живёт город, именно охотники за сокровищами. Ну, это они так себя называют. Есть среди них и достойные уважения люди, но в основном это отбросы общества. За золотой кругляк они способны любого убить, и макра в том числе. Самые удачливые из них, это очень богатые люди. Очень! А золото в таких местах, это эквивалент власти. Пускай неофициальной… но власти. Меня там тогда, один любвеобильный уважаемый гражданин, выкупить у купца хотел, как какую-то рабыню. К тому времени я уже очень неплохо с клинком обращалась. У таверны меня подловили. Аж четверо их было. Всех разом и порешила. Испугалась сильно, от того так быстро клинком и махала, и магией себе помогала. Шум поднялся страшный. В чём меня только не обвиняли. А с них-то, что спросишь, мёртвые ведь. И тогда меня один некромант выручил. Он главного поднял, для допроса из погибших. Тот и сказал на некродопросе, что заказ получили они от одного уважаемого господина, уважаемого жителя города. А мёртвые врать не умеют. Деньгами отдарился, сука. На них-то мы семьёй и переехали, в последствии, в нашу усадьбу. Ты малой был, вряд ли, что помнишь. Ты сейчас, туда едешь, и я забеспокоилась. Через Тимоху… а он про тот случай знает, попросила узнать, как там мой «кровник» в кавычках, поживает. И для тебя плохие новости. Он там за бургомистра сейчас. Важный… ведёт честную жизнь. Ну это внешняя его часть жизни, видная, которая на виду находится. И понятно, что темные делишки он продолжает проворачивать. Не нарвись, не влезай никуда. Макров, обычно, стараются не трогать. Лет шестьдесят назад макры там всех охотников под нож пустили, объявив, что те бунт устроили. И под это обвинение прошлись калёным железом по местным притонам и малинам. Всё руководство города, на ножи взяли. И ведь было за что. Нашли потом доказательства их неприглядной деятельности. Потому макров и ненавидят, и боятся. И без особой причины, стараются не трогать. Но ты у нас любитель влезать в разные ненужные тебе разборки. Потому прошу… постарайся вести себя очень тихо. Иначе, эта падла о тебе узнает и, что он в итоге для себя решит, не знает никто. Опасность минимальная, но она есть. У него хорошая жизнь. Богатая. Я его тогда очень сильно припугнула. Но всё может быть. Власть людей меняет. Потому и прошу, будь аккуратен, и не влезай ни в какие разборки, которые напрямую тебя не касаются…

Почти час потратили чтобы до места проведения первого малого привала добраться.

Слышу команду.

— Проверить упряжь! Состояние лошадей… — младшие командиры гоняют свои десятки.

Сержанты все в работе.

Одному мне хорошо. И вроде я тоже, как сержант, а вроде, как ещё и невоенный даже. Кто мне, что приказать может. Хотя в походе придётся слушать и выполнять команды командиров. От их быстрого и точного выполнения зависит наше выживание. Не забываем, тут рядом Пустошь. Скоро и вовсе, к самой кромке подойдём. Тракт проходит почти по берегу реки, с другой стороны которой уже начинаются проклятые земли. Такое себе, соседство…

— Последние шансы на обнимания. — слышу громкий голос капитана — Через пятнадцать минут отряд уходит. Родственникам… ваши дети вашем распоряжении. У вас есть это время, чтобы окончательно решить, макры ваши дети, или ещё нет…

Глава 5

Глава пятая

Тяжко и как-то пусто стало на душе.

Мы всей колонной тронулись в путь. Из новиков никто с родителями так и остался.

Почти восемь десятков народа, а с командованием, все десять… Растянулся отряд по дороге, на добрые полкилометра, наверное, а может и больше. Кто считал? Ведь и расстояние между лошадьми приличное. Всадники едут в колонну по двое. Последними, замыкая отряд едут три телеги макров и крайним мой фургон.

Пылищи…

Если, кто и хотел бы меня так проучить, то сильно просчитался. Артефакты великого архимага работают безупречно. До меня… да чего там, даже до лошадок моих, что впереди находятся и тянут за собой мой фургон, и то не достаёт пыль.

Солнце в зените. Жарковато. Но мне на облучке, да под навесом над ним, вполне себе комфортно в тени. Да и холодок идёт из комнаты, через открытую дверь. Там у меня охлаждающий воздух артефакт работает, создавая комфортную температуру в комнате, когда с наружи жара стоит. По земному, такой агрегат кондиционером называется. Так его и мама называла. Вот и тянет из комнаты холодком через, приоткрытую в комнату дверь…

Волнуюсь, что накопитель фургона быстро разрядится с таким серьёзным расходом манны, а я за ночь его не восстановлю, этот расход. Но всё покажет, как раз-то эта поездка смогу ли я самостоятельно обеспечивать работоспособность систем фургона. Или, всё же, мне как-то придётся выкручиваться, на всём экономить, и в поселениях мага искать, чтобы он мне помог зарядить до предела накопитель фургона. А может, стоит свести знакомство с приданным к нашему отряду магу поближе? Посмотрим, пока же я надеюсь на запас своих накопителей, которые с помощью мыслежогов я забил маной и магическими силами, под завязку…

Мама надолго прощания растягивать не захотела. Сказала… «долгие проводы длинные слёзы». Обнялся со всеми по очереди. Потом они свой маленький караван составили, и никого больше из провожающих не дожидаясь, помахав мне на прощание руками, отправились обратно к нам домой.

Хайп тоже получил и обнимашки от Улии, и откровенные любовные поцелуи. Как прокомментировала мама поведение старшей дочери… Улия выдала неплохой аванс кавалеру…

Все посмеялись.

Так что, когда наш отряд продолжил дальнейший путь, меня никто из родных уже не провожал. Что не говорит о том, что за мной никто не наблюдал со стороны. Ещё как глаза таращили, даже с расспросами подходили. Но я отговаривался плохим настроением, что расстроился сильно из-за прощания с родными.

Отставили в итоге, в покое… Только надолго ли. Ко мне в отряде многие неровно дышат. Слышу иногда со стороны народа, кучкующегося невдалеке, отрывки разговоров… меня красавца обсуждают, и мой фургон. Любопытных хватает.

Ну вот, примерно, как сейчас…

А это, кто тут у нас? Баба и лейтенантские погоны у неё на печах. Что-то, я среди командования, эту красотку не припомню…

— Привет! — подъезжает ко мне верхом на пегой лошадке упакованная, как хороший воин-мечник, красивая девушка.

На вскидку ей лет так двадцать-двадцать пять не больше. Курносая, смешливая. Ямочки на щёчках. Недлинная коса за спиной. Волосы, скорее светлые, как-то выцвели, или просто пшеницей отдают по цвету. Не