— Тем не менее нам стоит получше присмотреться к нему. Я не собираюсь настраивать тебя или Наталию против Эдварда и говорить, что он – воплощение ада. Но… Очень странно, что он как-то резко ворвался в нашу жизнь. А еще страннее, что этот парень так упорно навязывался тебе в друзья.

— Да, мне это тоже кажется странным. Но мою бдительность немного усыпило не только все то, что он для меня делал, но и то, что мама буквально влюбилась в него с первого взгляда.

— Да уж… Миссис МакКлайф привязалась к нему как к родному сыну. Да, я понимаю, он напоминает ей ее пропавшего сына, и она как бы отдает этому парню ту любовь, которую не получил ее ребенок. Но все же…

— Я и сам немного удивлен их подобной привязанности друг к другу. Мама даже к Бену никогда не была так привязана, хотя я тусуюсь с ним с самых детских лет.

— Этот Эдвард как ведьмак какой-то! Всех умудрился околдовать! Даже если у всех и есть какие-то подозрения, они все равно продолжают с ним дружить и впускать его в свое личное пространство.

— Тяжелый случай… — задумчиво произносит Терренс. — Этот парень явно будет крепким орешком, который не так-то просто расколоть. Нам придется попотеть, чтобы узнать о его проблемах с Наталией и обо всех его намерениях по отношению к ним.

— Тем не менее я также не могу полностью защищать и Наталию и говорить, что она ни в чем не виновата. Ведь моя подруга уже давно что-то от нас скрывает и всегда уходит от конкретного ответа. Не исключено, что Эдвард мог просто устать от ее лжи и по этой причине поругаться с ней.

— Знаешь, я сомневаюсь, что до настоящего времени кто-то вообще думал о том случае. Ну… Видели, что она казалась счастливой с моим другом, и забыли о том случае, решив, что там ничего серьезного не случилось.

— Вот что касается того секрета, то я не сомневаюсь, что он намного серьезнее, чем мы думаем. О нем не знает никто из нашего окружения. Наверняка и родители Наталии тоже могут лишь догадываться о том, что произошло в период после моей ссоры с Наталией и до нашего примирения.

— Кстати, чуть не забыл сказать! — щелкнув пальцами, восклицает Терренс. — Сегодня днем сюда приходила мама Наталии.

— Мама Наталии? — удивляется Ракель и принимает сидячее положение. — Летиция Рочестер была здесь?

— Она так представилась мне. Эта была женщина примерно сорока лет или больше, и у нее были светлые волосы. Тот же цвет, что и у Наталии, но не такие длинные и менее здоровые, как мне казалось…

— Да, это была она – миссис Рочестер… Но что она здесь делала?

— Она хотела поговорить с тобой насчет Наталии. Пришла сюда незадолго до того, как мы с Эдвардом поехали к матери. А когда она узнала, что Наталия – моя подруга, эта женщина догадалась, что я помолвлен на тебе и являюсь другом Эдварда.

— Неужели ты вообще ее не знал? Ты же поддерживал Наталию в момент моей ссоры с ней и бывал у нее дома.

— Да, но в тот момент она была в Мехико. Я познакомился лишь с мистером Рочестером, который тогда был здесь и решал проблемы на работе.

— Понятно… И что же тебе рассказала мама Наталии? Она что-нибудь знает?

— Практически ничего. — Терренс на секунду замолкает. — Она и мистер Рочестер тоже подозревают, что с Наталией что-то не так, но не могут ничего сделать и разговорить ее. Мать этой девушки спрашивала меня, известно ли мне или тебе что-то об этой ситуации. Но я сказал, что мы тоже ничего не можем понять, и упомянул ужин, после которого у нас появились подозрения.

— Значит, разговаривать с Рочестерами было бы бессмысленно , если бы мы пошли к ним домой?

— Абсолютно бессмысленно. Хотя миссис Рочестер сказала, что молится о том, чтобы ее дочь не связалась с бандитами, и выразила обеспокоенность по поводу того, что Наталия раньше проводила время с разными парнями, которых ни она, ни ее муж не знали.

— Я тоже почти не знаю никого из тех, с кем она проводила время до встречи с Эдвардом… Не считая короткого общения с Бенджамином. Но Наталия никогда не намекала, что кто-то из них причинил ей вред или как-то сильно обидел.

— Нет, те парни вряд ли как-то связаны с ее тайной. Надо вспоминать все, что произошло после ее знакомства с Эдвардом. Потому что странности появились в то время. Это подтвердила и сама миссис Рочестер.

— Но что могло произойти? — разводит руками Ракель. — Что произошло между ней и Эдвардом? Чего она так боится, раз боится говорить это всем своим близким? Ее как будто убьют , если она кому-то что-то скажет!

— Кстати, миссис Рочестер сказала, что через пару дней она и мистер Рочестер летят в Мехико. И когда они сообщили об этом Наталии, эта девушка попросила их взять ее с собой.

— Попросила взять ее с собой? — уставляет удивленный взгляд на Терренса Ракель. — Она же только вернулась оттуда! Зачем ей опять туда ехать?

— Ее родители тоже удивлены. Эти люди думали, что она будет рада остаться здесь и проводить время с друзьями и возлюбленным. Но она хочет тратить время на заботу о своей бабушке. Мать Наталии рассказала, что ее дочь практически целыми днями сидела возле той женщины и заботилась о ней, даже когда ей и ее отцу не нужна была помощь.

— Ничего себе… — качает головой Ракель. — И что она так весь месяц и просидела рядом с этой женщиной и совсем не развлекалась?

— Совсем. И миссис Рочестер это совсем не нравится. Мол, ее дочь еще очень молодая и не обязана тратить все свое время на свою бабушку, для которой и так много всего сделала. Но по ее мнению, Наталии явно было там гораздо лучше, и она выглядела намного счастливой.

— Боже… Неужели она пытается сбежать из Нью-Йорка, чтобы о чем-то забыть?

—