собой — идиотизм. Брать по ситуации. Пастилки — во внутренний карман куртки, рядом с кубиками. Патроны — в отдельный свёрток, к револьверу под подушкой.

Дарья спала. Свернулась на боку, обняв подушку обеими руками. В этот раз не голая — надела футболку.

Собственное тело гудело от усталости. Так что я стянул ботинки и рухнув на матрас, мгновенно провалился в темноту.

Новое утро, которое на самом деле вечер, началось с недовольного взгляда Дарьи, которая сидела на своей кровати и сверкала глазами.

— Мне нужен ключ от комнаты, — заявила она, увидев, что я начал подниматься.

Крепнет на глазах. Несколько дней назад не могла встать без помощи. Теперь качает права и требует независимости.

— Ключ подождёт, — я встал. — Ты пока даже пятьдесят метров по прямой сама пройти не сможешь. А в драке тебя уделает даже ребёнок. Как станет лучше — получишь ключ.

Дарья тяжело вздохнула. Пробормотала что-то о невозможности спуститься и просто поесть. Возможно и ещё что-то говорила, но этого я уже не слышал — пошёл в ванную.

От предложения принести еду сюда, девушка отказалась. Пришлось спускаться. И вновь становиться локальным центром внимания. Неуютно. Да и разговоры моментально переключались вокруг. А я хотел послушать, что народ судачит о разгроме «Драконов».

Рыжеволосая и правда была зверски голодна. Смолотила фирменную лапшу в бульоне, глубокую тарелку жареного риса со свининой и кусок абрикосового пирога.

Когда я доедал свой, уши вдруг уловили голос Мэй, доносящийся из кухни.

— … опять два бутылка! — шипела бабушка. — Каждый вечел! Ты скоро здесь всё пропьёшь, старый дулак!

Олег пробубнил что-то неразборчивое.

— Мне всё лавно? Андлюшке тоже всё лавно? — похоже китаянка была в настоящей ярости. — Когда тебя полиция забелёт — кто будет помогать?

Обычный семейный быт Дальнего. Хотя немного жаль. Бабуля — она вроде норм. И внук у них неплохой.

Ко мне это никакого отношения не имело, так что я помог Дарье подняться наверх. Потом провёл для Тэкки урок телефонной грамотности. Пока на своём аппарате. Но сегодня, после визита к скупщику, я планировал взять ему собственный. Пока же варраз двинул в мастерскую. Ждать свенга, который притащит новую партию ножей для заточки.

Я же продолжил сидеть в телефоне. Теперь уже по делу. Искал и изучал всё, что мог найти на капитана Маркова.

Биографические данные и его предыстория меня не интересовали. Мозг сканировал его социальные сети и искал паттерны. Где он пьёт кофе? В какие рестораны Верхнего города водит свою жену? Во сколько обычно появляется на работе? Где он в конце концов живёт? И каким образом его лучше подловить?

Спустя полчаса в голове сложилась карта его перемещений. Сегодня — только посмотреть. Где бывает. С кем ходит. Как выглядит вживую. Первый коррумпированный полицейский в моей новой карьере. По крайней мере из тех, кого я абсолютно осознанно возьму за глотку. Раньше имел дело только с продажными менеджерами. Те хотя бы не носили оружия. Как правило.

Сунув револьвер за пояс и накинув куртку, спустился к чёрному ходу для постояльцев. И едва не врезался в Олега.

Старик стоял у порога. От него густо несло перегаром, взгляд бегал по сторонам. Только что зашёл снаружи похоже.

— Рил-тап, — хрипло засипел дед. — Там это… Покупатели нарисовались на мотоцикл. И у них пара вопросов, значицца имеется. Ответишь?

Глава XIX

Выбора особо не было. Идти на попятную и прятаться в студии — глупо. Проскользнуть мимо них незамеченным в собственном дворе — не выйдет. Да и на улицу я в любом случае собирался.

— Отвечу, — бросил я через плечо Олегу и обойдя его, шагнул за порог.

Двор. Темно и сыро. Тусклый свет из окна лапшевни выхватывал фигуру Василия, который жался к стене сарая, бледный и напряжённый. А рядом с моим мотоциклом стояли двое. Человек в потёртой кожаной куртке и здоровенный свенг.

Запах ударил раньше, чем я разглядел лица. Табак, немытые тела. И плюсом — металлический привкус оружейной смазки и пороха. Оба вооружены. Стволы под одеждой.

Парень в куртке лениво пнул переднее колесо. Повернул голову.

— Твоя техника на продажу, зелёный? — наглый голос с хрипотцой.

Не люблю, когда нарушают договоры. Олег с Василием должны были продать мотоцикл сами. Найти покупателя, провести сделку, отдать мне долю. А вместо этого они вывели этих уродов прямо на меня. Василий вовсе сделал шаг назад, сливаясь с тенью. Мамкин бизнесмен.

Ситуация неясная. Двор тесный. Оба вооружены. Вступать в клинч сходу — глупо. Сначала бы понять расклад.

— Типа того, — остановился в трёх шагах от них. — В чём вопрос?

Олег за спиной нервно хмыкнул.

Парень в куртке ухмыльнулся. Переглянулся со свенгом. Тот оскалил клыки.

— Вопрос в том, откуда у мелкого зелёного придурка вроде тебя вообще такой аппарат, — процедил он, шагнув ко мне. — Мало того, что сто процентов краденый, так ещё и перепроданный раз пять. Красная цена — сотня. Но мы сегодня добрые. По доброте душевной отвалим аж триста.

Триста. Любимая цифра любого тракториста. Дурацкий боян из прошлой жизни всплыл так некстати, что я едва не усмехнулся.

Пальцы свело судорогой. Когти рвались наружу, готовые вспороть глотку этому щедрому переговорщику. Челюсть свело. Внутренний зверь бушевал.

— По доброте душевной? — машинально повторил я.

— Ага, — парень кивнул. — Потому что мы парни из «Ржавых». Славные ребята. Никого не кидаем.

Сумму мы изначально обсуждали совсем иную. Но теперь хотя бы понятно, почему так трясёт Василия. Идиот притащил сюда пару бандитов, чтобы продать им мотоцикл убитого мундира. И как будто этого мало — даже не потрудился обеспечить себе какое-то прикрытие. Чтобы его не могли раздавить парой слов. Вот прямо как сейчас.

Первая мысль — завалить обоих прямо здесь. Вбить нож между рёбер наглого «разводящего» передо мной, порвать глотку орку. Втянуть запах свежей крови.

Хотя, нет. Есть у меня другая идея. Куда лучше.

— По рукам, — сказал я. — Забирайте.

Свенг удивлённо хрюкнул. Парень в куртке оскалился. Потом вытащил из кармана несколько смятых купюр. Пересчитал. Протянул мне.

— Вот видишь. С нами всегда можно договориться, — он уже садился на мотоцикл, забрав ключи у Василия. — Катайся тут, зелёный, не ссы. Если обижать кто станет — заходи. Разберёмся.

— Куда заходить-то? — поинтересовался я.

Оба заржали. Свенг перекидывал ногу через седло.

— Старые