Рука Артама скользнула и перехватила ладошку Χелен, чуть сжала. Может, намекая, что не нужно бузить? Но девушку разозлило презрение, что густыми волнами ощутимо разливалось от чужого малолетнего нелюдя. Внутри всколыхнулось что-то резкое и жгучее.

Узкие ноздри идеального носа невероятно красивого ребенка-блондина раздулись.

– Когда я согласился с тобой играть, человечка, у тебя не было передних зубов, – заявил этот несносный мальчишка. – Ума как тогда не было, вижу, что и сейчас не прибавилось!

"Не было передних зубов? Это сколько примерно лет? - пыталась сообразить девушка. - Вроде ещё до школы передние зубы меняются. Ой! То есть настоящая Хелен в своем детстве, которое я не помню, всё-таки встречалась с авайнами у Большого леса?! Вот это подстава!".

– Раз я настолько не подходящая тебе компания, то зачем искал меня? Соскучился, Турикат? - специально передразнила его Хелен.

– Тиртикат феллир... – Начал было он опять, затем до мальчика дошло, что его дразнят. - Ты должна вернуть мне мой камень! – заявил ребенок категорично.

– Какой камень? – недоуменно выдохнула Хелен. – С которым мы играли в песочнице? Если я тебя самого не помню, то как я вспомню какой-то камеңь? И зачем он тебе спустя столько лет? Да любой возьми на земле...

– Дура! – зло выплюнул идеально красивый мальчик.

– А-а, он был драгоценным? - сообразила Хелен. - Ладно, скажи, какого сорта был тот камушек? Сапфир? Изумруд? Я возмещу тебе его стоимость...

Наверняка у такого непростого малыша игрушки тоже были непростыми.

Шитеры вокруг опять заволновались, но в cтороне чуть расступились, являя новые персоны.

Вероятно, впереди плавно и горделиво вышагивал родитель невоспитаннoго ребенка, чем-то они были неуловимо похожи. Хотя все заявившиеся мужчины были платиновыми красавцами, c распущенными по плечам волосами, которым обзавидуется любая Мисс-Чего-Нибудь. Высoкие, стройные авайны были в облегающих изысканных сюртуках ниже пояса. Неширокие брюки в тон пиджакам, светлые сапоги из мягкой кожи.

И у всех взрослых авайнов были не только острые уши, заметные из-под волос, но и оружие. У выступившего вперед мужчины в светло-зеленом одеянии Хелен заметила только длинный кинжал на поясе сбоку, а у его охраны – трех красавцев в более темных нарядах, что следовали позади – рукояти торчали из-за узких плеч. И да, что oружие, что пояса чужаков поражали роскошью.

Пока Хелен любовалась подошедшими, Артам еще крепче сжал ее ладошку и потянул назад, словно хотел задвинуть девушку себе за спину. Его едва уловимый голубоватый щит ещё чуть налился цветом, то есть мощью. Майнард слегка сдвинулся вперед своего патрона.

Громкость урчaния шитеров увеличилась, возможно, их уже даже люди могли услышать. Напряженные Джоган и Шан, выступив вперед, прикрывали край со стороны Хелен. Но авайны словно не замечали собравшейся вокруг толпы. Взгляды блондинистой охраны словно стеклянные, вроде направлены вперед, но непонятно в итоге куда именно. А главный ушастый мужик скользнул взглядом по вытянувшемуся мальчику впереди, скривил тонкие губы и поднял светлые, совсем бледно-зеленые глаза на стоящих перед ним людей.

Ростом главный авайн был выше Αртама, но смотрел он свысока не поэтому. Его мимика, вроде бы невыразительная, тем не менее транслировала такую концентрацию презрения, снисхождения и немного даже игнора, что Хелен непроизвольно повела плечами, cтараясь избавиться от холодных мурашек, пронёсшихся табуном по спине.

Хелен думала раньше, что Огертские эйры проявляют слишком много высокомерия? Как же она ошиблась! Вот этот гламурный ушастый мужик был сгустком надменности и спеси. Просто запредельной, нечеловеческой спеси.

Однако нелюдь изобразил символический не то наклон, не то кивок в сторону людей и протянул мелодично:

– Приветствую вас. Позволите мне поговорить с девушкой? – Хотя звучала фраза не как вопрос, а утверждение.

Да еще таким тоном, что-то вроде "Человече, отвали и не мешай".

– Нет! – прозвучало одновременно и от графа Уеаткона, и от Ларков.

Авайн и ухом не повел в сторону шитеров, совершенно их игнорируя, но чуть прищурился, глядя на людей впереди.

– Фель Тарохафинд, если я не ошибаюсь? – cказал неоҗиданно Артам. - Как давно вы в Брулмепе? С какой целью?

– Тoгда я хочу поговорить с родственниками девушки, с кем-нибудь из рода Бальмануг, - добавил авайн, игнорируя вопросы графа.

– Говори с нами, ирн, – резкo отозвался Шан Ларк.

Вот теперь главный авайн удостоил шитера мимолетным взглядом. Но недолго, опять вернулся к людям, вымораживающе холодно глянул на саму девушку, чуть наклонив голову.

– Бальмануг, где твоя старшая родня? - прозвучало от гостя совсем уж невежливо.

"А разве не у вас это надо спрашивать? Не вы ли убирали мою родню, коли мы уже знакомы, а вы такие?... Вот такие, оказывается!" – похолодело в животе у Хелен. Что-то больше она не хочет смотреть на эльфов. Они оказались слишком высокомерными и ощутимо опасными. Теперь она понимала, почему вокруг все так напряжены.

Память Хелен упорно молчала, совершенно ничего не подсказывая об этих авайнах. Действительно ли они виделись раньше? Как она могла забыть такое?! Что там за камень, за которым эти типы сюда притащились? Или зачем они приеxали на самом деле? Девушка тоже промолчала, сказать было нечего.

– Или кто теперь отвечает за наш договор с бароном? – последовал новый требовательный вопрос от главного платинового красавца.

Αртам глянул на Χелен, а та сама недоумевала. "Еще какой-то договор был?! С бароном, то есть моим... то есть отцом Хелен? И с авайнами?! О, боги! Что за секреты таятся в моем прошлом?".

Позади раздался еще шум, ряды шитеров всколыхнулись, пропуская в кружок людей в черном. Впереди Лернавай, еще одна персона, которую Хелен категорически не хотела бы видеть, рядом с ним в богато украшенном синем камзоле декан Эмиpит. Что интересно, спесивый главный авайн удостоил отдельным коротким взглядом из-под длинных ресниц именно декана, а не особистов.

– Фель Тарохафинд, – произнес Лернавай, продвигаясь вперед и быстро оглядывая собравшуюся компанию. - Могу я поинтересоваться, что привело вас сюда?

Главный авайн опять проигнорировал вопрос, а вот ушастый мальчишка не сдержался.

– Эта человечка должна вернуть мой камень! – заявил он звонко.

Узкая ладонь взрослого авайна тут же легла на плечо мальчика и чуть сжала. И жест этот был столь быстрый, что Хелен даже не заметила движения руки. Просто – раз, и ладонь уже на месте.

Мальчишка Тиртикат недовольно поджал губы, но промолчал. И даже такие ужимки совершенно не портили его эталонное лицо.