это падающие на меня доски. Очнулся уже здесь.

Первое время, это примерно пара недель после того как очнулся, я даже не догадывался о том, что уже не в своём мире, проблем хватало и без этого.

Место где я очнулся, оказалось занюханной районной больницей,