XIX — начала XX в. аграрной страной было бы неверно. Дело в том, что к этому времени сельское хозяйство превратилось как бы в принципиально новую отрасль, которая теперь строилась полностью на рыночных отношениях, и была частью современного аграрно-промышленного комплекса. Благодаря новейшим для того времени технологиям всего аграрного цикла, разработанным на основе достижений науки и техники, созданию развитой инфраструктуры переработки сельскохозяйственной продукции, резко повысилась производительность труда и соответственно отдача вкладываемых усилий. Одним из наиболее ярких примеров этого служит тот факт, что в 1900 г. датская корова давала более 2 тыс. литров молока в год, значительно опережая этот показатель во многих странах. Датская мясомолочная и пищевкусовая промышленность уже в конце XIX в. стала одной из наиболее передовых в Европе. Именно в это время датские масло, ветчина и колбаса, а также продукция пивоваренных заводов «Карлсберг» и «Туборг» приобрели общеевропейскую известность. Датский аграрно-промышленный комплекс к этому времени работал не только и не столько на внутренний рынок, сколько на емкий рынок западноевропейских держав, прежде всего Великобритании. Для экспорта сельскохозяйственных продуктов также возникла принципиально новая инфраструктура, в которой важнейшее место занимали торговый сектор, банки, железные дороги и судовладельческие компании.

Качественный скачок произошел в средствах сообщения и связи. Пароходы потеснили парусники. К началу XX в. в небольшой по территории Дании протяженность железных дорог достигла почти 3 тыс. километров, все более или менее крупные населенные пункты были уже связаны дорогами с твердым покрытием. Кроме того активно велось строительство местных дорог между хуторами и фермами. В быт датчан, причем не только верхушки общества, но и широких слоев населения, вошли сначала телеграф, а затем телефон. Дания стала одной из наиболее благоустроенных стран мира.

Уровень датской экономики, достигнутый к началу XX столетия, значительный рост валового национального продукта, как в целом, так и на душу населения, заложили основы развитой социальной системы и создали предпосылки для формирования здесь уже в XX в. «государства всеобщего благосостояния».

В XIX в. Дания пережила беспрецедентный демографический взрыв, когда за полстолетия численность ее населения выросла — с полутора до двух с половиной миллионов.

Серьезные изменения произошли в социально-классовой структуре датского общества, которая постепенно утрачивает свойственный традиционному аграрному обществу характер. Старый дворянско-помещичий класс к началу XX в. лишился не только своих экономических и политических привилегий, но и господствующих позиций в обществе и государстве, прежде всего в бюрократическом аппарате, уступая место представителям торгово-промышленной и финансовой буржуазии, отчасти влившись в ее ряды. Удельный вес крупных помещичьих хозяйств постепенно уменьшался. Последним бастионом дворянства оставались офицерский корпус вооруженных сил и дипломатия.

Другим стало датское крестьянство. Его численность и в абсолютных цифрах, и относительно общего населения постоянно сокращалась. Бедные и разорившиеся крестьяне переселялись в города. Численно продолжался лишь рост сельского пролетариата, занятого как в крупных помещичьих хозяйствах, так и во все большей степени у богатых крестьян. Как правило, в сельской местности оставались наиболее крепкие, зажиточные крестьяне-землевладельцы, собственники основных средств производства, которые вели товарное хозяйство. Именно эти крестьяне начали в последние десятилетия XIX в. организовываться в сбытовые и потребительские кооперативы, создавать на кооперативных началах предприятия по переработке сельскохозяйственной продукции. Не случайно что именно зажиточный, трудолюбивый, образованный крестьянин и стал в конце XIX столетия национальным символом Дании. Не случайно также, что в первое десятилетие XX в. именно положение датского крестьянства привлекало пристальное внимание публицистики в России, где одним из самых социально и политически острых оставался аграрный вопрос.

Быстрыми темпами увеличивалось городское население Дании: средние городские слои, интеллигенция, промышленный рабочий класс.

Несмотря на общее повышение жизненного уровня всех слоев населения Дании, далеко не все социальные проблемы в Дании были решены. К началу нового столетия в датском обществе продолжали сохраняться значительные экономические различия между малоимущими и зажиточными слоями. Классовые противоречия между крестьянством и помещиками сменили противоречия между рабочим классом города и деревни, малоимущими безземельными крестьянами, с одной стороны, и с буржуазией и зажиточным крестьянством — с другой. Однако уже к началу XX в. в Дании стала складываться традиция разрешения этих противоречий мирным путем. Важным средством смягчения внутренних противоречий стала во второй половине XIX в. эмиграция из страны, прежде всего в Северную Америку, куда переселялись десятки тысяч малоимущих датчан.

И здесь следует напомнить, что существенной особенностью Дании — начиная со средних веков — была тенденция к правовому государству, к господству закона над волей правителей. Датский абсолютизм был конституционным — божественное право короля утверждалось «Королевским законом», своеобразной конституцией Дании, подписанной монархом в 1665 г. И это отчасти объясняет тот феномен, что реформы «просвещенного абсолютизма» оказались наиболее результативными по сравнению с подобными реформами в других странах Европы. С них фактически началась модернизация всей экономики. Относительно мирно произошла в Дании и замена абсолютизма конституционно ограниченной монархии. Заменившая Королевский закон» июньская конституция 1849 г., довольно демократическая по тем временам, вводила многие демократические постулаты в жизнь датского общества. Это оказался важный шаг на пути становления правового государства, разделения властей и создания гражданского общества. Законодательная власть перешла от короны к двухпалатному парламенту-ригсдагу, в котором нижняя палата, фолькетинг, была органом народного представительства. Конституция 1849 г., несмотря на утрату впоследствии многих демократических положений, стала той основой, на которой датские демократы и либералы смогли повести борьбу за дальнейшую демократизацию политического строя Дании. Важнейший в истории Дании демократический прорыв парламентаризма в 1904 г. — создание правительства, ответственного перед нижней палатой парламента, — подвел итог этой многолетней борьбе.

К концу XIX в. нормой политической жизни Дании стала многопартийность. Политическими партиями в Дании, как и в других скандинавских странах, назывались фракции в парламенте, часто довольно неустойчивые, и общенациональные организации актг истов.

В конце XIX в. — начале XX в. наиболее организованной общенациональной партией была только Социал-демократическая партия Дании (СДПД), или «Социал-демократия» как ее чаще всего называли. В 1901 г. она насчитывала 201 местное объединение с 30 тыс. членов. Партия опиралась на промышленных и сельскохозяйственных рабочих, отчасти безземельных крестьян-хусменов, а также наиболее леворадикально настроенных интеллигентов. Программа партии была по европейским меркам довольно умеренной, в ней на первый план выдвигалась задача мирного реформирования общества. Марксистские взгляды разделяло в партии лишь незначительное меньшинство.

Консервативная партия Хойре (правая) образовалась еще как парламентская фракция в 1870 г. в ландстинге, имея стабильную поддержку зажиточных граждан столицы и торговых провинциальных городов и помещиков. Организованные объединения сторонников Хойре к началу XX в. насчитывали около 15 тыс. членов. Вплоть до 1901 г., не имея большинства среди избирателей, партия при поддержке