Мои чувства были задеты, а тут еще его поведение перед моим отъездом и та ночь, когда все пошло не по плану, так что я нажала кнопку отправить до того, как успела передумать.

Он тотчас мне перезвонил, но я отправила его звонок на голосовую почту. Пусть он на своей шкуре прочувствует, каково это игнорировать звонки любимого человека. Я отключила звук и положила телефон на туалетный столик, а после отправилась ужинать вместе с подругами и родственниками.

Во время ужина мои мысли начали возвращаться к его поведению с тех пор, как со мной произошел несчастный случай: в одну минуту он любит меня, а в другую уже отталкивает. Такое ощущение, словно он не хотел проводить со мной время, но при этом случались и моменты, когда он был милым и нежным, держал меня за руку. Я размышляла о той ночи, когда я попыталась исправить возникшее между нами отчуждение, но вместо этого выгнала его из квартиры.

Позже тем же вечером я позволила угнетающим чувствам охватить себя и, решив, что сил веселиться нет, поднялась к себе в комнату. Настроение было отвратительным, и, отыскав айпод, я захотела послушать тяжелую музыку. Пролистывая плейлист, мой выбор пал на метал группу «Lamb of God». Их музыка оказалась слишком тяжелой, и я выключила их. В конце концов, я обнаружила еще одну из моих любимых металл групп «Opeth». Помимо криков и гроулинга певец обладал удивительным голосом. Я вставила наушники и развалилась на кровати, не удосуживаясь проверить свой телефон.

Мне удалось задремать, но спустя пару часов я проснулась, когда Саша и Джесс, пошатываясь от усталости, отправились в постель. Я отложила айпод и, взяв телефон, направилась в ванную комнату, чтобы уединиться. Энди прислала парочку эсэмэсок и оставил голосовое сообщение. Сперва я прочитала эсэмэски.

Перезвони мне, пожалуйста! Прости... Люблю тебя.

После прослушала голосовое сообщение.

«Зоуи, это я. Прости за случайный звонок. Сегодня было полно работы, типичный понедельник. Похоже, вы замечательно проводите время. Надо полагать, что созвонимся попозже».

Я ему перезвонила, и он сразу же ответил.

— Привет, — тихонечко произнесла я с нехорошим предчувствием.

— С тобой все в порядке?

Я находилась на грани истерики.

— Нет, не совсем. Я не понимаю, что происходит, и прямо сейчас чувствую себя разбитой. Не знаю, чем я могла тебя обидеть, что ты стал таким отстраненным и постоянно отталкиваешь меня. То ты ведешь себя нормально, а то словно сам не свой. Я не успеваю за тобой.

Он вздохнул.

— О чем ты говоришь, Зоуи?

Я и сама этого не понимала. Я была растерянна.

— Послушай, множество безумных мыслей проносятся в моей голове. Я не знаю, что сказать или как поступать, опасаясь твоей реакции. Единственное, что я знаю, что мне не нравится, как развиваются наши отношения.

Буквально на мгновение от этих слов я почувствовала себя ужасно и испугалась, что могла ими ранить его чувства, а это последнее чего бы мне хотелось. В трубке повисло молчание, ни один из нас не имел понятия, что нужно сказать. Сама мысль мне была ненавистна, но возможно, нам следовало сделать перерыв, чтобы мы смогли понять, что делать с нашими отношениями к моему возвращению домой. От такой мысли не только скручивало желудок, но и разрывалось сердце.

А разве у меня был другой выбор? Мы оба будем страдать из-за возникшей напряженности, где бы мы сейчас ни находились... Я не видела других вариантов.

— Энди?

— Да?

Вот, дерьмо…

— Я думаю, может пока я здесь, мы сделаем перерыв в наших отношениях. С тех пор как произошел несчастный случай, между нами происходят ужасные вещи, и я действительно не знаю, что с этим делать.

Он тяжело вздохнул.

— Это не то, чего я хочу, Зоуи, но, если этого хочешь ты, мне нечего добавить. Полагаю, это значит «прощай», — ответил он.

Что? Он даже не собирался опровергнуть мое предложение. Он лишь сдался, мать твою.

Он не дал мне шанса что-либо сказать, и повесил трубку.

Дерьмо. Что же я наделала?

* * *

Несколько дней спустя я вместе с Джесс, Сашей и другими пассажирами запрыгнула в лодку и поплыла в море на поиски китов. Стоял еще один великолепный день, но внутри меня назревал шторм. Перед родными и подругами я старалась держать себя в руках, не желая, чтобы они узнали о моем подавленном состоянии. Но в глубине души я была несчастна.

Все мое тело болело от накопившегося напряжения и тревоги. Мне не удавалось трезво мыслить, я хотела прыгнуть в океан, погрузиться на дно и собрать воедино разбитое на кусочки сердце, а заодно и силу воли. Если честно, я никогда так паршиво себя не чувствовала. Мне было так плохо, что я едва могла сделать вдох.

Сейчас я чувствовала себя хуже, чем в свой день рождения. Я знала, что причиной этому было то, что мы встречались, а не были «всего лишь друзьями». Что ж… у нас были отношения, которые закончились.

Мы втроем собрались возле задней части лодки, отыскивая китов, рассекающих поверхность воды. Джесс и Саша были заняты фотографированием и разговорами с другими туристами. Все, о чем я могла думать — это Энди. Я не понимала, что, черт возьми, произошло той ночью. Я не хотела расставаться с ним, но все же сделала это.

Моя тревога усиливалась, и я чувствовала, что мне становилось хуже. Мне отчаянно хотелось позвонить доктору Дженсен, но проверив свой сотовый, я обнаружила, что связь отсутствует. Мы были слишком далеко от суши. Я поднялась и направилась к пустующей части лодки, подышать свежим воздухом и посмотреть, станет ли мне от этого легче.

Я сделала несколько глубоких вдохов, закрыла глаза и попыталась насладиться сегодняшним днем. Кроме мыслей об Энди, единственное, что было у меня в голове — песня «Run» Snow Patrol. От одной только мысли, что я никогда не увижу Энди и его прекрасные голубые глаза, снова хотелось плакать. Слова песни идеально подходили для моего состояния.

Боже, это не помогает.

Сквозь шум динамиков я услышала, что капитан лодки что-то произнес, но мои глаза по-прежнему оставались закрытыми. Внезапно вокруг меня начали толпиться люди, громко разговаривая.

— Смотрите, вон там! — взволнованно произнесла женщина.

Когда я открыла глаза, прямо передо мной в воде плыл голубой кит, распыляя воду из своего дыхала. Было невероятно и потрясающе видеть нечто столь огромное, дикое и изящное всего лишь в десятке метров от