рыбалку я прихватил один из вчерашних карабинов (э-эх, с работой над землянкой я так и не успел получше разобраться в его устройстве, а во время ужина и вообще позорно в сон вырубился) и наган. Револьвер я тут же сунул в руки Элен. Этот ствол она хоть немного, но знает, в отличии от карабина.

Отправив девчонку к землянке, (пускай рыбу всё-таки отнесёт, да Кейлу предупредит. Второй карабин возьмут — пригодиться может). Сам же я, прячась, направился-таки к месту предполагаемой высадки. И, спрятавшись в кустах (а весь этот «как бы лес» на нашем острове, как я его гордо именовал, по сути являлся разросшимся кустарником. Пусть иногда и вырастающим несколько повыше среднего уровня. Но никаких вековых сосен тут, увы, не было и в помине), терпеливо ожидал этого «горе-мореплавателя».

Ну а как же ещё назвать мальчишку не старше, вон, к примеру, моей Ленки? Лет восемнадцати-двадцати, ну никак уж не больше. Да ещё и отправляющегося в путешествие по морю (пусть и на короткую дистанцию в пару-тройку километров. А вдруг тут какое-то течение и его в открытый океан унесёт?) на обычной резиновой надувнухе. На «калоше», как ее презрительно настоящие рыбаки называют. И даже без мотора! На вёслах. Обычных дурацких комплектных к ней маленьких вёслах. Верх безрассудства! Или… есть какая-то причина, что погнала его сюда?

Дождавшись, когда юнец втащит своё средство передвижения подальше на берег, я, так и не заметив у него никаких признаков оружия, рискнул-таки выйти к нему на открытое место (держа заряженный карабин наизготовку, разумеется)

— Хай. Хау, а ю? — и сам не понял почему я заговорил с ним по-английски, в первой же фразе выложив чуть ли не большую половину всех, известных мне, английских слов.

Надо было бы видеть как подскочил парень, услышав меня. И его лицо… Такого отчаянья… И, даже, и ужаса я не видел никогда, ни до этого, ни после. Мне показалось, что его сейчас удар хватит!

— Не стреляйте, не стреляйте, пожалуйста, — на отличном русском языке запричитал пацан, сжавшись так, словно его сейчас будут бить. Голову втянул в плечи, опустив её вниз, почти касаясь подбородком груди, а руки поднял кверху, демонстрируя пустые ладони и, почти касаясь этими самыми ладонями головы. Одновременно, вроде как, и сдаётся (руки вверх поднял) и, в то же время, словно прикрывает эту самую голову (чтоб не били).

— Тихо, тихо, — даже как-то слегка растерялся от подобной реакции уже и я сам. — Всё нормально, парень. Никто пока ни в кого не стреляет.

До чего же выразительное у парня лицо! Услышав родную речь на его лице промелькнула бурная такая гамма чувств, что я даже и не берусь её описать. Изумление, понимание, восторг, надежда… Нет, точно не возьмусь. Такой коктейль чувств не описать и самому опытному литератору. Куда уж мне с моим-то «суконным рылом».

— Вы русский? Русские? — словно не веря самому себе переспрашивал парень, расширенными глазами глядя как сбоку на полянку выходят Ленка с наганом и Кейла с карабином в руках.

— Русские, русские, — чуточку недовольно проворчал я (ну никакой дисциплины! Выперлись все сразу на полянку, хотя куда больше пользы принесли бы, прикрывая меня из зарослей), — в основном.

— И, ещё, частично, «белорусы»! — со своим непередаваемым латиноамериканским акцентом озорно воскликнула Кейла. Вот до чего же непоседливый характер!

— А ты кто такой? — Элен тоже не могла остаться в стороне и промолчать. — И откуда?

— Я русский… Точнее, молдаванин. Олег меня зовут. Из Тирасполя. Студент.

— Это ты что, из Тирасполя сюда на лодке приплыл? — хмыкнул я

— Нет я… Я сбежал… Там, за этим островом есть ещё один. Большой остров. Там… Короче, меня выбросило вот на этот остров три недели назад. Потом и ещё одну женщину. Хохлушку из Сум. А потом появились они… Местная банда. Мексиканцы. Из наркокартеля. У них база на том самом большом острове. Они-то нас и схватили… в рабство…

— Та-а-ак… — протянул я, лихорадочно соображая. — И ты что, неужто сбежал?

— Да… Я…

— А почему ты бежал именно сюда? — вылезла без команды Ленка. Впрочем, сейчас спросила-то она действительно по делу. — Почему именно на этот остров?

— Он… Э-э-э… Багованный.

— Что? — в один голос удивились мы все трое.

— Ну как вам объяснить? Эти наши Кураторы…

— Кураторы?

— Ну, Смотрящие, Инопланетяне, Наблюдатели… Как их только не называют.

— А. Понятно. Ну, и? — подбодрил я рассказчика, которого только что сам сбил с мысли.

— Так вот, у Кураторов всё чётко. Почти все местные появились на островах одновременно где-то с месяц назад. Причём, были они все из Латинской Америки. Аргентинцы, чилийцы, мексиканцы, бразильцы, кубинцы… Так вот, они все появились здесь одновременно примерно месяц назад и новых пополнений людьми больше не было. А вот на этот островок мало того, что сбрасывают наших соотечественников…

— Русских? — снова перебиваю я.

— Ну нет, не только их. Там вообще странный подбор кадров. Но, в основном, да, русские. А также украинцы, белорусы, я вот из Молдовы попал… Вернее, из Приднестровья. Болгарин ещё был один. И сербка. Короче, восточные, западные и южные славяне.

— Ну, и?

— Так вот, сюда не просто забрасывают не вписывающихся в окрестные реалии людей. Я же сказал — тут вокруг одни латиносы. Так ещё и процесс заброски не прекращается уже больше месяца! Каждый день новый человек. Баг же! Сбой программы явный.

— И поэтому ты плыл именно сюда?

— Да! Вы не понимаете… Эти мексиканцы… Они просто звери! И, если, сначала поняв, что на этом острове происходит какой-то сбой, они просто ежедневно собирали растерянных одиночек, то потом какой-то их умник решил делать это раз в пять дней. Чтоб тут успела организоваться первая «базовая социальная группа» и высадившиеся успели даже получить первый бонус за её создание. Чаще всего это была хорошая кемпинговая палатка или вот такая же лодка, как у меня, только с мотором. Короче, неважно… Главное, новенькие должны успеть получить бонус. Который мексы и забирали себе вместе с новой партией рабов.

— Та-а-ак… — вновь глубокомысленно протянул я, пытаясь скрыть полную сумятицу в голове. — А ты решил нас предупредить?

— Да… Тех, кто тут уже есть… И ещё… Если и у кого-то и есть шанс оказать сопротивление бандитам, то