того, как увидим Мертвые Горы, — произнес Кенджи. — Если же нам придется пройти Пустоши насквозь — так и тому и быть.

— Не скажу, что сильно одобряю ваше решение, но не могу не восхититься вашей решимостью идти до конца, чего бы вам это не стоило, — спустя несколько мгновений вздохнул Горо. — Во всяком случае, я пытался отговорить вас идти на верную смерть, так что совесть не будет терзать меня по ночам. Надеюсь. Однако вы также упомянули, что перебросились парой слов с Черным Всадником…

— Впервые слышу, чтобы хоть кто-то заговорил с одним из этих демонов, —покачал головой Риота.

— Вряд ли нам имеет смысл обманывать вас, — сказал Кенджи. — Да, Всадник действительно упомянул некого Оракула.

— Боюсь разочаровать вас во второй раз, однако я впервые про него слышу, — покачал головой Горо. — Вы уверены, что Всадник не пытался вас попросту запутать?

— Я знаю единственный способ выяснить это наверняка, — вмешался в разговор Риота и губы его дрогнули, словно бы он пытался сдержать улыбку. — Обратиться к господину Атаме.

— Точно! — Горо щелкнул пальцами. — Правду говорят — старый волк хоть и знает больше молодого, однако тот видит дальше. Как это я и сразу не додумался. Господин Атама — глава канцелярии нашего Дома и смотрящий за его архивами, — пояснил Горо в ответ на недоуменные взгляды Кенджи и его друзей. — А по совместительству — человек с просто таки феноменальной памятью. Если уж кто в Йосайе и знает об этом таинственном Оракуле — так это Атама.

— Благодарю за помощь, — кивнул Кенджи. — Если вы еще и расскажете, где найти этого господина…

— Думаю, лучше я провожу вас лично, — сказал Риота. — Наш город, конечно, куда меньше столицы, однако и здесь можно легко заплутать. К тому же, Атама… как бы вам это поделикатнее объяснить… имеет слегка специфический характер.

— О, этим никого из нас не испугать, — усмехнулся Кенджи, припоминая всех тех интересных личностей, с которыми он успел завязать знакомство за последние месяцы.

— Люблю уверенных в себе людей, — кивнул Горо. — Хотя, боюсь, вы слегка недооцениваете масштабы бедствия. Прежде чем вы уйдете — Кенджи, вас не затруднит остаться со мной на пару слов? Обещаю, что не займу слишком много времени.

— У меня нет секретов от моих спутников, — ответил тот.

— Это похвально, — сказал Горо. — Однако некоторые разговоры необходимо вести с глазу на глаз.

Когда кроме него и Кенджи в комнате не осталось никого, лицо Горо тут же изменилось. Он будто бы сбросил маску — и сделал это с явным облегчением. Лоб его разрезали морщины, улыбка исчезла, в голосе засквозила неприкрытая усталость.

— Скажу честно — ваше появление здесь, мягко говоря, не слишком кстати, — произнес Горо, наливая себе сакэ. Он было предложил стакан Кенджи, однако тот отказался. — Не сочтите меня негостеприимным, отнюдь. Я всегда был высокого мнения о Каташи и, если уж он пригласила вас стать членом Дома Змея лично — вы сумели произвести на него должное впечатление, а это уже само по себе немалый подвиг. Отношения севера и юга всегда были натянуты — но в последнее время они особенно обострились, учитывая нападения варваров, появление Всадников и другие тревожные знаки, которые в Каноку предпочитали не замечать, делая вид, что их не существует.

— Я придерживаюсь другого мнения, — возразил Кенджи. — И знаю как минимум одного порядочного человека, который считал также. За что и поплатился жизнью.

— Значит, вы двое — исключение, — одним залпом осушив бокал, Горо поморщился и наполнил его вновь. — Тогда как подавляющее большинство считает нас суеверными полудикарями, верящими в покрытые пылью байки. Это, как и прочие другие давние обиды, уже давно побуждает многих здесь задумываться о свободном севере, который не будет подчиняться никому, кроме своих собственных вождей.

— То есть — вам, — заметил Кенджи.

— Признаю — поначалу мысль стать полноправным владыкой всего севера от Трех Рек до Хрустальных Пустошей мне весьма льстила, — не стал спорить Горо. — Однако уже скоро, тщательно все взвесив, я понял, что не готов рисковать жизнями тысяч ради собственных амбиций. Если империя разлетится на множество осколков — а после смерти Симады все идет именно к этому — боюсь, ничем хорошим ни для одного из нас это не кончится. Но не все разделяют мои опасения и, увы, принимают здравый смысл за слабость. К чему я веду — сторонники вольного севера вполне могут использовать ваш визит в свою пользу, устроив какую-нибудь провокацию. Так что я настоятельно рекомендую вам не слишком задерживаться в Йосайе и покинуть его как можно быстрее. Со своей стороны я обещаю оказать любое возможное содействие в поимке мерзавца, за которым вы охотитесь. Как минимум — предоставить еду и ночлег.

— Мы выдвинемся в путь как только узнаем хоть что-либо об Оракуле, — кивнул Кенджи. — Благодарю за предупреждение — мы будем предельно осторожны.

Что ж, ничего другого Кенджи и не ожидал. Когда он покидал Каноку, атмосфера, царящая в столице, напоминала промасленную пачку хвороста, вдобавок присыпанную сверху толстым слоем пороха. Одна искра — и все взлетит на воздух. Странно было бы думать, что север останется в стороне от всеобщей неразберихи, которая грозила заразить всю империю.

Риота повел Кенджи и его приятелей по внутренностям крепости, спускаясь все ниже и ниже, пока они не вошли в просторный вытянутый зал, в котором, похоже, и была канцелярия Дома Волка. Тут и там стояли высоченные шкафы, сверху донизу наполненные книгами и пергаментами, между ними же находились многочисленные столы, за которыми скрипели перьями, щелкали костями для счетов и перекрикивались десятки, если не сотни людей. Казалось, здесь яблоку негде упасть — однако некоторые служащие умудрялись с какой-то небывалой скоростью перемещаться по залу, притом неся с собой просто гору свитков.

На первый взгляд тут царил полнейший хаос. Однако стоило чуточку приглядеться, как становилось понятно, что каждый из присутствующих здесь прекрасно знал свое место и действовал как маленькая часть единого механизма. От момента выкрика с названием нужного документа до его вручения в руки проходили считанные мгновения.

С ног до головы перемазанный чернилами мужчина, пишущий так быстро, словно от этого зависела его жизнь, свободной рукой бросил проходящему мимо парню нужный свиток,