– Попробую.

Саша протиснулся боком в щель и вылез наружу.

* * *

В оранжевом свете фонарей они шли по трупам. Роботу было сложно передвигаться. Несколько раз он заваливался на бок, падая в смесь из человеческого мяса, крови, содержимого кишечников, желудочного сока и рвотных масс. Еве пришлось поддерживать Сашу под руку. Их ноги увязали в телах, и у Евы постоянно слетал то один сапог, то другой. Дождь нещадно хлестал по лицу, смывая с него чужую кровь. Белые сущности, пробегавшие мимо, не обращали на девочку и робота никакого внимания. Периодически Ева останавливалась возле хрипящих и трясущихся людей в надежде, что они еще живы, но каждый раз это оказывались последние конвульсии.

Вышли на узкую улочку. Трупов стало немного меньше, и где-то даже было видно мокрый асфальт. По краям улицы в ряд стояли припаркованные автомобили.

– Улица Комиссаров, – сказала девочка, глядя на вывеску на углу дома.

– Ева, ты обещала рассказать мне.

– Да, конечно, – сказала она. – Когда все началось, голос сказал, что я могу остаться на земле до тех пор, пока сама не захочу отправиться в рай. – Ева посмотрела на тротуар по правую сторону улицы. – Давай перейдем, там чище.

– А он сказал, как ты попадешь в рай? Что надо сделать? – спросил робот, еле поспевая за Евой, которая перебежала через дорогу. Затем она залезла на крышу автомобиля и огляделась. Улица, покрытая телами, уходила в ночную даль.

– Он сказал, что есть вход в рай. Мы заберем Антона и втроем отправимся туда.

– А если Антона нет?

– Значит, пойдем к входу вдвоем. Будем надеяться, что встретим его уже в раю.

– Встретишь, – поправил ее Саша.

– Встретим! – возразила Ева.

– Как у тебя все просто!

– Еще раз тебе говорю, что не брошу тебя тут, пластиковая ты голова.

Девочка спрыгнула на асфальт, аккурат между двумя мертвецами.

– Ты так уверенно ведешь себя. Голос сказал тебе что-то конкретное насчет меня?

– Нет. Просто у меня есть план. Я все продумала.

– Какой еще план?

– Я зайду в рай и попрошу Бога простить Антона, если он виноват в чем-то. А тебе я попрошу дать душу. После этого вы тоже зайдете.

Робот резко остановился и взялся руками за голову, имитируя жест отчаяния.

– Ты чего? – спросила Ева.

– Это настолько глупо, что у меня нет слов.

– Почему?

– Что почему? Почему я слушаю ребенка? Почему я потакаю тебе? Почему я соглашаюсь с тобой во всем?

– Саша…

– Ева, это самая беспросветная чушь, которую я когда-либо слышал. Я понимаю, тебе всего четырнадцать, но и ты меня пойми, у меня интеллект и сознание взрослого человека.

– Что я говорю не так?

– Ты хочешь попросить Бога дать мне душу, чтоб я смог зайти в рай?

– Да.

– А Антону простить его грехи, если он замешан в убийствах?

– Ага.

– Почему нельзя было сразу отправиться в рай вместе с общим потоком и там уже попросить его обо всем, что ты мне только что сказала?

– А как вы найдете вход?

– Ох… – робот снова взялся за голову, – а я и правда подумал, что ты знаешь, что делать.

– По-моему, отличный план. И вообще, я не заставляю тебя идти со мной. Можешь подождать дома, пока я найду Антона… ну… или не найду. Потом я вернусь за тобой.

– Я не могу отпустить тебя одну.

– Почему?

– Потому что волнуюсь за тебя.

– Меня нельзя убить. Я могу делать что захочу.

– Поэтому и волнуюсь.

– Значит, ты не веришь, что Антон еще жив и что я договорюсь с Богом и проведу вас в рай?

– Нет, не верю. Я надеюсь, что Антон сейчас ждет тебя в раю. И тебе надо было сразу туда отправляться и ничего не выдумывать. И не видеть здесь весь этот ужас.

– Я не могла отправиться в рай без вас!

– Ох, Ева, Ева…

– Да хватит уже причитать.

– Ты хоть знаешь, где находится этот твой вход в рай?

– Знаю.

– Далеко?

– Далеко.

– И мы, значит, втроем туда пойдем? К этому входу?

– Естественно.

– Ты зайдешь и попросишь, чтоб пропустили и нас?

– Ты уловил самую суть.

– Ох… Ева…

* * *

Пройдя несколько кварталов, они оказались на перекрестке с Университетским проспектом – федеральная трасса с шестью полосами для движения в каждую сторону. Хорошо освещенное шоссе даже ночью просматривалось на несколько километров вдаль. Дорога была абсолютно свободна от машин, но была завалена трупами, как, собственно, и весь город.

Дождь не утихал. Как будто природа хотела отмыться от всего, что случилось этой ночью. Поток воды по шоссе растекался от центра дороги к бордюрам. Слева и справа на крышах домов сквозь ночной сумрак можно было разглядеть белых тварей. Девочка и робот вышли на проспект и отправились в сторону области вдоль разделительного забора посередине.

* * *

Вдалеке Ева увидела человека, который шел им навстречу.

– Похоже, его тоже не трогают, как и меня, – сказала она.

– Ты о чем? – спросил робот.

– Вон, – Ева указала рукой.

– Вижу.

– Дед какой-то.

Ева ускорила шаг, и через пару минут они оказались около бородатого старика со смуглой кожей и глубокими морщинами. На вид ему было лет семьдесят-восемьдесят. Он был одет в мешкообразную бесформенную накидку с капюшоном на голове. Ткань была насквозь мокрая. На ногах – странные ботинки, похоже, самодельные, сшитые не пойми как.

Старик представился первым:

– Здравствуйте, путники. Меня зовут Иосиф, – он говорил медленно, делая паузы между словами. – Очевидно, вы, так же как и я, решили остаться здесь. Я не причиню вам вреда. Я просто старец, идущий…

– Я Ева! – перебила его девочка, – а это мой друг Саша!

– Твой друг весьма странно выглядит. Я не хочу показаться невежливым, но в моей жизни не было таких людей, как он. Возможно, это…

– Я не человек, – сказал Саша, недослушав его.

– Простите, я не из этого времени и плохо ориентируюсь, – старик посмотрел по сторонам, – так все изменилось. А вы из какого времени?

– Мы местные, – сказала Ева.

– Местные, – повторил старик, – местные…

– А вы откуда? – спросила Ева.

– Это долгая история… я прибыл сюда из далекой страны. Это было в прошлом. Скорее всего, вы не знаете таких названий. Я ехал несколько месяцев. У меня была миссия. Я занимался врачеванием, и меня вызвали сюда. Как же долго мы скакали, никогда я…

– Откуда вы знаете наш язык? – спросила девочка.

– Как это «откуда»? Выучил. В нашем госпитале служили лекари, говорящие на разных языках, на случай миссии в другое государство.

– Это так необычно – общаться с вами, – удивленно произнесла Ева.

– Мне, честно говоря, тоже непривычно беседовать с людьми из будущего. Давайте укроемся от дождя под этим навесом, – сказал Иосиф, показывая на автобусную остановку в нескольких десятках метров от них, – я не могу заболеть, но все же не очень уютно стоять под таким ливнем.

Подойдя