и, перекатившись со спины на живот, вынул из-за пазухи сигареты с зажигалкой и закурил.

— Это почему еще лажа? — уточнил Кузнец.

— Слушайте, даже я, человек далекий от армии, уже давно понял, что нам это поселение не по зубам. Силенок не хватит их захватить, и, если по чесноку, я вообще не хочу его трогать.

— О как! — изумился Сурок. — А чего это ты его трогать не хочешь? Тебе же всегда на всех и всё плевать. Жалость к людям проснулась?

— Нет, жалость — это не про меня. Тут чистой воды прагматизм. — отмахнулся я. -Давайте посмотрим на мир чуть шире, чем обычно. Вот кто мы в нем?

— Не понял вопроса.

— Сейчас поясню, ну, это мое мнение, и я его никому не навязываю. Мы, все, кто трудится на благо бункера по «собственной воле» — выделил я последние слова кавычками — нас можно отнести к падальщикам. Мы ничего не производим и только и делаем, что добиваем остатки человечества. А со временем людей превратят в скот и будут разводить, словно коров. Вы же заметили, никто в бункере даже не чешется по поводу будущего, например, разводить скот, сеять поля и прочее, я даже намека про это не слышал. Как думаете, почему так?

— Это опасно, трудозатратно, и сейчас все силы брошены на другое. — призадумавшись ненадолго, ответил Сурок.

— Вы либо идиоты, либо реально не в теме всех дел. — изумился я такому ответу.

— Поясни-ка? — заинтересованным тоном уточнил Кузнец и придвинулся ко мне поближе.

— Мы же все только делаем вид, что не понимаем и не знаем, чем закончатся эксперименты в лаборатории? Или вы реально не видите полную картину?

— Какую картину? Что ты несешь? Ты опять за свою агитацию взялся? — возмутился Кузнец.

— Ладно, давайте я зайду с другой стороны. Вы же в курсе, что наши пожилые руководители помирать не хотят, оттого и мутят зомби-гибридов, которые почти бессмертны. Потому им столько людей требуется, чтобы прокормить подопытных. Им человечинку свежую подавать нужно, и ничего другого. А новые зомби сильные, ловкие, выносливые, но, сука, тупые. И они сейчас очень активно работают над тем, чтобы при обращении у пациента сохранился рассудок. Они хотят эту операцию провести на себе, и тот факт, что им придется питаться людьми, их нисколечки не смущает. — решил я выдать им очередную порцию правды, чтобы посмотреть на реакцию.

— Чего?! Ты как до этого вообще додумался? — не веря ни единому моему слову, спросил у меня Сурок.

— Вы реально не знали? А еще разведчики! Эх вы! — ухмыльнулся я.

— Да это нереально, это полнейший бред, или все же нет? — засомневавшись, произнес Кузнец.

— Знаешь, все думали, что зомби — это тоже нереально, тем не менее, мир пал, и мертвецы ходят сами по себе. Вот и думайте.

— Даже если предположить, что это все правда, кто в здравом уме согласится стать зомби? — задал резонный вопрос Сурок.

— Даже и не знаю. Может, старый, дряхлый дед, который не хочет умирать? — ехидно улыбнувшись, произнес я.

— Да нет, чушь все это! Да и откуда бы тебе это все знать? Мы тут с самого начала и ни сном ни духом, а ты, такой красавец, взял и все узнал! — засомневался Кузнец.

— А может, ему Докторша все рассказала? — обратился к нему Сурок.

— Бинго! — похвалил я товарища.

— А зачем она могла тебе это рассказать? — уточнил Кузнец.

— Это уже не вашего ума дело. Я это вообще все к чему начал-то. Задумайтесь, в ближайшем будущем вас заменят или обратят в послушных зомби. Именно поэтому никто особо и не суетится о будущем, так как его вектор еще не определен до конца. Если у них все получится, то будут создавать фермы из людей или для разведения людей, ну, вы поняли. А если нет, то даже и не знаю, но явно не отстраивать мир заново, просто будут продолжать эксперименты. Именно поэтому мне и не хочется нападать на это поселение. Люди живут нормально, пытаются воссоздать все, что утратили. И тут мы, такие хорошие, пришли нападать на них и тушить огонек последних надежд.

— Ил, а как расценивать твои слова? Это что, лекция на тему моральных ценностей или же призыв к действию? — перейдя на серьезный тон спросил у меня Кузнец.

— Призыв к действию? Я вас умоляю. — ответил я. — Вы с виду суровые парни, высококлассные убийцы, а ступите за территорию бункера — и собственной тени боитесь. Так что я никого ни на что не агитирую, я не какой-нибудь там Эрнесто Че Гевара или там Троцкий, или Ленин. Революционер из меня никакой. Я просто подкинул вам информацию для размышления.

— Да уж. — тяжело вздохнул Кузнец. — Лучше бы ты продолжал петь. — добавил он и протянул мне бинокль. — Твоя очередь наблюдать.

— Как скажешь. — забрал я себе оптику и достал из планшета блокнот и карандаш.

В душе я, конечно, радовался, что посадил весьма плодородное семя сомнения в сердцах напарников. Это отлично считывалось по их задумчивым физиономиям. Делал я это не просто так, не то чтобы я реально хотел устроить тут революцию, но как бы план Б на случай неудачи с уничтожением лаборатории. Мои напарники мне показались нормальными мужиками, они приняли мою сторону в высотке, когда я грохнул того командира. Потом реакция про слова касательно присяги и окровавленных погонов сильно задела их самолюбие. Моя речь тогда многих спустила с небес на землю. Многие стали сомневаться в правильности своих действий. Как знать, если что-то пойдет не так, то могу реально устроить тут бунт и повесить всех ученых на воротах. Правда, тогда пострадает и Докторша, при таком варианте спасти ее, скорее всего, не выйдет. Но пока будем думать о лучшем исходе.

* * *

Через бинокль я внимательно всматривался в свой сектор, обращая внимание на любые мелочи. Вообще, хотелось выразить свое почтение человеку, который там руководит.

Поселок городского типа приличных размеров по всему периметру обнесен четырехметровой стеной. Стену делали наспех и из всего подряд: битые, спрессованные машины, бетонные плиты, кирпичная кладка, бревна и