- А это пони? - интересуюсь я. Невзрачное мохнатое недоразумение меланхолично жуёт солому в дальнем углу.

В результате владелец лошадей выделил нам своего сына. Тот ехал неторопливым шагом впереди нас, позади плелась пони с Мариной, а замыкал процессию я на чёрном крупном жеребце. Мой «Зорро» оказался редкостным тупицей. Он останавливался, чтобы хватанут лопухов, а потом пускался вскачь за ведущим. Марине повезло больше, её малышка шла за ведущим как привязанная и я не переживал за сохранность девушки.

А вечером с удовольствием слушал, как моя подопечная ярко описывала нашу конную прогулку Вале и Тамаре.

Настроение устойчиво меланхоличное и мне показалось неплохой идеей сменить обстановку.

- Марин, а как ты смотришь, если мы маханём в Италию?

- Куда? В Италию, а зачем?

- Ну, там красиво. Я там бывал.

- Не знаю. С тобой хоть на Северный полюс.

Лестно конечно, но так далеко меня не тянет.

Идея меня захватила и я занялся загранпаспортом Марины. Купить билеты до Милана пара минут и вот мы в аэропорту "Мальпенса". Прошли досмотр без проблем. Пограничник попробовал прицепиться к Марине, но я его отшил. И вот мы едем на такси вдоль берега озера Комо. По левую сторону идут живописные виллы, по правую мелькает бирюзовая вода. Маринка выгнула шею, пытаясь увидеть всё. Но машина едет быстро и она только успевает крутить головой.

Через час такси съехало в лес, вот шлагбаум, водитель вышел и с моего разрешения освободил проезд.

Навстречу радостно махая шляпой идёт наш садовник Ежи. Такой же лохматый в штанах с вытянутыми коленями.

Я ещё с Шереметьево дозвонился до Матеи и предупредил, что завтра приеду. Его хрупкой супруги невидно, но Ежи проводил нас в дом.

- Ой, какая красотища. А мы тут будем жить?

Я с удовольствием смотрю на девочку, немного полновата в талии, но передвигается шустро. Хромота едва заметна, что не может не радовать.

- Маринка, на это время дом наш, выбирай любую комнату.

Я не удивился, когда девочка выбрала комнату на втором этаже, в которой жил я сам прежде. Та, которая смотрит на склон горы. В комнате есть балкон, соединяющий эту комнату с соседней. Я занял смежную, так что будем ходить друг к другу в гости.

Первые дни мы активно занимались ничего неделанием. Вставали поздно, потом шли завтракать.

Моя машинка «Ауди» потребовала техобслуживания, после замены аккумулятора и планового ремонта в гараже у нас появилась возможность прокатиться по окрестностям. В чём прелесть такого беззаботного отдыха – мы ехали с Маринкой вдоль озера. Когда уставали, парковались возле понравившегося места, сидели, предаваясь неге, перекусывали и ехали дальше.

- Ой, какая прелесть, — это девочка заменила вывеску СПА-отеля с шикарной картинкой водной глади.

Так, что у нас тут есть, отдельные домики на двоих. Уникальные минеральные источники и водный парк для клиентов.

- Марин, тормознём здесь?

- Вот здорово.

Я взял домик с двумя спальнями. Фишка в том, что здесь и в самом деле имеется выход термальных источников.

Переодевшись, Марина потащила меня купаться.

Прямо со ступенек дома имеется спуск в тёплую воду. Пахнет немного содовым испарениями, но терпимо. Вечером на воздухе прохладно, но вода градусов 36, мы с Мариной еле шевелим плавниками, подплывая к изгибу пруда. Здесь нам открылась пасторальная картинка. Склонившиеся к воде деревья и ступеньки, на которых удобно лежать.

Мы улеглись на воду, перпендикулярно друг другу и раскинули руки-ноги. Вода плотная, держит наш вес. Я закрыл глаза и забылся.

Очнулся от прикосновения Марины, - Дим, смотри – Луна, какая огромная.

Да, выкатил шар Луны, осветивший гладь пруда. От воды идёт парок испарений, здесь неглубоко, поэтому Марина храбро описывает круги поодаль. А мне шевелиться лень, настроение минорное, философское.

За следующий день мы проехали всего километров тридцать вдоль берега. Марина уговорила заехать на виллу-музей известного писателя-путешественника, потом мы попали в ботанический парк и для ночёвки выбрали гостиницу, расположенную в старинном доме 15-го века. Закинув наши вещи спустились в ресторан. Небольшой мыс суши метров на двести врезается в озёрную гладь. По обе стороны качаются лодки различной навороченности, от вёсельных до небольших яхт.

В тени деревьев на этом мысу притаились с десяток столиков ресторана для туристов и клиентов гостиницы. Пока ждём заказанный ужин, дегустируем местное вино. Марина, не привыкшая даже к лёгкому алкоголю немного захмелела. Она пристально наблюдает за семьёй итальянцев, сидящих за соседним столиком. Папа с мамой чинно сидят напротив друг друга, а вот их детки носятся между лодок. Девочка лет семи и пацан погодок. Они раздобыли пару булок хлеба и кормят жадных чаек, отрывая кусочки и кидая в воду.

Мальчик кинул кусочек одной птице, что качалась на воде у берега, но неожиданно спикировавшая чайка в воздухе перехватила лакомство. Это вызвало бурный восторг у детей и они прибежали к столику, требовать ещё хлеба.

Я с тревогой наблюдаю за Мариной, она сжала губы, неудачный взмах рукой снёс на землю её бокал.

- О, ничего страшного, я принесу другой, - молодой официант сделал вид, что это он виноват в произошедшем. Бокал заменили и даже обновили вино в нём.

- Марин, ты в порядке?

- Что? А да, всё хорошо. Просто вспомнила тут.

Девушка явно возбуждена, глаза на мокром месте.

- Девочка моя, кто тебя обидел? Ведь только что мы смеялись и вдруг ты побледнела.

Я ожидал претензии на жизнь, на ужасную юность, прошедшую по детдомам и больницам. А девочка вдруг заговорила совсем о другом, о родителях. Я узнал, что она по отцу татарка, по матери белоруска. От татарского народа в неё внешне ничего нет. Волос пшеничного цвета, в данный момент девочка отпускает косу. Чисто европейские черты лица, красивые, мелкие но ровные зубки. Глаза могут быть злые и жёсткие, наверное интернат дал её соответствующую школу жизни, когда нужно отбиваться от стайки жестоких сверстников.

А могут налиться небесной синевой в мечтательной улыбке. Я видел девочку и неприятной в гневе, но когда мы с ней общаемся, она меняется.

Окружающие говорят, что когда я захожу в дом, она преображается. Сразу взволнованно ждёт, когда я к ней подойду. Мне это приятно, но в то же время напрягает. Ну не могу я заниматься только её величеством. Она ведь просто пациентка, хотя и особая.

Так вот про свою семью Марина мне